Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Изумительный" реж. Паоло Соррентино

"Когда "Красные бригады" похитили Альдо Моро, я поклялся, что если его освободят, я никогда не буду есть мороженое. А я очень люблю мороженое".

На позапрошлом ММКФ был пресс-показ "Изумительного" и ничего не стоило его посмотреть, но он с чем-то совпал, как потом совпал пресс-показ перед выходом фильма в прокат - его поставили в "Пионере" параллельно с пресс-показом фильма-открытия уже следующего, прошлогоднего ММКФ, то есть ровно год спустя, и крутили его только в кинозале на "Винзаводе", а на "Винзавод" я бы кино смотреть не пошел, даже на картину, которая меня очень интересовала. "Изумительный" интересовал меня очень, но ждать, пока его покажут по ТВ, пришлось долго - я уже перестал на это рассчитывать. А когда показали, и я даже об этом узнал несмотря на отсутствие телепрограммы на начавшуюся неделю (не успел перед выходными заехать в редакцию - не за деньги же покупать) - опоздал к началу, пока доехал до дома с польского кино (но поляков и подавно никак нельзя пропускать, их уж точно нигде и никогда больше не увидишь), включил примерно через полчаса после начала (по счастью, его явно задержали, и сильно).

Общее впечатление, конечно, сложилось, но жалко потерянных деталей, потому что "Изумительный" весь складывается из деталей, и каждая важна. И это не детали сюжета, не подробности реальной истории. Кстати, совсем недавней, Андреотти ведь - не деятель мифического прошлого, я прекрасно помню, как его имя полоскали в новостях в 1980-е. С другой стороны, для всякого, чье детство прошло под сирены увертюры к сериалу "Спрут", документальные подробности деятельности итальянской мафии того периода вряд ли могут оказаться откровением. А судьба самого Андреотти, пусть и небезынтересная - из бедной семьи, из провинции, достиг высшей власти, но не было покоя измученной душе - на фоне многих других исторических деятелей 20 века все-таки значительными событиями небогата: ну подумаешь, судили - дело же, фактически, ничем не кончилось. Почему не кончилось - фильм на этот вопрос тоже отчасти отвечает, хотя опять-таки ценность "Изумительного" не в том, что он раскрывает нам глаза, сколь грязное дело политика, о чем можно догадаться и без художественного кинематографа. Ценность в том, что "Изумительный" - в кои-то веки - выдающееся произведение искусства, с очень свежим взглядом на старые-престарые темы.

Снимать кино про политику - дело неблагодарное, про политиков - и подавно, а если речь идет о событиях, которые у многих на памяти - безнадежная, казалось бы, задача. Или тогда надо выходить на какой-то совсем иной уровень обобщения, на универсальную проблематику, на метафору, на притчу. Соррентино движется другим путем. Он не боится углубляться в детали, которые за пусть и небольшой, относительной, но все же давностью лет могут показаться излишними даже внутри Италии, где и сегодня хватает политических интриг (правда, менее кровавых, чкем 30-40 лет назад), не говоря уже об остальном мире. И он не стремится показать Андреотти с точки зрения "общечеловеческой" - наоборот, он концентрирует свое внимание на политической деятельности героя, на подробностях его профессиональной деятельности в качестве депутата, сенатора, многократного премьер-министра, кандидата в президенты, наконец, обвиняемого в связях с мафией. Но как он это делает!

Фильм-балет: в нем много слов и никто не танцует, но за кадром так к месту, так естественно звучат то скрипичный концерт Сибелиуса, то "Павана" Форе. Бешеный ритм - режиссер не смакует "разоблачения", они идут потоком, направлемым логикой искусства, а не публицистическим задором, обрушиваются лавиной и оглушают - но тем интереснее наблюдать, как из-под завала встает, вырастает фигура героя. Очень спорная фигура с точки зрения юридической - но искусство судит Андреотти по своим, художественным законам. Поднять современного политика до уровня шекспировских королей или античных царей - непосильная для нынешнего кино задача, которая в "Изумительном" с блеском реализована. При том что в нем нет потуг на трагедию - много смешного и минимум философствований. Так, между делом, к примеру, "прогрессивный" журналист едко заметит в интервью с Андреотти: "Либо вы самый изворотливый преступник в этой страней, либо самый гонимый человек в истории многострадальной Италии" - на что герой напомнит ему, что именно он спас их "прогрессивную" газету, когда ее собирался купить еще более одиозный Берлускони, дабы издание и дальше могло служить "прогрессу", в том числе задавая каверзные вопросы своему "благодетелю".
"Для торжества добра необходимо зло. Бог это знает, и я это тоже знаю" - таков подход самого Андреотти. И в то же время лейтмотивом фильма становится фраза главного героя: "Я не верю в случайность, я верю в Божий промысел".

Самое неожиданное и радостное, что вопреки сложившейся традиции режиссер не выступает прокурором по отношению к персонажу, олицетворяющему саму идею государственной власти и публичной политики, к тому же политики характера, с интеллигентской точки зрения, в лучшем случае консервативной (представители "Красных бригад" нашли бы слова пожестче). Но он и не адвокат Андреотти - он в первую очередь художник. Он строит фильм на чередовании показаний героя перед комиссией, церковных исповедеий - и застольных разговоров с женой, и размышлений наедине с собой, и в то же время включает в видеоряд эффектные планы, связанные с заказными убийствами, с арестами и т.д., без чего итальянское политическое кино немыслимо. Камера, монтаж, актеры, и в первую очередь, разумеется, Тони Сервилло - и в самом деле изумительны. Небольшую роль играет Фанни Ардан - но не она украшает картину, а картина - фильмографию Ардан. О фильме справедливо было сказано еще в свое время, что такого политического "байопика" в истории кино еще не было - я, во всяком случае, не припомню ничего подобного.

При огромном количестве разного рода подробностей жизни героя, общественной и частной (его секретарша показывает огромные коробки любовных писем от женщин - адресату она их даже не передавала), зритель мало что доподлинно узнает про конкретного политика, поскольку не всегда понятно, чему можно верить, а чему не стоит; чуть больше - про то, как делается политика; но о том, как делается кино, что это такое, каким оно должно быть в идеале,"Изумительный" дает самое полное представление.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment