August 23rd, 2004

маски

"Ничего не смыслю в технике, -

пожаловалась девица с радио "Хейвен". - Я ведь не настоящий репортер, работаю на них по совместительству...
- Ну вот, теперь должен работать, - сказал Генри Баббаком. - Главное, следите за этим индикатором. Простите, что быстрей не получилось, но интервью я давать не привык.
- Вот за этим? - переспросила девица.  - Итак, мистер Баббаком, для начала расскажите, что вы ели на завтрак.
- На завтрак?  - Хотя Генри выпустил уже три серьезные книги, о чем он не уставал себе повторять, и со дня на день ждал великого перелома в своей жизни, давать интервью ему прежде не приходилось. - На завтрак я, как всегда, ел овсяные хлопья мелкого помола и выпил кофе без кофеина. После чего записал свои сны.
- Записали свои сны? (...) Надо же, - отозвалась девица с радио "Хейвен", вглядываясь в индикатор. - Ну, включаю.
- А я думал, вы уже включили, - сказал Генри - Думал, интервью уже началось.
- Это я проверяла уровень звука. Не покажете, где включать?
Генри показал. Девица улыбнулась и поставила микрофон прямо ему под нос".

Эта сцена из "Сокращений" Малькольма Брэдбери практически один в один совпадает с впечатлениями от моего первого интервью, на которое я приперся с только что купленным диктофоном и долго не мог понять, как в него нужно вставлять кассету, а мой герой помогал мне решить эту техническую проблему. Было это ровно семь лет назад. Страшно подумать, сколько всего за это время произошло - а вот диктофон у меня все тот же. Несколько лет назад пришлось ремонтировать лентопротяжный механизм, а полтора года назад у него отказал динамик. В мастерской чинить его отказались - сказали, что деталей нет, потому что такие модели уже не выпускают. Так что слушать запись теперь можно только в наушниках. Но ничего - работаем пока.
маски

"Сокращения"!

Чтобы я проглотил роман меньше чем за сутки? Последний раз подобное случалось, если не ошибаюсь, больше десяти лет назад, когда мне попались "Благие намерения" Бергмана.

"Сокращения" Малькольма Брэдбери - совершенно замечательная вещь. Прелестный и профессионально близкий мне сюжет (о съемках телесериала, в ходе которых сценарий переписывается 500 раз, одна главная кинозвезда попадает в психушку, другая - в морг, бюджет фильма умыкает продюсер, а проект в итоге "зарубают") сам по себе смешной, но самое остроумное - это сознательно донкихотский поход Брэдбери против двух главных святынь (и двух полюсов) современной культуры - структуруализма и развлекательного телевидения. Причем, в отличие от великолепной, но все же неровной "Исторической личности", "Сокращения" у Брэдбери получились очень целостными и за десять лет после выхода в оригинале - совершенно не утратившими актуальности. Жалко только - короткими слишком. Может, "Профессора Криминале" перечитать?
маски

Горячий камень

Помните сказку Аркадия Гайдара про мальчика, нашедшего горячий камень, с помощью которого можно было начать жизнь сначала - но не оказалось желающих этой возможностью воспользоваться?

Я бы воспользовался. Меня ужасает то количество ошибочных решений и упущенных возможностей, которые у меня позади - оно превышает все разумные пределы.

Сегодня, прикладывая медяки к набитым шишкам, я понимаю:

не нужно было (и сейчас не нужно) так остро реагировать на оскорбления со стороны  ничтожеств

не стоило (и не стоит) держаться за работу, дающую сомнительную и относительную стабильность, но отнимающую взамен душу

и уж конечно большой глупостью было, оказавшись отвергнутым и оставленным, бросаться в койку первого встречного, оказавшегося, как и следовало ожидать, редкостной скотиной

еще я ни за что не стал бы творить себе кумиров из мыльных пузырей и колоссов на глиняных ногах

и разбрасываться отношениями с людьми, возможно, и не во всем приятными, но достойными, по меньшей мере, уважения

не отверг бы интерес со стороны единственного любившего меня мальчика, который в свои 17 лет смотрел на меня, 20-летнего (тогда) журналиста (уже) снизу вверх, караулил после концертов, долго не решаясь подойти познакомиться

не оскорблял бы грубым отказом влюблявшихся в меня девушек (кроме одной, которую как раз надо было отшить с самого начала, не дожидаясь, пока она, доведенная до отчаяния, возненавидит меня и проявит свою сучью природу)

и, наверное, уделял бы больше времени своей маме, заслужившей гораздо больше внимания с моей стороны, чем она всегда имела.

Возможно, зная, что меня ждет в Москве, я не позволил бы уговорить себя на переезд.

Но для начала я постарался бы не родиться, чем сильно облегчил бы не только собственное положение.

Никто, случайно, горячего камня не находил?