December 11th, 2005

маски

"Гарри Поттер и кубок огня" реж. Майк Ньюэлл

Как бежит время - у Гарри Поттера вон уже волосики в подмышках отросли... И вообще можно было бы назвать фильм как-нибудь типа "Гарри Поттер и волшебный пирог" - по аналогии с "Американским пирогом". Потому что детективно-магическая линия в нем - побочная, а основная - история про взрослеющих и сексуально созревающих подростков.
Гарри с его вечно "ботаническим" имиджем - не секс-символ, конечно. Но вот Виктор, болгарский участник Турнира Магов, ученик Игоря Каркарова - такой мужественный, такой мускулистый, неудивительно, что Гермиона сразу с ним спуталась, а недозрелые мальчиши Гарри и Рон остались не при делах. Виктор, как и другие болгарские маги, носит военную гимнастерку, поверх которой одевает тулуп, а на голове у него - меховая шапка, в общем, типичный славянин. Но и местный участник, старший соученик Гарри Седрик - очень хорош, жалко, что в конце его убивает Темный Лорд. Вообще в четвертом кино-поттере все пронизано сексуальным подтекстом - от призрака девочки, которая с голым Поттером в бассейне ведет себя как одичавшая нимфоманка, до руководительницы делегации французских волшебниц, которая оказалась давней возлюбленной мохнатого наставника Гарри.

Совершенно чудесный персонаж - полубезумная репортерша из магической "желтой" прессы, раздувающая на пустом месте сенсации, перевирающая со своим самопишущим пером слова интервьюируемых и вламывающася в закрытые двери в самый неподходящий для персонажей момент.

Главная, определяющая черта жанра подростковой комедии - школьный бал, вокруг которого закручивается сюжет: кто кого пригласит, кто с кем пойдет, как одеваться, как танцевать - в "Кубке огня" все это имеется в наличии в полном объеме. Поначалу, правда, юные маги пытаются вальсировать под патефон, но очень быстро бальные танцы перетекают в дискотеку под абстрактно-готическую рок-группу. А еще, как полагается в подростковых комедиях, в школе обнаруживается скрытый гей. Это еще один "ботаник" Невил. Он, конечно, в свои 13 или 14 лет еще не понимает, что он голубой, просто любит танцы и старается по мере сил помогать Гарри Поттеру, не осознавая до конца природу своей симпатии к нему. Ну и школа магов, по сравнению с прошлыми сериями цикла, все меньше похожа на идеальное учебное заведение, и все больше - на тюрьму подростковой сексуальности: жуткий гадюшник. И сам турнир магов в таком контексте приобретает характер сексуального соревнования.

Все это по своему забавно, только магические навороты то и дело мешают. Почтовые совы, летающие драконы и видения с воскресшими покойниками в формат подростковой комедии не вписываются. И как законченное целое новый "Гарри Поттер" - зрелище нескладное и бестолковое. Сильно уступающее третьей части Альфонсо Куарона
(http://www.livejournal.com/users/_arlekin_/62544.html?nc=9)
- на сегодняшний момент лучшему фильму поттерианы.
маски

"Лесная песня" в Театре п/р В.Назарова

У меня давно уже был намечен поход на "Моего бедного Марата" в Театр им. Моссовета, но за несколько часов оттуда позвонили мне на мобильник и сообщили, что спектакль отменяется, потому что заболел Домогаров. Чем это он, интересно, заболел? Еще одна жертва африканской заразы? Ну ладно, раз заболел, я отправился на превью мюзикла "Лесная песня" в Театр Назарова.

Сам Назаров и музыку написал на либретто Александра Шишова и Елены Исаевой, и поставил спектакль в декорациях Юнгвальда-Хилькевича. От Леси Украинки, по пьесе которой сочиняли либретто, не осталось практически ничего. Исходный материал - ужасного качества. Стихи музыкальных номеров - ниже всякой критики. Персонажи украинского фольклора, ставшие у Украинки героями символистской драмы, вдруг заговорили чудовищными виршами, в которых вдруг всплывают идеомы совершенно в подобном контексте неуместные - типа реплик "давай замочим Водяного" или упоминания "трех тополей на Плющихе". Музыка еще более эклектична - один номер решен в стиле традиционной советской оперетты, другой стилизован под танго, третий под рэп, четвертый под восточную песню с элементами пентатоники, пятый - под еврейский фольклор и т.д. В принципе, это тоже могло быть своего рода оправданным приемом, если бы сценография Хилькевича, при всей внешней "роскоши" (а там и шарик-земля, и батут-болото) не было такой жутко архаичной, как в неожиданно разбогатевшем провинциальном тюзе.

Традиционная сценография и костюмы с новомодной эклектикой музыки, текстов и хореографии не вяжется никак. Но еще хуже, что Назаров, не выходя из состояния эйфории по поводу собственной "гениальности", совсем ничего не "прочитал" в оригинале пьесы. Хотя Леся Украинка в "Лесной песне" в духе своего времени (рубеж 19-20 веков) соединила персонажей национального фольклора с сюжетами античной мифологии. История любви деревенского парня Лукаша к лесной русалке Мавке явно восходит к мифологическим сюжетам о смертных и нимфах, а когда оскорбленная Мавка прощается с земной жизнью и уходит в подземное царство к Тому, кто в скале сидит, а Лукаш следует за ней под землю - это очевидная параллель с мифом об Орфее и Эвридике. Но в театре Назарова это никого не интересует. Гораздо больше единомышленников Назарова забавляет тот факт, что Мавку играет артистка по фамилии Бьорк (Биорк) - на самом деле, так по паспорту, потому что у нее папа швед. А одну из "злыдней" танцует Алиса Селиверстова, которую в труппе прозвали Алисией Сильверстоун.