November 15th, 2006

маски

"Парк советского периода" реж. Юлий Гусман

2001 год. Юлий Гусман разговаривает со мной в своем директорском кабинете Дома кино на Васильевской, 13. На стене среди прочих памятных знаков - свидетельство за подписью Алиева о размещении мемориальной доски на фасаде бакинского дома, где, согласно надписи, жили знаменитые врачи Соломон Моисеевич Гусман и Лола Юльевна Барсук. Юлий Соломонович упоминает, что готовится снимать фильм "Парк советского периода". И чтобы не тратить лишних слов на пересказ, берет с полки и дарит мне 7-й номер журнала "Искусство кино" за 2000 год с опубликованным сценарием.

Как говорится в таких случаях, прошло пять лет. Гусман давно уже не директор Дома кино (даже Угольников, скандально заменивший его на этом посту, тоже давно не директор). В пику гусмановской "Нике" создана михалковская кинопремия "Золотой орел". Да и сам Дом кино Никита Михалков приговорил к сносу. И вот я в реконструированном кинотеатре "Пионер", в сталинском доме на "элитном" Кутузовском проспекте, смотрю фильм "Парк советского периода".

За пять лет, помимо историй вокруг Дома кино и премии "Ника", произошло много других событий. Гусман сильно переписал их с Эдуардом Акоповым сценарий, радикально транфсормировал финал и заменил один эпилог на другой, но суть все-таки осталась прежняя. Немолодой уставший от жизни и баб телеведущий Олег Зимин (Александр Лазарев-младший с подачи Гусмана делает своего героя "под Нагиева", по крайней мере, поначалу, в эпизоде на шоу "Замочная скважина" - в сценарии его нет, а в фильме появилась, так же как вместо Якубовича "звездными приятелями" главного героя теперь оказались Ханга и Соловьев) и преследуемый кредиторами-кавказцами отправляется отохнуть, а заодно собрать материал для рекламной программы в "Парк советского периода". А там - лепота, все как в лучшие времена: спокойная жизнь, режим дня, газировка за копейку, если с сиропом - за три, можно примерить на себя любой образ из советской мифологии (после некоторых размышлений Зимин воплощается в молодого Лаврентия Берия, хотя главврач санатория в исполнении Владимира Долинского на Берия похож гораздо больше), водные процедуры, участие в героическом освоении целины, а для самых беспокойных - колхоз из 50 обученных проституток. Но проститутки не нужны Зимину - он влюбляется с первого взгляда в медсестру Алену из кабинета душа Шарко. Юная Алена (Елизавета Боярская, дочка) тоже не прочь, но ревнивый комендант заведения Роберт не желает им счастья. Тогда Зимин решает идти в своей борьбе до конца - однако в условиях искусственно реконструированной советской системы это не так просто: тебя могут схватить, угрожать, пытать, заставлять подписывать самооговоры...

Можно сказать, что за время с момента публикации сценария до сегодняшнего дня концепция "Парка советского периода" морально устарела. А можно сказать, что наоборот, стала еще актуальнее. То и другое - правда, хотя и содержащая принципиальную культурологическую погрешность.

Гусман "актуализировал" сценарий, как мог: добавил криминальной темы (на выходе из "Парка советского периода" парочку поджидает мафиози Тимур со своей бандой), путинско-гэбистского антуража (самые популярные персонажи в "Парке" - Штирлицы, а самый заметный памятник в саду скульптур - Дзержинский). А главное - пригласил "в кадр" реальных персонажей советской культуры: в ресторане на днях национальных республик "Песню о Москве" поет самолично Владимир Зельдин, а на "целине" с грузовика перед "комсомольцами" выступает настоящий Иосиф Кобзон - не тогдашний, а нынешний. И вот тут загвоздка: Зельдин ведь и сейчас героические мюзиклы играет в Театре Армии (один - даже в постановке самого Гусмана), Кобзон и сейчас поет все те же песни. И не в каком-то отдельно взятом ретро-аттракционе, а каждый день и повсюду. Генерал Алексея Булдакова - так это и вовсе персонаж из совсем другого национального мифа, созданного Рогожкиным уже в 90-е. Тогда возникает вопрос: если этот веселый, но эклектичный кинокапустник - все-таки антиутопия, то что это за антиутопия такая, что за "предупреждение задним числом", если прошлое, от возвращения которого предостерегают авторы фильма, не то что вернулось, но попросту никуда не уходило? А если всего лишь очередной вариант "старых песен о главном" - то к чему это неуместное либерально-правозащитническое шапкозакидательство?

"Главная задача сценаристов - не развлечь, а предупредить об опасности" - писал в предисловии к публикации 2000 года ныне покойный Григорий Горин. К 2006-му Гусман, по всей видимости, все-таки решил, что предупреждение предупреждением, но на случай, если уже поздно, развлечь тоже следует. Потому в фильме всю дорогу мелькают любимые лица, иных их которых уж и в живых-то нет (Клара Лучко, например), а вообще актеров-звезд в "Парке советского периода" - видимо-невидимо, хватило бы на американский флаг и еще на несколько советских осталось бы (от Высоковского до Усатовой). И музыки - море, звучит без перерыва, и Дунаевский - Исаак и Максим (последний - автор оригинального саундтрека, которого, впрочем, в общем потоке не слышно), и Френкель, и Фрадкин, и "Битлз", и, в качестве басенной морали, несколько песен Тимура Шаова, разъясняющих тем, кто вдруг вопреки авторскому замыслу захочет не испугаться, а поностальгировать, что к чему и что да как.

На самом-то деле предупреждать - не поздно и не рано. Предупреждать не о чем. А главное - некого.

Проблема, видимо, не в том, что прошло пять лет или сколько там, и за это время что-то куда-то обратно ушло или недалеко вперед продвинулось. Скорее уж то, что из директорского кабинета Дома кино казалось небывалыми переменами, на деле было просто фикцией, оптическим обманом. Конечно, Гусман и его единомышленники никогда не признают этого - тогда пришлось бы расписаться в собственной бесполезности и беспомощности. Но за него признается его фильм. "Парк советского периода" - это абсолютно советский фильм. И его антисоветский пафос - тоже абсолютно советский, по сути и по форме. Поэтому поющий за столом Зельдин и прыгающий у микрофона Полад Бюль-Бюль оглы вызывают не столько задуманный ужас перед тоталитарным прошлым, сколько легкое ностальгическое умиление. Тем более, что в "Парке..." перемешаны стили и уклады всех периодов советской истории, и сталинские физкультурники сочетаются с застойными алкоголиками у пивного ларька и с конармейскими славословиями в адрес наркома Троцкого. Да и странно было бы, если бы Гусману удалось отпугнуть зрителя от ностальгии по совку, отсылая его к собственным совковым (очень симпатичным, на самом деле) произведениям того периода. Да, Гусман цитирует еще и "Космическую одиссею" Стэнли Кубрика (в эпизоде, когда Зимину удается проникнуть на "командный пункт" парка - этой сцены, кстати, тоже не было в первоначальном варианте сценария), и "Покаяние" Тенгиза Абуладзе (в полностью переделанном эпилоге: вместо лилипутов в пионерских галстуках на фоне Кремля - этот образ исчез вообще - финальной становится предыдущая по сценарию сцена, где в "Парк" везут Мавзолей, причем за рулем оказывается сам Гусман, и ехидно так спрашивает героев: "Зачем нужна дорога, если она не ведет в Парк советского периода?"), но несмотря на это "Парк советского периода", как он и был задуман, остается перепевом мотивов "Не бойся, я с тобой", на что в фильме тоже есть прямое указание (Лазарев говорит Боярской, пока Ефремов ломится к нему в номер: "Не бойся, я с тобой!").

Конечно, в фильме есть отдельные удачи. Актерские - их немного, но они есть, прежде всего Александр Дзюба (отдыхающий в образе космонавта уголовник Мыкола) и Рафаэль Мукаев (действующий в реальной московской жизни бандит Тимур), несколько сипатичных эпизодиков - далеко не все, но некоторые. Лиза Боярская свою роль провалила, зато компьютерные спецэффекты вышли пусть невыдающиеся, но, по крайней мере, не очевидно позорные (как-никак, в проекте Тельман Исмагилов материально поучаствовал,вот и у комсомолок в косынках на губах - помада "Макс фактор"). Но по-настоящему сильное впечатление на меня произвел только один момент. Зимин и Алена выбираются из Парка, сталкиваются с бандой Тимура, и тогда им на выручку устремляется со стороны славного советского мифологического прошлого дивизия красноармейцев с шашками наголо во главе с отдыхающим в образе Василия Ивановича (его играет Сергей Никоненко). И тогда героиня Лизы Боярский, прильнув к герою Александра-Лазарева-мл., облегченно вздыхает: "Наши!" Услышав "Наши!", я поперхнулся. Где угодно бы меня такое совпадение (или это не совпадение?) не удивило. Но только не у свободолюбивого Гусмана. Это кто ж кому теперь "наши"? Вот бы разобраться! Может, если уж Гусман сотоварищи в самом деле верят, будто в какой-то момент Россия ступила на путь свободы, но слишком быстро с него свернула, лучше было бы оставить в стороне прежний сценарий, и снять другой фильм - "Парк демократического периода?" Либерально-ностальгический боевик со всеми делами: с очередями к АО "МММ", с бандитскими перестрелками на улицах, с многотысячными демократическими митингами и Юлием Гусманом в эпизодической роли директора Дома кино?

Около месяца назад я с Гусманом делал интервью на "Звезду у экрана". Очень мило поговорили, и даже не один раз (по содержанию того номера было очень много изменений, пришлось звонить еще и еще). Юлий Соломонович был тронут тем, что я помню о табличке на стене в его бывшем кабинете с именами-отчествами его родителей. Рассказал про дочь Лолу, которая давно живет в США, и на все вопросы ответил так, как дай Бог чтоб каждый мой герой отвечал: обстоятельно и от души, одобрительно отозвался о проекте "Звезды на льду" и сделал комплимент Коле Баскову. Юлий Соломонович - он человек-то неплохой, и в общении приятный.
маски

Андрей Кончаловский в "На ночь глядя":

- Интеллигент не размышляет, он знает, что власть - это плохо.

Уж конечно Берман и Жандарев не могли не припомнить Кончаловскому "перевернувшее" их представление о мире высказывание Никиты Михалкова в самом первом выпуске "На ночь глядя":

http://users.livejournal.com/_arlekin_/624742.html?nc=25

- Он же ваш брат! - докапывались до Кончаловского ведущие. - Он - аристократ, а вы? Вы чувствуете себя аристократом.
- Да нет. Но я могу объяснить, почему я не интеллигент - спокойно и на удивление достойно ответил Кончаловский.

В программе вообще было немало моментов, когда на очевидную глупость ведущих (причем это на самом деле глупость, а вовсе не грамотная журналистская провокация) герой реагировал по-умному. Меня особенно зацепила фраза Бермана (кажется, Бермана) насчет того, что "таблоиды являются миром глянца" - это ж до какой степени надо не понимать и не хотеть понять, что происходит вокруг, чтобы такое болтать? Кончаловский мягко поправил, что, мол, на его взгляд таблоиды - это не совсем то же самое, что глянец. Хотя вряд ли Берман и Жандарев усекли разницу. Интеллигенты ведь. Настоящие русские интеллигенты. Они не размышляют, в чем разница между глянцем и таблоидом, они просто знают, что это плохо, и для того, чтобы ощущать себя интеллигентом, этого достаточно.

Но самое-то удивительное - в интервью Кончаловский, конечно, гораздо приятнее брата своего меньшего, но фильмы Никиты Михалкова тем не менее и интереснее, и значительнее, и талантливее.