July 20th, 2006

маски

"Возвращение Супермена" реж. Брайан Сингер

В планах злодея - из инопланетных кристаллов вырастить в океане новый континент, а прежнюю Америку утопить. Ему противостоит Супермен, полетавший несколько лет вдали от Земли, посмотревший на свой родной мертвый Криптон и вернувшийся на ферму своего детства, где его поджидала любящая старушка на грузовичке, приемная мать.

Определенные достоинства у этого запоздалого сиквела все же имеются. Лично мне больше всего понравилась электрическая железная дорога размером с большую комнату, с которой играется главный злодей, герой Кевина Спейси, и вся его компания. Да и кристаллическая суша из глубины атлантических вод вырастает довольно живописно. Только Супермен тут - совсем лишний. С подобными спокойными, если не сказать "интеллигентными", злодеями (герой Спейси любит менять парики, как настоящий актер, но, пафосно рассуждая о смерти миллиардов, сам лично убивает мало и неохотно, так что с ним все ясно - он далеко не Человек-Пингвин и не Зеленый Гоблин) справился бы и обычныый техасский рейнджер, что обошлось бы в значительно меньшую сумму денег.

Добро давно не дает поводов для художественных откровений, но провал "Возвращения Супермена" - в том, что не только добро здесь пальцем на компьютерном дисплее нарисовано, но и зло - тоже невзрачное, невнятное, не отвратительное, совсем не страшное и даже не смешное. До жути серьезное, как всегда у Спейси - но в этой своей серьезности мягкое, какое-то милое, а когда маньяк начинает размышлять об античной мифологии и соотносить себя с Прометеем - в чем-то симпатичное. Что для кинокомикса - просто нонсенс.

Тем временем градус идиотизма в сюжете зашкаливает все критические отметки даже по комикс-шкале. И комплексующие авторы задним числом пытаются по ходу фильма над собой шутить. Лучше бы они не делали этого - получается не столько смешно, сколько глупо, а страдают в первую очередь животные, в частности, две собачки. Поначалу они принадлежали богатой старухе, у которой герой Кевина Спейси, выйдя из тюрьмы досрочно, обманным путем по завещанию оттяпал после ее смерти все состояние. Пока он со своей поблядушкой вступал в права наследования, одна собачка с голодухи съела другую - сценаристы посчитали, что это невероятно забавно. А когда сам неудавшийся "прометей" и его шлюшка оказались на необитаемом острове с минимальным запасом кокосов, та же угрожающая перспектива нависла и над второй собачкой.

Всерьез, на уровне макро-сюжета, дело обстоит еще хуже. Вроде бы "Возвращение Супермена" - это такой абсолютно "правильный" фильм о супергерое. Но в том-то и дело, что неправильный. Нарушено главное положение неписанного, но складывавшегося десятилетиями кодекса жанра, основа которого - противостояние одинокого героя одинокому монстру в контексте мегаполиса, где правят бал пресса и шоу-бизнес; в результате этого противостояния монстр не только лишается своей социальной и технической мощи, но и терпит фиаско в личной жизни, тогда как супермен, оставаясь героем трагически одиноким (такова генетика образа, восходящая через немецких романтиков к древним европейским эпосам), все-таки получает надежду на обретение друзей и семьи. В "Возвращении супермена" все наоборот. После крушения планов злодей (который к тому же совсем не монстр, а нормальный на вид, разве что лысый, мужик средних лет в исполнении средних же лет гомосексуалиста) оказывается в компании своей верной и любящей спутницы, которую он не прикончил и не бросил после того, как она на фиг повыбрасывала из вертолета все с трудом добытые инопланетные кристаллы, и дружной парой они ждут у моря погоды; а вот Супермен, передав всю силу своему сыну-астматику, оставляет его и любимую женщину другому мужчине, самому обыкновенному (основное достоинство - он родня главного редактора газеты, где героиня печатает свои откровения о Супермене) и улетает в неизвестном направлении.
маски

"Молчи в тряпочку" реж. Найэлл Джонсон

47 лет назад молодая женщина убила мужа и его любовницу, попала в психушку, но за последующие десятилетия только укрепилась в убеждении, что поступила правильно и плохих людей можно и нужно убивать (можете посадить в дурдом и меня тоже - я с ней согласен полностью!). Выйдя на свободу, она под видом домработницы попадает в семью своей дочери, воспитанной в монастыре на правах сиротки. У взрослой дочки много проблем: муж-пастор - зануда, от которого она готова уже бежать с приблудным американцем, тренером по гольфу; старшая дочь - нимфоманка, путающаяся со всякими неформалами, младший сын - слабак, обижаемый соучениками по провинциальной школе; да еще гад-сосед держит во дворе собаку, которая по ночам лает и не дает спать, а паскуда-соседка измучила мужа приставаниями на счет цветоводческого комитета. Добрая бабушка помогает родне чем может и как умеет: один за другим на тот свет отправляется сосед со своей собакой, соседка-цветовод и американец в обтягивающих плавках. По мере того, как многочисленные поганцы уходят из жизни этой простой английской семьи, младший сын обретает уверенность в себе, дочь находит постоянного и благонадежного парня, а муж-пастор в своих проповедях начинает вовсю использовать анекдоты и, начитавшись в Библии "Песни песней" входит в такой сексуальный раж, что счастливая героиня забывает о своем американце еще до того, как старушка-убийца окончательно решит вопрос ее неверности.

Все это вписано в пейзаж "старой доброй Англии". Местами даже смешно, и чем ближе к концу и чем больше трупов - тем смешнее. Естественно, дочка, поначалу ужаснувшаяся маме-убийце и уверенная, что лучше быть сиротой, в конце концов идет по стопам родительницы и попытка двух рабочих осушить пруд для них закончится на дне этого самого пруда, в компании жертв полоумной, но добрейшей матушки.

Если бы пастора играл не Роуэн Аткинсон, а американского тренера по гольфу - не Патрик Суэйзи, фильм мог бы и в кинофестивальную программу попасть.
маски

"Перегон" реж. А.Рогожкин

И комедии, и военные драмы Рогожкин лепит по одному рецепту: на локальном пространстве где-то вдали от шума городского сходятся представители разных наций, культур и языков, а также социальных прослоек, в процессе взаимодействия перед лицом общего врага учатся понимать друг друга, до конца все равно не понимают, но в целом все завершается благополучно, а главное - жизнь идет дальше и мир в целом мало изменяется с рождением новых людей и смертью прежних. В "Перегоне" это локальное пространство - Чукотка, в 1943-м году ставшая перевалочным пунктом для самолетов, поставляемых по лендлизу в СССР из США. Герои - советские пилоты, техники и другие служащие военного аэродрома, американские летчики, в основном - летчицы, ну и чукчи, они же эскимосы, которые как жили, так и живут у себя дома, хотя помаленьку тоже учатся летать. Комендант аэродрома Юрченко (отличная работа Алексея Серебрякова) - контуженный алкоголик, который не разводясь с женой-библиотекаршей (Анастасия Немоляева), спит с поварихой Валентиной, жена же, в свою очередь, встречается с бравым командиром отряда пилотов (Даниил Страхов). Юрченко всех замучил своими ура-патриотическими эскападами по пьяному делу, бериевскими выходками и вмешательством в личные дела подчиненных. Ближе к концу фильма его находят убитым, приезжает следователь НКВД, под обвинение попадает один из пилотов, которому покойник мешал встречаться с американкой. Но больше других в этом многонаселенном и, сказать по правде, явно затянутом фильме запоминаются даже не самый положительный, почти святой персонаж - повар Ромодановский (в прошлом, до лагеря по 58-й статье - авиаконструктор, который женится на беременной от убитого Юрченко Валентине и в 44-м попадает в "шарашку", возвращаясь к своей прежней профессии), а хитрый чукотский мальчик Василий, который до того, как ушел на фронт летчиком и погиб смертью храбрых, успел и с американцами поторговать по бартеру, и даже слетать нелегально на Аляску в заколоченном ящике. А еще поросенок Тарасик - чтобы от него избавиться, его дарят американцам, а те возвращают здорового уже хряка. Но вообще главных героев здесь нет, и сюжет неровный, не всегда складный, почти все линии теряются и путаются, не обнаруживая ни начала, ни конца, люди появляются, люди исчезают, рождаются, умирают, жизнь идет.