January 25th, 2006

маски

"Река с быстрым течением" В.Маканина в МХТ им. А.Чехова, реж. М.Брусникина

Брусникина настолько верна себе, что даже не скажешь сразу, хорошо это или плохо. Но все сказанное о ней ранее по поводу недавней премьеры "Случая" Гольдони в "Сатириконе"
(http://users.livejournal.com/_arlekin_/512896.html?mode=reply), актуально и для "Реки с быстрым течением". И даже еще раньше сказанное, по поводу "Солнце сияло" Курчаткинана той же малой сцене МХТ: работая с текстом, Брусникина не видит или не хочет видеть разницы между Пушкиным и Курчаткиным. Превосходная, лаконичная, точная, многослойная ранняя проза Маканина гораздо ближе к поэзии Пушкина, чем к беллетристическо-публицистической порнушке Курчаткина, но Брусникиной это все равно. Тем более, что в "Реке с быстрым течением" заняты не вчерашние студенты, как в том же "Случае", а сложившиеся и достаточно опытные актеры, при всей своей относительной молодости, а главное, действительно талантливые: Павел Ващилин, Янина Колесниченко, Эдуард Чекмазов, Кристина Бабушкина, из более старших поколений - Алексей Агапов, Игорь Золотовицкий и Дмитрий Брусникин, которому Марина Брусникина отдала роль "первого среди равных": голос повествователя. Хотя сквозного действия в этом сборнике новелл и зарисовок нет, но герой Брусникина и объединяет фрагменты в некое подобие целого, и открывает спектакль - новеллой о писателе, живущем в пространстве собственного текста, и сочиняющего рассказ как жизнь - или живущего жизнь, как сочиняют рассказ, когда история несложных взаимоотношений с переезжающей соседкой и ее мужем становится материалом для игры с категориями реальности и вымысла. Игры с категориями, впрочем, Брусникину мало интересуют, она берет из текста Маканина только самый верхний слой - сюжет и характеры. Но это немало - при таком тексте и при таких актерах, способных этот текст наполнить живыми эмоциями. (Самый пронзительный эпизод для меня - с героем Золотовицкого, который вдруг пришел к выводу, что за его удачу кто-то другой в мире расплачивается своей неудачей, потому что счастье - как одеяло, которого на всех не хватает; но и другие истории - об обмене квартиры, при котором муж познакомился с вдовой, хозяйкой их будущей квартиры, и она предложила ему стать ее любовником, чтобы он приходить к ней после переезда в ее новую - и бывшую его - квартиру; или о девушке, которая выпила на вечеринке и всем показалась легкой "добычей", но пока гости-мужчины спорили, кому она достанется и кто пойдет ее "провожать", она незаметно ушла одна и пропала; или о муже, который после 15 лет брака уличает жену в измене, но не понимает, что делать, потому что жена больна раком, и он об этом знает, а она - нет). Текст, который читают и в лучшие моменты постановки играют актеры, слушать - одно удовольствие, иногда - даже потрясение - но то и другое не имеет никакого отношения к специфике театрального спектакля. С тем же удовольствием этот текст можно было бы просто прочитать в книге или послушать по радио. И постановка, выстроенная таким образом как действо на три с половиной часа, могла бы продолжаться и 8 часов, а могла бы уместиться в 45 минут, или даже превратиться в театральный "сериал", растянутый на столько вечеров, на сколько хватило бы литературного материала и актерской памяти. Ничего другого Брусникина не предложила и закапываться вглубь прозы Маканина, сквозь сюжет и персонажей, не стала (или не смогла). Вытащить в название самую несложную из маканинских метафор - "река с быстрым течением" (и не видя спектакля, понятно, что речь идет о человеческой жизни) - ей, как обычно, показалось достаточным.