August 3rd, 2006

маски

"Пираты Карибского моря-2: Сундук мертвеца" реж. Г.Вербински

Джонни Депп - лучший актер современности, первый номер в мировом кино (готов обсудить альтернативные кандидатуры). И дело даже в не в его нереальных актерских возможностях, а в том, что у него, как это не у всех великих бывает, практически нет проходных, случайных ролей. Даже в средних фильмах типа "Тайного окна" он безупречен и ни в чем не повторяет себя, а что уж говорить про более удачные картины. "Пираты..." же кроме того - безусловная удача в целом. Причем удача, что вдвойне приятно, на пустом месте. В сущности, это и не фильм вовсе, а кинодивертисмент, где отдельные, сами по себе великолепные элементы (островное племя людоедов, ведьма в затерянных лесах, Ост-Индская компания, пиратский "Летучий голландец" и т.д.) надо было как-то увязать, чтобы зритель не убежал сразу после одного в ожидании другого, вот их и увязали, "сшили на живую нитку" - и это замечательно, потому что для такого рода зрелища связная, подробно и последовательно прописанная фабула ни к чему, она только мешала бы наслаждаться этой роскошной неудобоваримой мешаниной из разнородных образов традиционных и литературных мифологий.

Безумно жалко, что сейчас даже самые успешные фильмы не расходятся моментально на цитаты и не врастают ими в живую речь (как это было, к примеру, в те безнадежно далекие времена, когда я ходил в детский сад и когда на следующий день после показа "Кин-дза-дза" все друг другу кричали "Ку!"). А то она бы благодаря "Пиратам КМ" запас фразеологизмов обогатился бы "любезным" приветствием "Зачем принес свои полипы?", а словечки из репертуара Джека Воробья "Зараза!" и "Смекаешь?" зазвучали бы свежее (вообще у сценаристов фильма, по крайней мере, русскоязычной его версии, могли бы поучиться записные остроумцы из "Камеди клаба"). Однако "Пираты..." - редкий случай, когда картинка и текст хоть и существуют как бы самостоятельно, качественно соответствуют, не уступают друг другу. Я бы из всего этого пиршества для глаз выделил два эпизода: когда капитан "Летучего голландца" Джоунс щупальцами своего "лица" играет на органе и когда Элизабет (Кира Найтли) приковывает кандалами к мачте Джека Воробья, оставляя его на съедение морскому чудищу Кракену (сценка эротична до непристойности, хотя обнаженки в ней нет совсем и дело не идет дальше поцелуя). Ну и, конечно, незабываем условно живой одноглазый пират, которого время от времени пробивает на размышления в духе современной философии - об этимологии имен персонажей скандинавской мифологии или о "дихотомии добра и зла".
маски

"Принцесса специй" в "35 мм", реж. Пол Майеда Бергес

Терпеть не могу фильмы про то, как тяжко несчастным иммигрантам в жестокой Америке или зажравшейся старой Европе. Если так уж тяжко - катились бы назад в свое родное дерьмо, никто их не особо в цивилизованный мир не приглашал и там им на самом деле не слишком рады. Удивительно, что пока рафинированные европейские интеллигенты Лоуч и Ханеке снимают всякую идеологически ангажированную хрень в таком духе, режиссеры, которые к этой проблеме имеют отношение более личное и непосредственное, смотрят на вещи глубже, сложнее, интереснее. Это, кстати, и для литературы характерно (взять хотя бы Видиа С.Найпола - он, будучи сам иммигрантом, на проблемы адаптации выходцев из третьего мира в мире первом смотрит совсем не так восторженно, как прогрессивные интеллектуалы из богатых буржуазных семей), и для кино иногда тоже (режиссеры из немецких турок не в счет - они безнадежны).

У героини "Принцессы специй" с детства наблюдались необычные способности, в том числе касательно предсказания будущего. В родной Индии ее пытались похититить бандиты, чтобы сделать наводчицей - при этом погибли ее родители, а сама она прибилась к странной полушколе-полусекте, где мудрая старушка учила девушек тонкостям обращения со специями. Древняя мудрость и магические знания, помимо сверхчеловеческой силы, накладывают на учениц некоторые обязательства: нельзя касаться человеческой кожи, нельзя использовать силу специй в личных целях... И вот она живет в Сан-Франциско, владеет магазином пряностей и старается с их помощью, как своего рода индийский вариант Амели с Монмартра, наладить жизнь окружающих: способствовать успеху чернокожего парня у любимой девушки, помочь престарелому индусу-консерватору вернуть в лоно семьи загулявшую с мексиканцем внучку (к чести авторов фильма, межнациональные конфликты они подают не по "черно-белому принципу", а в том же ключе, который стал основополагающим для оскароносного "Столкновения", когда всем без исключения народам, а вовсе не только белым европеоидам, не чужда ксенофобия), индусу-подростку - найти друзей и избавиться от обидчкиков-сверстников. Но личного счастья нет у бедняжки. В какой-то прекрасный день у дверей ее магазина неудачно тормозит... ну не принц на белом коне, а небритый парень-архитектор на мотоцикле - но тоже ничего. Однако ревнивые специи тут же пускают жизнь девушки под откос - мальчик-индус становится бандитом, чернокожего бросает невеста, а на ее друга-таксиста совершается нападение. Девушка мучительно мечется между долгом "принцессы специй" и чувством здоровой женщины, долг уже почти побеждает, как вдруг в Сан-Франциско происходит очередное землятресение и все встает на свои места: мальчик расстается с бандитской средой и идет в обучение к чернокожему каратисту, который находит себе новую невесту, дедушка-индус смиряется с тем, что внучка выходит замуж за латиноса, а "принцесса специй" и ее небритый архитектор вроде как соединяются в счастливом союзе. Тем более, что белый архитектор на самом деле - потомок индейцев, его мать в свое время ради карьеры предала свой род и покинула семью, в связи с чем герой с ней не общался до самой ее смерти - а благодаря милой индийской девушке осознал свою неправоту и запоздало раскаялся.

Режиссер с самого начала предупреждает, что это сказка. Но как же точно рассчитан баланс между социальной драмой и экзотической сказкой! В принципе, практически ничего фантастического в фильме не происходит, не так уж четко даже понятно, действительно ли специи героини обладают магическим воздействием на жизнь покупателей ее коричной лавки, или это ее восточная фантазия чересчур богата. Можно ограничиться в понимании происходящего тем, что специи - это традиции рода, которые в зависимости от того, как к ним относится, могут препятствовать свободе личности, а могут стать самой прочной для нее основой. Мне-то, конечно, интереснее видеть в этом красивую романтическую сказку на этнографическом материале. Потому что социальным драмам с хэппи-эндом я не доверяю.
маски

РОДИТЬСЯ МАЛЬЧИКОМ - ЕЩЕ НЕ ЗНАЧИТ СТАТЬ МУЖЧИНОЙ

В последнее время щиты с социальной рекламой в Москве радуют все больше - такой простор для фантазии дают.

А вот еще один великолепный образец жанра:

УЧАСТКОВЫЙ - ОТ СЛОВА "УЧАСТИЕ"

(Я-то по своей филфаковской наивности думал, что "участковый" - от слова "участок")