June 28th, 2006

маски

Шоу Джалиля ("Как все" Бельгия-Люксембург-Франция, реж. Пьер-Поль Рендерс, ММКФ, конкурс)

Вторичная и по мысли, и по форме картина о том, как человек, сам того не зная, становится персонажем шоу. В "Как все", правда, это не телевизионный реалити-проект, а своеобразный социологический эксперимент. Главный герой Джалиль благодаря выигрышу в телевикторине "Как все", где надо угадывать, как на тот или иной вопрос отвечают большинство французов, становится объектом социологического исследования. на нем тестируют любые продукты и предметы обихода, с целью выяснить, что будет продаваться, а что нет, и сэкономить при этом на опросах и фокус-группах. Дабы дело шло успешнее, нанимают актрису, которая разыгрывает бурный роман с Джалилем. Однако в какой-то момент ситуация выходит из-под контроля и девушка во всем ему признается. Реакция Джалиля оказывается неожиданной: он продолжает заниматься тем же самым, но за большие деньги, и моментально становится звездой, организует собственную контору, куда пристраивает все свое многочисленное арабское семейство. И дело идет так успешно, что в предвыборной нервотрепке перед Джалилем заискивает сам Президент Республики Жистен (хорошо, что не Вериоль, Жорпиду или Фриттеран). Президента Жистена, в довершении всего, играет Тьери Лермитт, на которого нет сил уже смотреть, как на Кристофера Уокена, Жака Рено или Сергея Безрукова.

Конечно, "Как все" - всего лишь сатирическая комедия, довольно забавная местами и с "идейным" хеппи-эндом, когда Джалиль отказывается от предназначенной ему роли подопытного кролика и манипулятора общественным сознанием и, примирившись со своей возлюбленной, начинает проповедовать свободу индивидуального выбора. Однако из фильма следует, что сегодняший среднестатистический француз - это араб. Что, по-моему, совсем не смешно.
маски

"Счастливы вместе"

- сериал, запускающийся на ТНТ, ради презентации которого я отбежал на пару часов из "Октября" (по счастью, бежать пришлось недалеко - до Малой Никитской и обратно) - самый убогий телевизионный продукт из всех, которые мне доводилось видеть. Меня обычно не раздражает закадровый смех в ситкомах, но когда смеяться явно не над чем (за время презентационного показа зал ни разу не разразился хохотом), а за кадром то и дело раздается гоготание - это бесит вдвойне. Даже не видя оригинала "Женаты... с детьми", могу предположить, что настолько бездарным, как римейк, он быть не может. Это обидно, поскольку оригинальный ТНТ-шный "Бункер", при всей моей давней антипатии к творческим соратникам Бориса Юхананова, вышел не в пример удачнее и веселее. А вот что мне на этой презентации понравилось (помимо фуршета, разумеется) - это ролики из проекта "Другая жизнь". По крайней мере тот, где из мясника делают стилиста. Даже если мясник настоящий, а не подставной, парня все равно подставили. После того, как стилист Орлов с очень характерными манерами в кадре пообещал ему, что через месяц "экспертный совет должен признать, что ты стал одним из наших", тот может до конца жизни доказывать, что он по природе своей - мясник, а не стилист, никто ему не поверит.
маски

"Сны о рыбе" Бразилия-Россия-США, реж. Кирилл Михановский (ММКФ)

Уж не знаю, в обычаях ли бразильских рыбаков разгуливать на людях в одних только коротких шортиках на стройном загорелом теле, или просто режиссер - гей, но смотреть на экран приятно, хотя там почти ничего не происходит. И не то что даже "ничего не происходит, просто показана повседневная жизнь рыбацкой деревушки" - история как раз очень даже романтично-экзотическая, просто развивается очень медленно. А если свести событие воедино - получится что-то вроде "Миллиона алых роз", только вместо бедного художника - бедный рыбак, а вместо актрисы-самодурши - безмозглая девка, обожающая "мыльные оперы". Бедный рыбак так любил эту дуру, что ради нее продал свой дом и на все деньги купил в городе огромный, самый большой, какой только смог найти, телевизор. В итоге девушку из ее дома тоже выгнали, и молодые остались со своим телевизором без крова.
маски

Старые фильмы о главном ("Кинофестиваль" реж. Василий Пичул, ММКФ)

"Ну скажи ведь - хуйня! Скажи - хуйня!!!" - требовала, чуть не хватая меня за пятки курившая в фойе Podruga. И, кажется, была разочарована, когда я, оглянувшись на скаку, сказал "Нет", едва успев оговориться: "Конечно, смотря с какой точки зрения смотреть".

На самом деле я не стал дожидаться окончания фильма не только для того, чтобы спокойно уехать на метро. "Кинофестиваль" - из тех проектов, где не только развязка истории, но и ее завязка значат мало. История здесь - элемент чисто служебный, просто цепочка заведомых несообразнностей (середина 80-х, Московский кинофестиваль, на который приезжает голливудская кинозвезда Ричард Дирк, КГБ с целью дискредитировать его, а вместе с ним и все завоевания перестройки, похищает при помощи сотрудничающих с комитетом священников ценный перстень из монастыря, чтобы подложить его Дирку, тот дарит его своей новой пассии, тоже агентше, но безделушку похищает вор-рецидивист и т.д.). Все это нужно только для того, чтобы как-то связать в относительно единое целое 15 вставных музыкальных номеров, а вот они сами по себе довольно забавны. В этих клипах, как и в фильме в целом, пародируются всевозможные киноклише - от "Поющего под дождем" и "Войны и мира" до довольно грубого отсыла к "Маленькой Вере" самого Пичула. Причем эти пародии не просто интересны постановочно (режиссерская фантазия не подводила Пичула и на самых неудачных в других отношениях начинаниях, вроде роскошного и убогого одновременно "Неба в алмазах"), но прежде всего остроумны и точны, до такой степени, что в них угадываются штампы не только хрестоматийных картин прошлого, но и самых новейших, например, разговор о прошлом и настоящем России в пресс-баре Кинофестиваля вызывает однозначные ассоциации с аналогичной сценой в пивной из "Связи" Дуни Смирновой, хотя уже из хронологии событий понятно, что Пичул ничего такого осознанно замыслить не мог.

Так что, даже не зная, чем там кончилось все дело с перстнем, картина в целом ясна. Собственно, она была ясна еще до начала показа. Сначала Сергей Конов оговорился, что их фильм не нужно судить по законам кино. Затем и Василий Пичул в своем театрализованном представлении участников съемочной группы, вводя публику в иронический контекст своего творения, сам поспешил поиздеваться над фильмом, опережая других желающих (хотя наверняка, как и любой другой режиссер, пребывает в искренней уверенности, что создал шедевр на века). Раз говорят - не суди по законам кино, да не будешь сам по ним судим - стало быть, и не надо. "Кинофестиваль", если воспринимать его вопреки пожеланиям авторов (чего, как настаивают его создатели, делать не нужно) - кино чисто тусовочное, век которого миновал. Хотя если даже сравнивать "Кинофестиваль", скажем, с "8 1/2 долларов" Константинопольского, он выглядит достойнее и профессиональнее. Но главный плюс фильма не в том, что "Кинофестиваль" не сводится к "8 1/2 долларам" (ну или к "8 1/2 фильмам", как было бы точнее, если бы в рамках ММКФ уже не было одноименной кинопрограммы), а в том, что это продукт принципиально иного порядка, в чем авторы, судя по их програмным заявлениям, прекрасно отдают себе отчет.

Очевидно же, что в качестве полнометражного фильма "Кинофестиваль" кроме как в рамках кинофестиваля же нигде не может быть уместен и нигде не будет адекватно воспринят. Когда перед тобой маячат Берман с Жандаревым и депутат Митрофанов, сзади Podruga лепечет со своей подругой, а маменька ихняя, посылая дочку за пивом, поносит Тарзана ("быдлевич, сиськи как у бабы, стриптизер он и есть стриптизер") и восторгается Верником ("какой изысканный, все-таки - актер - это актер"), как-то даже не возникает вопросов, о чем, о ком и для кого фильм - сразу все становится на свои места.

Ошибку создатели "Кинофестиваля" совершили не художественную, а менеджерскую, запланировав выпустить фильм в широкий прокат к середине осени. Это явно лишнее. Нефестивальная публика вряд ли воспримет и поймет приколы для внутреннего пользования, а без этого картина покажется обычной галиматьей. Но вот если обождать еще пару месяцев, договориться с каким-нибудь крупным телеканалом и запузырить "Кинофестиваль" в ночь с 31 декабря на 1 января в качестве новогоднего телепроекта - это как раз оказалось бы в тему. Музыка Шелыгина и стихи Пеленягре к тому весьма располагают - даже странно, что никогда раньше Шелыгину не поручали таких заданий, композитор он выдающийся и чувствует себя прекрасно в любого рода жанре. Конечно, для эфира пришлось бы кое-что подчистить, но совсем немного: отредактировать слегка текст песенки Григория Сиятвинды (он играет посланца Восточно-африканской республики, которому в какой-то момент по ошибке достается пресловутый перстень), убрать сценку, пародирующую "Маленькую Веру", вырезать голую задницу Юрия Колокольникова, ну и еще несколько мелочей.
маски

"Пробуждение" Греция реж. Никос Грамматикос (ММКФ, конкурс)

Полицейский, из ревности застрелил жену, которой сам безбожно изменял, и собираясь бежать, решил напоследок выяснить отношения с родным братом-священником, с которым не общался десять лет. Промотавшись с братом по городу целую ночь, священник признается ему, что в измене его жены он сам и виноват. Попытка поговорить о серьезных вещах - о морали на уровне теории и о том, как ограниченно она работает на "практике", о родстве людей, о преступлении и раскаянии, но все так плоско, так претенциозно (в финале брат-священник стоит на паромном мостике, который поднимается, в буквальном смысле возвышая, вознося его, а паром отходит от берега, разделяя водой двух братьев; по ходу фильма на месте своего взрослого младшего брата-священника герой то и дело видит его же, но в детстве, маленьким мальчиком), скучно невыносимо.
маски

"Гамера: Маленькие герои" Япония, реж. Рюта Тасаки (ММКФ)

Гигантская огнедышащая летающая черепаха сражается с еще более огромным ушастым звероящером, угрожающем разрушить город, а маленькие япончики в этом черепашке самоотверженно помогают, со всех ног бегут и несут красный камень, похожий по форме на человеческий мозг, содержащий энергию. Черепаха Гамера, хоть и гигантская - 8-метровая - на самом деле тоже детеныш, вылупившийся из яйца буквального на руках у главного маленького героя. Его отец когда-то давно стал свидетелем, как другой Гамера сжег себя вместе с другим монстром, чтобы помешать тому погубить людей. Сын не хочет, чтобы "маленький" Гамера так жертвовал собой, и спасает его.

Не уверен на сто процентов, но судя по картинке, японцы в этом фильме сознательно старались не злоупотреблять высокими технологиями, а монстров делали кустарным способом, разработанным еще Алекскандром Роу для его Змея Горыныча. Как ни странно, именно это обстоятельство придают фильму, во многих других отношениях довольно занудному, некоторое обаяние.