Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

"Мера за меру" У.Шекспира в Театре им. Е.Вахтангова, реж. Юрий Бутусов

В русском переводе "Меры за меру" Осии Сороки, впервые опубликованном двадцать лет назад в серии "Библиотека "Иностранной литературы" вместе с "Королем Лиром" и "Бурей", есть строка: "Длинней, чем ночь в декабрьской России вся эта канитель", за которую легко было бы зацепиться, если бы спектакль показался долгим и скучным. Но он, как минимум, первое действие, пролетает будто мгновенно, что для постановки нескладной и вымученной пьесы Шекспира уже больша'я удача. Еще бо'льшая удача - соответствие бутусовского опуса новому, еще не до конца, но в целом уже сложившемуся за последние несколько лет "формату" Вахтанговского театра - одного из немногих академических театров Москвы, у которого есть свое лицо, и не морщинистая или, наоборот, прыщавая рожа, а физиономия вполне себе презентабельная, уж насколько ее все резче проступающие черты соответствуют привычному вахтанговскому профилю - пусть спорят историки.

Персональной удачей, мало того, прорывом, "Мера за меру" стала и для Сергея Епишева - его привычно видеть в образе персонажей гротескных или, по меньшей мере, физически ущербных, а тут впервые на большой сцене он сыграл главную роль, точнее, сразу две главных роли, единый в двух лица, а точнее сказать, двоякий в одном, поскольку у Бутусова герцог венский Винченцо и его наместник Анджело - двойники (правда, Анджело, в своей раздвоенности и лицемерии все-таки отчасти гротескный, ближе к сложившемуся амплуа актера и дается ему легче, чем невнятный до самого финала Винченцо - а только в финале происходит окончательное отождествление). В спектакле есть и другие роли, объединенные общим исполнителем - Леонид Бичевин играет констебля Локтя и палача Суккенсона, Анна Антонова - хозяйку борделя Перепрелу и монахиню Франциску, Виктор Добронравов - судью, арестанта Барнардина и, до кучи, гонца. В какой степени такое решение концептуально и в какой - формально, вопрос открытый. Вне всяких сомнений, Анджело - "тень" Винченцо, его темное "отражение", и при таком раскладе то, что судя и арестант, монахиня и блудница оказываются также двойниками - момент весьма значимый. В то же время в отождествлении констебля с палачом не заложено видимого парадокса, и чем оно продиктовано, если не одной только театральной условностью - непонятно. И осталось загадкой для меня лично, почему Бутусов, следуя той же логике, не отождествил Джульетту, забеременевшую от приговоренного за это к смерти Клавдио (очень трогательным его сыграл Владимир Бельдиян), и Изабеллу, ставшую жертвой домогательств Анджело - Евгения Крегжде и Мария Бердинских в этом случае могли бы играть обе роли в очередь, как играют Соню в "Дяде Ване".

Простое и эффектное сценографическое решение со столами и стульями (позволяющее, в частности, "пошутить" над условно-"венским" антуражем шекспировской пьесы: "я здешний, венский" - говорит о себе один из персонажей и в подтверждение своих слов стучит костяшками пальцев по сиденью венского стула), минималистский, но мощный саундтрек Фаустаса Латенаса, хореография Николая Реутова - у бутусовской "Меры за меру" масса заметных достоинств, не говоря уже об актерских работах - помимо упомянутых, стоит сказать и про Артура Иванова-Тюремщика, и, разумеется, про Евгения Косырева, образ сводника Помпея словно специально под него написан. Самое же важное, что Бутусову удается без особого труда актуализовать проблематику пьесы, которая также двойственна: с одной стороны, "Мера за меру" затрагивает тему власти, которая может быть мягкой и попустительствовать безнаказанности, а может быть жестокой и соблюдая писаный закон карать без всякого милосердия; с другой - тему морали, которая, в свою очередь, тоже бывает либо строгой и требует жесткого соблюдения предписанных норм, либо свободной, и тогда это уже как бы и не совсем мораль, а нечто ей противоположное. В "Мере за меру" эти темы лихо, хотя и не всегда толково с точки зрения драматургической структуры, переплетены, но никто не скажет, что в спектакле они не звучат в полную силу.
Однако распутывает клубок сложнейших и вечных проблем режиссер еще более лихо и, по правде сказать, походя. Винченцо, вернувшись на трон, ведет себя ровно так же, как Анджело, по отношению к Изабелле - тот требовал от нее сексуальных услуг, оправдывая себя вспыхнувшей страстью, и этот требует того же. Разница в том, что Анджело при этом сурово обходился с прочими "преступниками", делая исключение для себя, а Винченцо, что называется, "живет сам и дает жить другим". Спектакль открывается "прологом" с разбрасыванием по сцене мусора - его убирают, когда Анджело сменяет Винченцо; и завершается "эпилогом", где после возвращения Винченцо снова разбрасывают мусор по сцене - как знак, что бесчеловечная суровость уступила вновь место полной безнаказанности, ничуть не более человечной, а скорее животной;лицемерная строгость - откровенной похабщине.

Что лучше, то есть что хуже, бардак или концлагерь - вот вопрос, который Бутусов предлагает для обсуждения, причем в аспекте как общественно-политическом (и в этом смысле его "Мера за меру" отчасти сродни "Царству отца и сына" Еремина, только у Еремина на сцене царит совково-интеллигентский символизм и всякая такая пошлятина, а у Бутусова - европейский театральный стандарт, им самим давно уже освоенный, разве что после "Мера за меру" некоторые предыдущие его работы теперь кажутся лишь предварительными черновиками, а в общем-то ничего революционного с точки зрения театральной выразительности режиссер не придумывает), так и в морально-нравственном. Пьеса Шекспира напоминает, что всякий человек грешен, и до какого-то предела, который трудно определить раз и навсегда, зафиксировав в законе, его слабости, в том числе телесной природы, заслуживают если не поощрения, то по крайней мере снисхождения. Бутусов подменяет гуманистический пафос философским релятивизмом, у него черное и белое, добро и зло - две стороны одной медали, или даже одно содержит в себе другое, а другое - первое, и одно без другого не существует. И с этим, как и со многим другим в его новой, очевидно удачной постановке, тоже необязательно соглашаться - я бы, во всяком случае, не спешил.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments