May 4th, 2005

маски

Мольер у психоаналитика ("Дон Жуан и Сганарель" в Театре им. Е.Вахтангова, реж. В.Мирзоев)

Читал ли Мирзоев роман Альберто Моравиа "Я и Он", построенный на диалоге героя с собственным половым органом? Не знаю. Смотрел ли фильм "От 180 и выше"? Тоже неизвестно. Но то, что много читал и много смотрел - факт. И то, что много ставил и продолжает ставить - тоже. И все об одном и том же. Во всяком случае, мысли Мирзоева бесконечно далеки от проблем несовместимости норм общественной и религиозной морали с физиологическими и интеллектуальными потребностями индивида, без которых история Дон Жуана (не только мольеровского) превращается в водевиль (в лучшем случае). Мирзоевская история, зато, не обошлась, как обычно, без Фрейда.

В этом сумбурном, хотя и по своему занятном, местами привлекательном, но затянутом балагане так до конца и не ясно: то ли высокий дородный Дон Жуан (Максим Суханов), перед которым расстилаются и благородные доньи, и простые крестьянки - это воплощение подавленных фантазий коротышки Сганареля, то ли наоборот, Сганарель (Евгений Стычкин) - это маленькое, коварное, вездесущее супер-эго Дон Жуана, которое время от времени пробуждается, мешая олигофренически отвязному (как все герои Суханова в спектаклях Мирзоева - от шекспировского Петруччо до гоголевского Хлестакова) реализовывать без перерыва, ту единственную - сексуальную - функцию, для коей он приспособлен физиологией. В том же психоаналитическом контексте прочитаны и сцены Дон Жуана с матерью, которая является герою то и дело с поучениями и приставаниями (в первом из "явлений" мать с помощью мяча изображает процесс родов, а потом очень убедительно, и потому малоэстетично - носовое кровотечение). Раздвижной мост как держащий элемент сценографии - из той же копилки символов.

При всей моей слабости к сюжетам о раздвоении личности, весь этот фрейдизм второй свежести меня не привлек. Во-первых, даже такая сомнительная концепция требует детальной режиссерской разработки и реализации не только на умозрительном уровне, но и в специфически театральных формах, у Мирзоева же она присутствует исключительно в виде броских, но невнятных метафор (мост, колесо, мешки с песком, факелы и т.д.), к тому же кочующих из одной его постановки в другую (достаточно вспомнить хотя бы "Амфитриона" - того же Мольера и на той же вахтанговской сцене, или "Сирано" - тоже вахтанговского). А во-вторых, вторичная, и несмотяр на это непродуманная и непроработанная концепция становится тем камнем, который топит смешную (на самом-то деле) пьесу Мольера, как Герасим утопил свою любимую псину. Безусловно, легкость - это очень часто признак пустоты, я об этом как-то, давно, написал применительно к Марку Вайлю :
http://www.livejournal.com/users/_arlekin_/40254.html?mode=reply
Но тяжесть, тяжеловесность - тоже не всегда признак глубины. Спектакль Мирзоева - и пустой, и тяжелый, тягостный для восприятия. Вроде бы и пьеса остроумная, а актеры интересные, и режиссура в том, что касается деталей, мизансцен, пластики - подробны, изобретательны. Правда, той изобретательностью, которая более уместна в цирке, нежели на театральной сцене. Например, в одной из сцен Дон Жуана с матерью (а сцены сына и матери в этом фрейдистком действе ключевые) мать выкручивает тряпку и дает второй конец Дон Жуану - скрученная тряпка соединяет их, как пуповина, но связь обрывается, и вот уже мать лупит сына этой "пуповиной", как плеткой. В "роли" призрака Командора выступает толпа соблазненных и брошенных Дон Жуаном женщин. В Финале из плоскости сцены вырастает вертикаль крестного распятия - процесс сопровождается исполнением Максимом Сухановым блюза, в то время как Сганарель-Стычкин баюкает в руках оторванную голову Дон Жуана, даже не вспоминая о невыплаченном жаловании (с текстом Мольера Мирзоев вообще обошелся даже по нынешним меркам весьма вольно, кроме всего прочего, насытив его современными жаргонизмами) - сцена ассоциируется с мюзиклом "Иисус Христос - Суперзвезда". Спектакль же в целом ужасно скучный. Тяжесть пустоты, оказывается, еще более невыносима, чем легкость. Кстати, "Дон Жуан" Марка Вайля, если не считать провала Вдовиченкова в заглавной роли, был если не содержательнее, то не в пример симпатичнее:
http://www.livejournal.com/users/_arlekin_/118064.html?nc=1

Совершенно иначе концептуально увидел, но очень сходно эмоционально оценил "Дон Жуана и Сганареля" в своей замечательной, на мой взгляд, рецензии в "Газете" Глеб Ситковский:
http://www.selavi.ru/smotr/2004/2004_vaht_juan.htm#gzt
маски

"Я отнюдь не отрицаю диктаторов и диктатуры,

напротив, я признаю, что диктатор может быть явлением провиденциальным, спасительным, во всяком случае - положительным (все равно, в какой области и какие мы возьмем "масштабы"). Это не мешает нам, однако, относиться к диктатуре и ко всякому диктатору с каким-то внутренним отталкиванием. Дело, должно быть, просто во власти одного над многими. Отсюда получаются нередко превосходные результаты, особенно если диктатор действительно талантлив. Их нельзя не признавать, не ценить, но внутреннего отношения к диктатору это не меняет."

Зинаида Гиппиус. "Дмитрий Мережковский"
маски

Задрожали ветки, как моя душа...

Слушаю один за другим все шесть сборников "Фабрики звезд" Аллы Пугачевой (параллельно пытаюсь привести в приемлемый вид текст к юбилею "ДОМа-2" - 11 мая будет ровно год, как там народ сидит). Торможу на песенке "Яна", которую спел Киркоров вместе с "фабричными" мальчиками. Этот номер мне понравился с момента премьеры на одном из "отчетных концертов": одетые в немыслимые шапки-ушанки Майк, Руслан, Мигель и Веселов водили хороводы с Киркоровым и Яной Чуриковой под замечательную песню Ружицкого - лучшее из того, что спел Киркоров после скандала в Ростове.

Слушаю еще раз, потом еще раз. Пытаюсь понять - а какие строчки Майк Мироненко поет (я же голоса на слух не различаю). Смотрю на обложку диска. Читаю исполнителей: "Филипп Киркоров, Руслан Масюков, Михаил Веселов и Мигель". И все, точка. Майка вообще нет. Хотя голосок его, вроде, все же прорывается (он у него неровный такой, довольно резкий, несформировавшийся еще). А какой был Майк смешной в этой шапке... Обидно, в общем. А песенка чудесная - такое милое ретро с легкими блюзовыми интонациями.

Ах, милая пани,
Ах, милая пани,
Вы мой последний рассвет!

Кстати, скоро уже и рассвет - а я никак с "ДОМом" не разберусь. 114 участников за год. 34 пары. Сдохшие хомячок и черепашка по кличке Писька, заболевший котенок. Одинокий Стас Каримов, участвующий в проекте с первого дня, то есть ровно год.

Лижет рассвет
Стекла холодный край
Мой силуэт
В конце дорожки в рай...

Впрочем, это уже совсем другая песня, страна.
маски

Фильмы о войне - в них столько неправды...

Андрей Малахов - Алексею Кравченко по поводу "Иди и смотри":

- Правда, что на съемках по-настоящему убивали корову?
- Да, корову убивали по-настоящему.

Кто после этого еще захочет со мной поспорить о том, что Элем Климов - моральный урод?