Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

"Фотоаппараты" П.Гладилина в театре на Юго-Западе, реж. Валерий Белякович

Две подружки, одновременно забеременевшие во время занятий синхронным плаванием, отдыхают летом на даче в Завидово, а тем временем их пятинедельные зародыши, еще не знающие своих имен, только фамилии, но уже определившиеся с будущим полом - Топорков и Говоркова - вооружившись цифровыми фотокамерами отправляются на поиски приключений, с опережением останавливая мгновения будущей жизни. Сначала до ближайшей поляны, где знакомятся, в числе других насекомых, с разбитной однодневкой бабочкой-шоколадницей и ворчливой навозной мухой, а затем и вовсе - через океан, в Америку, где собираются стать фотокорреспондентами либо "Нью-Йоркера", либо "Санди Таймс".

Понятно, что пьесы Гладилина не поддаются и не подлежат буквалистскому воплощению. Но как показывает практика, попытка расшифровывать их на метафорическом уровне также малопродуктивна. Белякович идет от буквализма в обратном направлении - не к интеллектуальному, концептуальному театру, но к откровенной, с тюзовской лихостью разыгранной, порой излишне крикливой (но это в юго-западном духе) буффонаде. В главных ролях - Матошин (депиляция пошла на пользу его имиджу) и Леушин. Основной элемент художественного решения - пуфики, они "отвечают" и за сценографию, и за костюмы. Особенно удачно это работает в случае с образами насекомых - муха на пуфиках получается уморительная, мухе пуфики служат пузом, бабочке - крыльями, кроме того, они символически обозначают и фотоаппараты, и фотоснимки, оказываясь универсальным предметом театральной игры. Первое действие пролетает просто незаметно. Превосходная, умопомрачительная, едкая сцена прощания насекомых с главными героями, когда хором поют поппурри из шлягеров Булата Окуджавы. Во втором начинаются проблемы, потому что за лихостью актерства уже не спрячешь пафоса пьесы. Оказавшись в Америке, зародыши Топорков и Говоркова получают задание караулить Мерилина Мэнсона в гостях у Мадонны, а вместо этого знакомятся с неким Майклом, который обещает им показать место и дать возможность сделать снимки, каких ни у кого нет. Для этого Топоркову предстоит сесть в лодку к еще более сомнительному Аарону, он же Харон. Все это уже слишком натужно и совсем плоско - потенциальная мама одного из зародышей решилась на аборт. Почему-то в последние несколько лет в русскоязычной драматургии пренатальная метафизика уверенно вытесняет посмертную (ср. также "Перезагрузку" Ильи Тилькина), и банальностей на этом пути еще больше, чем подстерегают эпигонов Сартра и Лунари. Спектакль как целое в итоге не просто оказывается по-юношески азартным, но и по-детски наивным. Как спектакль для детей - ну может не для трехлеток, но для младших школьников - он то, что надо.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments