April 15th, 2004

маски

Письмо, которого долго ждал

(ради этого стоит заходить в Интернет)
"привет!
десять минут двенадцатого, а я только сел писать тебе письмо
день прошёл под "итальянским соусом", поездка в Сан-Ремо, страсти Христовы и великолепное мясо в рыбном ресторане
Сан-Ремо, что тебе поведать о Сан-Ремо? Всё тот же грязный, шумный, сегодня ещё и дождь шёл. Il pleut, как говорят французы. Вообще, постояв в их пробках, наслушавшись ругани водителей и насмотревшись переполненных мусорных баков на улицах, лишний раз убедился, что лучше ставшего родным Ментона ничего нет. Сан-Ремо, встретил нас, повторюсь, лёгким дождём (не сравнить с ливнем в Антибах), красивыми итальянскими лицами и закрытыми дверями театра "Аристон". Это в нём проходит знаменитый фестиваль. Знаешь, эти итальянцы чуть ли не ленивее наших французов: с двух до трёх всё вымирает. Тем более загадочным показался работающий бутик на улице рядом с Казино. Двухэтажный одёжный музей доставил нам несколько приятных минут, - вот где стоящие вещи, в прямом и в переносном смыслах. Убедившись, что шефу идёт решительно любая шмотка, а мне - далеко не любая, решил просмотр прекратить.
Наконец, театр "Аристон" открылся. И, о чудо! Не синематограф, конечно, а джин "Бифитер". Во Франции его достать невозможно, а пить Гордонс какой-нибудь - увольте!
Что скажу тебе про фильм "Страсти Христовы"? Как я хотел в кино! Как я хотел в кино! Видел плачущих монашек. Кого ещё, кроме монашек и Пугачёвой, мог тронуть этот садомазохистский фильм - ума не приложу. Думал, кино будет на итальянском, - я жестоко ошибся! Евреи, одетые как православные священники, говорят исключительно на иврите, а римляне - на латыни. Слава Богу (извини за каламбур), что я знаю, что там к чему. Моника Белуччи рта не открыла за два часа, из которых полтора - бессмысленное отвратительное жестокое превращение Христа в кровавую кашу. Мел Гибсон не радует разнообразием приёмов - Иисус постоянно падает и страдает. За всем, этим едва ли не с наслаждением, наблюдает Мария. Сострадать голливудским манекенам совсем не тянет. В общем, тот ещё шедевр. Предрекаю урожай оскаров.
Не съесть после этих истязаний бифштекс с кровью было бы просто кощунством. Кощунствовать не стал. Съел.
Теперь дома. Предаюсь, подобно Цезарю, двум наслаждениям сразу: ем виноград и пишу письмо.
целую, извини, что редко пишу, очень устаю
P.S.: Что там за любитель Ротару и Долиной с тобой встречаться собрался? А?"
маски

Невыносимая легкость перевода

Il pleure dans mon coeur
Commе il pleut sur la ville
Quelle est cette langueur
Qui penetre mon coeur?

А за окном серый дождь
До утра, до утра
Ты по улицам мокрым
Ходишь одна

Поль Верлен и Леша Романов могли бы петь дуэтом!

навеяно презентацией клипа Леши Романова "Десять поцелуев" в "Метелице"

очаровательный вечер в компании еще одного человека из числа близких знакомых (не того, что вчера)

танцы до упаду под "Гостей из будущего" (до упаду - не в буквальном смысле, к счастью, в отличие от презентации альбома группы "Звери", где я конкретно навернулся на танцполе)

ощущение торжества над происками врагов - возможно, преждевременное, но от этого не менее сладкое

а также торжества над ментами, которым вздумалось проверить у меня документы на Кудринской площади, когда я уже привычной дорогой возвращался под утро домой из "Метлы" пешком (особенно приятно, что мне не пришлось им что-либо говорить вообще - сличив паспорт с удостоверением члена Союза журналистов России, они без лишних слов почли за лучшее отвалить от меня с миром)

и наконец, сразу после столкновения с ментами

звонок из Франции на мобильник

ОДИННАДЦАТЬ МИНУТ разговора по дороге домой

у меня нет больше желаний

на эту ночь, по крайней мере
маски

Mon credo

не смотреть телевизор по утрам

не ждать, пока на светофоре загорится зеленый

не здороваться с теми, кого не уважаешь

не давать денег в долг

не позволять конкурентам расслабляться

не забывать обид

не прощать врагам даже неудавшихся замыслов

не уступать место в общественном транспорте

не писать стихов