Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Пелецис и Батагов в Камерном зале филармонии, Академия старинной музыки Т.Гринденко

"Revelation" Георгий Пелециса должны были играть во втором отделении, но Татьяна Гринденко решила антракта не делать, а порядок программы поменять, и начали именно с него - минималистского ("наймановского") по духу, но по форме неоклассическому сочинению для меццо-сопрано и инструментального ансамбля на текст Откровения. Вместо апокалиптического пафоса, однако, вещь от начала до конца пронизана интонациями радостно-удивленными, как если бы конец света увидел кое-что уже осознающий ребенок и поразился, до чего занимательна эта сказочная картина. В партии фортепиано также звучат мотивы детской песенки, связанные с беззаботно радостным приятием такого конца как нового начала (абонемент "Академии старинной музыки", связанный с исполнением исключительно музыки новой, как раз называется "Мой конец - мое начало").

А затем без перерыва пошел "Тетраксис" Антона Батагова. Правда, сначала выступил Владимир Мартынов и оперативно разъяснил, что, мол, еще пифагорейцы поняли: звук - это число, а число - это звук, и вся Вселенная осуществляется как музыка, которую мы просто не способны расслышать, и так же музыкально "звучит" человек-микрокосмос, а музыка инструментальная способна гармонизировать музыку отдельного человека с музыкой мира. Мартынов подобные телеги прогоняет часто и слушать их до некоторой степени занятно - уж точно куда занятнее, чем оказалось сочинение Батагова: как полагается той "современной музыке", которая воображается поклонникам Тихона Хренникова (хотя есть и совсем другая - вот, пожалуйста, Пелецис) и пародируется в телевизионных скетчах - бесконечно-однообразная тягомотина с претензией на воплощение космических законов в звуке (герой "В Эрмитаж!" Малькольма Брэдбери именно под такую заснул - к ужасу своих прогрессивно мыслящих шведских коллег).

Крупная форма Батагову, похоже, противопоказана - его лучшие произведения длятся от 10 до 30 секунд (и, кстати, становятся общественным достоянием куда чаще, чем сочинения любых других современных авторов, включая и поп-композиторов, которым в самых сладких снах не снилась ротация, сопоставимая с частотой звучания телевизионных перебивок), дальше начинается что-то явно косвенное отношение к музыке имеющее. Впрочем и сама Гринденко после того, как битый час со своими музыкантами пилила на размер 4/4, заметила: это не музыка, конечно, это действо, и заметила, что выглянула в окно, посмотреть - не изменилось ли чего, но нет, вроде не изменилось. Шутки шутками, а если б мы сидели ближе к выходу - встали бы и ушли в большой зал слушать 11-ю симфонию Шостаковича - тоже, между прочим, не фунт изюма - но все получше. "Тетраксис" длился почти час - но можно было ограничиться минутой, а можно и на десять часов растянуть, ведь композиционно он не держится ни на чем, кроме надуманной умозрительной концепции, которая если и любопытна сама по себе, то определенно не в течение долгого времени. Но если даже допустить, что сочинение Батагова имеет нешуточную мистическую ценность - придется тогда признать, что его исполнение не особенно нуждается в пассивном участии слушателя.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments