Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Венеция" реж. Ян Якуб Кольский (польское кино в "Художественном")

Фильм открытия фестиваля польских фильмов - еще один подарок от режиссера картины "Жасмин", которую я видел два года назад:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/1393906.html?mode=reply

Как и "Жасмин", новый фильм Кольского - кино отнюдь не радикальное, по тематике и языку достаточно традиционное, отдает дань "поэтическому реализму", лишний раз напоминает, что нацистские и русские захватчики друг друга стоили, причем русские были и более кровожадными, и менее вменяемыми - но, в принципе, это добротное, хорошее, среднее кино. В том-то и прелесть (или ужас - смотря с какой стороны глядеть), что любой средний польский фильм сегодня - интереснее и значительнее самого лучшего французского, немецкого или итальянского (ну не говоря уже лишний раз о том, что кино в Польше до сих пор снимают поляки, а во Франции, Германии и Италии - давно уже сплошь арабы да турки). И намного честнее. И глубже - точнее, выше, поскольку европейский кинематограф все озирается вокруг, избывая свою растерянность перед кошмаром очевидного через привычные, затхлые интеллигентские штампы - и только поляки (еще, правда, ирландцы - но айришфест я в этом году бездарно, по-глупому пропустил) знают, то есть помнят, что в одной только горизонтальной плоскости никаких ответов не найти. Оттого неизменно высокий уровень кинематографической культуры польских фильмов, в том числе и обычных, невыдающихся, определяется не только умением рассказывать историю, строить кадр и ставить свет, но и категориями этическими, а отчасти и мистическими.

В "Венеции", правда, в отличие от "Жасмина", на уровне внешнего сюжета никаких мистических мотивов на первый взгляд нет, ситуация описывается неординарная, но вполне бытовая: юный Марек мечтает поехать в Венецию, и эта его мечта не так уж несбыточна, поскольку семья Марека достаточно состоятельна, но начинается война и вместо Венеции он попадает в польскую глухомань, в усадьбу своей тетки. У Марека в деревне есть друзья и подружки, в том числе еврейский мальчик-скрипач Наумек. История взросления подана в фильме самым классическимобразом, а главная "фишка" картины - в том, что подвал дома начинает заполняться грунтовыми водами, и тогда дети и взрослые, раз уж в настоящую Венецию поехать возможности нет, устраивают себе "венецию" прямо в подполе, оборудуют что-то вроде площадей и каналов, дают сами для себя концерты. В доме живут несколько поколений - несколько взрослых сестер, их мать и их дети. Отцы ушли в армию, сначала их разгромили нацисты, потом захватили и убили русские. Дети постарше каким-то образом участвуют в подпольных организациях, но Марек для этого еще слишком мал, хотя и он, когда его старший кузен стреляет в предателя, помогает добить его камнем по голове.

Символика заглавного образа - уходящая под воду Европа - в фильме слишком прямолинейна и слишком навязчива, и хотя, конечно, точна и адекватна,это картину не украшает, кроме того, ассоциации со "Смертью в Венеции" (а они неизбежны еще и потому, что польский мотив в "Смерти в Венеции" присутствует тоже) лично меня радуют мало. Но подкупают два других момента. Во-первых, практически полное, и символическое, и сюжетное, отождествление нацистов и русских, вплоть до того, что офицер вермахта стреляет в маленького еврея, чтобы попиликать на его скрипке, а русский зверь убивает пережившую нацистскую оккупацию польскую девушку, первую любовь главного героя, поиграв на ее семейном рояле - просто берет лежавший тут же, на рояле, автомат и без предупреждения, без всякого смысла, на что способны только русские, расстреливает ее в упор, в то время как другая русская обезьяна хозяйничает в захваченной усадьбе и гребет из кормушки конфеты, которые дети всю войну оставляли убитому нацистами Наумеку. (Сейчас даже в польском кино возобладала примиренческая по отношению к оккупантам тенденция, когда все зверства списываются на Красную Армию, на Компартию, лично на Сталина, а "простые" русские обеляются и оправдываются - Кольский этой дешевой политической моде не поддается). Во-вторых, миловидный мальчик Марек по сути - взрослый человек, и при всей его мечтательности в фильме он действует не как ребенок, и не как ребенок рассуждает. Причем не только во время войны, которая должна способствовать преждевременному взрослению, но еще накануне. Как все герои фильма, он обращается к Богу с просьбами совсем не детскими, хочет найти любовь и научиться любить, что с ним в дальнейшем и происходит - а потом появляется русский убийца и одной автоматной очередью уничтожает любовь и мечту.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments