January 11th, 2005

маски

"Лунное чудовище" Ричарда Калиноски на Новой сцене МХТ, реж. А.Григорян

Когда в пятнадцатый раз смотришь пьесу, которую уже чуть ли не наизусть знаешь, рассчитываешь в лучшем случае увидеть грамотно выстроенное зрелище с претензией хоть на какую-то концептуальную свежесть. Но если заранее не знаешь, о чем пьеса - тогда включаешься в действие и начинаешь следить за судьбой героев, переживать и загадывать (догадываясь, но проверяя себя), чем же все закончится.

Вокруг стола, на котором - медный кувшин на подносе и плоды граната на скатерке с цветным геометрическим орнаментом (натюрморт, узнаваемый по полотнам Сарьяна), разыгрывается написанная американским драматургом средней руки история семьи армян-эмигрантов, потерявших родителей во время геноцида в Турции, но нашедших друг друга за океаном. Арам - фотограф, как и его отец, вместе с матерью, братом и сестрой Арама обезглавленный турками, из-за чего Арам, как икону, почитает фотографию своей убитой семьи, на которой вместо родных лиц - вырезанные кружки. Эти кружки Арам рассчитывает заполнить новыми лицами, своих собственных детей, для чего женится по переписке на 15-летней Седе, тоже осиротевшей по вине турок. Но Седа бесплодна. Арам - из религиозной патриархальной деревенской семьи, Седа - городская девочка, дочь учительницы. Им сложно приспособиться друг к другу, затем, когда на смену привычке приходит привязанность, трудно пережить отсутствие детей, впоследствии, когда Седа пригрела уличного мальчика-сироту Винсента, Арам не хочет принять ребенка не-армянина как своего. Но, конечно, все будет хорошо, и история рассказана от имени взрослого Винсента: это история его приемных родителей, Арама и Седы, людей, "которым повезло". Так трагический и глубоко национальный армянский миф прорастает оптимистическим и интернациональным мифом американским, где человеческие чувства стоят выше родовых предрассудков, где радость позволяет пережить отчаяние, а надежда на будущее имеет приоритет перед памятью о прошлом.

Незатейливая на первый взгляд, но очень точная и тонкая режиссура, которая позволяет актерам-"не звездам" раскрыться на крошечном пятачке Новой сцены МХТ так, как их звездные коллеги нечасто блистают на основной сцене (сегодня на "людей, которым повезло", как зрители приходили посмотреть Марина Голуб и Дарья Мороз). Просто великолепная работа Янины Колесниченко - за последние полгода я второй раз вижу такую многогранную игру женщины-актрисы в камерной постановке (первой была Милена Цховреба в "Фандо и Лис" Аррабаля в Театре-студии "Человек"). Сергей Угрюмов-Арам и Сергей Сосновский-взрослый Винсент, как говорится, "соответствуют". И уж совсем на ушах зареванная публика стоит от маленького Винсента - школьника Антона Михайлова, узнаваемого по "Ералашу", но впервые играющего такую большую роль на профессиональной сцене.

На фоне модных проектов МХТ последнего времени, с раскрученными именами постановщиков и сериальными звездами в главных ролях, "Лунное чудовище" - спектакль скромный и ни на что не претендующий. И, собственно говоря, наверное, не имеющий права претендовать: достаточно банальная пьеса (такие в СССР писали Алексей Арбузов и Самуил Алешин, чуть позже - Эдвард Радзинский), неяркая режиссура, далекая от сенсационности тема (а на той же Новой сцене ставили уже и про клонирование - "Количество" - и про привидений - "Гримерная", и про двухголовых мутантов - проект Павлова-Андреевича "Бифем" - и вообще про что только не ставили). "Лунное чудовище" смотришь как сериал, только двухсерийный. И, как в сериале, начинаешь жить жизнью этих людей, и они уже не кажутся выдуманными персонажами, а их проблемы - просто драматургическим материалом для режиссерских или критических экзерсисов.