December 14th, 2006

маски

"Переход" Елены Исаевой, Нины Беленицкой и др., реж. Владимир Панков

Меньше месяца назад я попробовал уяснить, что такое "саундрама", изобретенная Панковым и К, на материале спектакля "Морфий":

http://users.livejournal.com/_arlekin_/750628.html?mode=reply

"Переход" - это тоже "саундрама", причем, видимо, более "классическая", чем "Морфий", поскольку там в основе все-таки Булгаков, а тут - "новая драма", что уже заведомо снижает внимание к текстовому материалу и усиливает значение прочих выразительных средств. Однако по результату можно сказать, что "Морфий" - постановка гораздо более интересная, и отнюдь не только благодаря литературной основе. Как раз в "Переходе", как ни странно, слово преобладает над звуком, точнее, семантика над фоникой (и музыкальной, и речевой). Связано это, видимо, с тем, что в "Переходе" чисто художественные задачи, в отличие от более позднего "Морфия", на втором плане, а на первом - истории. А истории эти - типично "новодрамовские": в подземном переходе кого только не встретишь, и каждый персонаж в поисках автора имеет что рассказать. Фрагменты соединяет монолог мальчика с флейтой, на разные лады склоняющего слово "переход" и наполняя его всевозможными значениями, ничего не добавляя по сути к тому, о чем можно догадаться и без всякого спектакля: никуда мы, товарищи, не идем, а топчемся на месте, причем в глубокой... в общем, даже не на поверхности земли. Очередная диалектика перехода из ниоткуда в никуда, только в отличие от Пелевинской, местами пафосная, местами слезливая, почти начисто лишенная как самоиронии, так и философизма (или хотя бы псевдофилософизма), если не считать, конечно, словесных упражнений, раскладывающих (не слишком удачно с точки зрения поэтической и совсем бездарно с научной) слово "переход" на морфемы и семы.

Истории, впрочем, не вполне равноценные. Новелла о двух бомжах, которые устраивают показательные драки, чтобы побольше подаяния получить, по-своему трогательна, лаконична и хорошо выстроена. Остальные куски либо посредственные - про деда, который не может больше смотреть на ломки внука-наркомана и сам отправляется покупать дурь, но забывает по дороге ее название, про проституток, засаженных ментами в подвал; про вечно одиноких гомосексуалистов; про "олигарха" в финале, призванная вроде бы подвести итог и выйти на другой уровень обобщения - либо попросту никчемные. И актерские работы тоже не одинаковые, хотя уже ради одного Павла Акимкина спектакли Панкова стоит смотреть, и в "Переходе" и особенно в "Морфии" Акимкин, ничего особенного вроде бы не делая, демонстрирует фантастические артистические способности, которые, вероятно, были бы более, чем в "саундраме", востребованы в любой другой театральной системе - и в традиционной психологической, и в игровой, и в самой отмороженно-авангардистской, ну разве что Виктюку бы Акимкин не подошел (да и то чисто по внешним данным - не "красавчик", роста невысокого). Сам Панков, если наблюдать со стороны, производит не особенно приятное впечатление, соединяя свойственную почти всей "новой драме" убежденность в собственной творческой непогрешимости с ограниченностью интересов, впрочем, могу ошибаться, а даже если и прав, может, оно так и надо, иначе вообще ничего в театре не сделаешь и никому не покажешь. Вот в чем я уверен, так это в том, что "Переход", выдвинутый на "Золотую маску" в номинации "Новация" - никакая не новация, и что слушать, что смотреть (то есть от природы жанра это не зависит) всю эту огламуренную, хотя и претендующую на "документальность" "правду жизни" сил уже нет никаких. Если "Морфий", сделанный внешне по тем же принципам, привлек меня приоритетом художественных задач над идеологическими, то в "Переходе" все наоборот. Неинтересно. Обидно, если талантливые артисты растрачивают свои силы, всерьез полагая, что поднимают важные общественные вопросы. Ничего они не поднимают, и вопросы эти вовсе не такие важные, как им кто-то наврал. Голодному нужен хлеб, а не пьесы о хлебе - это еще мой любимый Ионеско говорил, когда его обвиняли, что он в своем творчестве не обращается к социально и политически актуальным проблемам. А вот просто хорошие пьесы и хорошие спектакли по ним относительно сытой публике, которая ходит в театр, пришлись бы кстати. Но где их взять, если вместо поисков оригинальных форм художественного высказывания за "новации" по прежнему выдают любое обращение к материалам, связанным с бомжами, наркоманами и проститутками?