December 27th, 2004

маски

Нина Чусова: между абстракцией и поп-артом ("Сон в шалую ночь" У.Шекспира в Театре им. А.Пушкина)

Из многих "Снов в летнюю ночь" этот "Сон" больше всего напоминает постановку Валерия Беляковича в Театре на Юго-Западе, где последнюю свою роль сыграл покойный Виктор Авилов. Там, правда, ограничились тем, что вместо шекспировского текста играли собственные фарсовые импровизации - что, впрочем, вполне отвечало если не букве, то духу оригинала. Чусова подошла более современно и более радикально. Вместо велеречивого сладкоголосия стихов Щепкиной-Куперник - жесткий, временами пользующийся ненормативными грамматическими и словообразовательными моделями, но очень "вещный", конкретный текст Осии Сороки. Вместо условных древних греков - условные же негры. Вместо хитонов - набедренные повязки и бусы. Полуголые мальчики, опять же (далеко не каждый из которых, правда, мог бы работать моделью у Жан-Поля Готье). Вместо сбившейся тесной кучкой продвинутых студентов - огромный зал, забитый пенсионерками со справками из комитета соцзащиты, которые все вышеперечисленное явно не оценили.

Претензии, которые предъявляют обычно Нине Чусовой и ее постановкам, обычно сводятся к двум принципиальным и взаимосвязанным моментам: нарочито чрезмерная внешняя броскость при отсутствии внутреннего наполнения. Странно, что такие претензии в адрес Чусовой звучат чаще, чем, например, в адрес Серебренникова. То, что у Серебренникова неизменно превращается в "фантик без конфетки", у Чусовой обычно выглядит веселеньким (или мрачноватым, но все равно по-своему ярким) и ни к чему не обязывающим шоу. Такой подход (абсолютно осознанный для Чусовой, но не для Серебренникова) сродни абстрактной живописи, содержание которой, по мнению классика американского абстрактного экспрессионизма Поллака - не мысль, а энергия. "Кусок холста с загадочными разводами способен сказать что-то нашему подсознанию в обход сознания. Мы не понимаем того, что понимает оно. Художник общается напрямую с нашим темным нутром, а мы даже не догадываемся, о чем идет разговор" - так характеризует абстрактное искусство (применительно к живописи все того же Поллака) Александр Генис. И он же дает характеристику пришедшего на смену абстракционизма поп-арту, противопоставляя их по следующей позиции: "Абстракционизм - еще искусство надежды. Оно рассчитывает, что картина как-нибудь проболтается зрителю о своем содержании. Поп-арт лишен этой претензии. <...> Тиражируя пустоту, он заменяет глубину декоративной поверхностностью. В этом искусстве, как в ленте Мебиуса, есть только одно измерение. Вещь, лишенная содержания, стала последним предметом изображения".

Каждый следующий спектакль Нины Чусовой рождает все более сильные опасения: жива ли надежда на то, что спектакль "как-нибудь проболтается зрителю о своем содержании", или в увиденном нет другого измерения, кроме растиражированной "декоративной поверхностности". Каждый раз, с разной степенью облегчения, убеждаешься: надежда жива. Но до финала спектакля она дотягиваетне всегда.

Даже такому фантану идей, как Чусовой, не мешало бы отдохнуть: по премьере в месяц - это слишком. За три года Чусова поставила десятка полтора спектаклей. Внешне они, надо признать, очень схожи, иногда до неприличия. Однако их можно разделить на три категории (в этой классификации не будет место ее дипломной "Шинели", которую я все же не застал, и "Тартюфу", которого пока не видел; все остальные московские постановки Чусовой мне довелось посмотреть).
1. Экстравагантные, но глубокие попытки осмысления классического текста ("Гроза" в "Современнике", "Вий" на малой сцене театра им. Пушкина)
2. Забавные, хорошо сделанные сценические аттракционы с нестандартным подходом к стандартному материалу ("Герой" на малой сцене РАМТа, "Гедда Габлер" на малой сцене "Сатирикона", "Резиновый принц" на сцене Театра Эстрады)
3. Коммерческие поделки, несущие в себе некоторое сходство с первыми двумя категориями, но главным образом эксплуатирующие имя (уже!) Нины Чусовой ("Имаго" на сцене МХАТ им. Чехова, "Энни" на сцене Театра Эстрады).

Пока (прошло только три представления) непонятно, к какой категории близок "Сон в шалую ночь" - второй или третьей. Эстетика попсового шоу с его ориентацией на прикол любой ценой, присущая Чусовой изначально (это было заметно уже в ее профессиональном дебюте - "Герое") в "Сне" окончательного восторжествовала, однако драматические артисты не демонстрируют должной для того пластической и мимической выучки. Кривляются так, что Боря Моисеев бы отвернулся бы. Кстати, Моисеев "африканскую" фишку в своем шоу "Чужой" эксплуатировал гораздо более удачно, соединив в песне "Не ходите мальчики в Африку гулять" мотивы Булата Окуджавы ("До свиданья, мальчики") и Корнея Чуковского ("Не ходите, дети, в Африку гулять"). У Чусовой "африка" вышла даже не пародийно-вампучная, а какая-то кавээновская. Не по содержанию, а по уровню профессионализма. Вот в чем другом, а в самодеятельности Чусову раньше трудно было обвинить. Теперь, к сожалению, приходится. Впрочем, недостатки формы спектакля искупаются полным отсутствием содержания, а следовательно, и претензий на идейность. Полуголым мальчикам еще бы похудеть, подкачаться, кое-кому сделать эпиляцию (в том числе одному из двух "эльфов"), чересчур "взрослых" заменить на молоденьких, желательно с опытом эстрадного танца - и на такой "Шалой ночи" ни одна бабка не заснет!
маски

Поздравление с приветом

Я никогда не забуду вечеринку, где мы познакомились. Она принесла мне из гримерки упаковку презервативов. Но запомнилось мероприятие не этим, а тем, что на мои любимые голубые джинсы опрокинули сразу несколько бокалов красного вина, и L., которая в тот момент оказалась рядом, по-дружески вызвалась их отстирать (что пришлось делать в трех водах с отбеливателем).

А с Рафой мы начали общаться несколько позже. И со временем у меня возникло ощущение, что мы с ней вместе живем - настолько много времени общаемся (хотя лично видимся, если вдуматься, не так уж часто). Но что может быть особенно интересно читателям - именно ее вы все можете поблагодарить (или отматерить) за наличие в интернете журнала "Арлекин". Она не просто заставила меня его сделать, но и почти год сама выкладывала все записи и все комментарии, пока мой вирусованный компьютер отказывался это делать (ремонтировать же мне было, естественно, лень). И еще - по европейскому календарю у нас несовпадают года рождения, хотя разница в возрасте - меньше месяца, а по восточной традиции мы - одногодки.

С днем рождения, Рафида!

примечание для виновницы торжества:
Рафа, если надумаешь разродиться пафосным благодарственным комментарием, потрудись предупредить меня, а то напишешь опять какую-нибудь хуйню, как обычно!))