Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Шерри-бренди" Орлеанский хореографический центр, реж. Жозеф Надж

В связи с тем, что танцевальные спектакли на любом из наших театральных фестивалей стабильно пользуются несравнимо большим успехом, чем драматические, Чеховфест любезно организовал накануне официальной премьеры полноценный предварительный показ творения Наджа для всех страждущих, который я, правда, благополучно пропустил, провалявшись дома перед телевизором ради записи "Итальянки в Алжире", благо позаботился заранее о возможности пойти непосредственно на премьеру. Помимо моей любимой оперы Россини, однако, были и другие "тормозящие" факторы, и немаловажный среди них - разочарование, которое оставил по себе предыдущий спектакль Наджа, привезенный в Москву фестивалем "Территория" полтора года назад, причем, что характерно, если не считать этого неприятного, но смутного чувства неудовлетворенности от увиденного тогда, я бы и под пыткой, наверное, не смог бы ни слова конкретного сказать о том действе, если бы не было под рукой дневника. Из старой записи следует, что спектакль "Антракт" официально позиционировался как пластический перформанс на тему китайской классической "Книги перемен", длился час с копейками и самым интересным в нем было музыкальное сопровождение:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/1225945.html?nc=4

В новом творении Наджа музыкальные, а точнее, шумовые эффекты играют в лучшем случае прикладную роль, а многие сцены исполняются вовсе без какого-либо звукового сопровождения. Длится же оно без малого полтора часа. Зато визуально - намного разнообразнее. При том что пластика Наджа сама по себе, на мой взгляд, невыразительна (а после потрясающего японского "Черного монаха" кажется попросту убогой), но кое-какие эффекты, в том числе оптические, кажутся весьма занимательными. Например, когда персонажи, вооружившись топорами, начинают "рубить" черные квадраты из бумаги, натянутые на рамы. Или когда в технике "театра теней" один персонаж сдирает с рук другого, то есть другой, кожу, как кору, и ест ее. В обоих случаях можно при сильном желании уловить некоторые ассоциации с "Вишневым садом" Чехова, раз уж под чеховский юбилей подверстан этот опус, однако даже в аннотации как отправная точка режиссерских фантазий указан вовсе не "Вишневый сад", но "Лебединая песня", "Остров Сахалин", а до кучи еще и "Колымские рассказы" Варлама Шаламова, у которого имеется новелла под названием "Шерри-бренди" (1958), описывающая смерть поэта-заключенного. По сути же к Чехову сие "Шерри-бренди" имеет отношение примерно такое же, как позапрошлогодний "Антракт" - к китайской "Книге перемен". Изначально в фестивальной афише опус Наджа вообще значился под названием "Творение". "Шерри-бренди" - образ из стихотворения, которое звучит под занавес действа, открывающегося более известными стихами Мандельштама про "век-волкодав". Звучит, опять же на мой вкус, чересчур претенциозно и потому пошловато. К Кириллу Пирогову, записавшему фонограмму для спектакля, претензий нет - все дело в контексте. К чему здесь Мандельштам и его век, я тоже не понял, можно, конечно, опять-таки додумать за режиссера, что, мол, Чехов, покинувший этот мир в самом начале того "века-волкодава", многое в нем предвидел - но такая мысль сколь банальна, столь же и не привязана к непосредственному восприятию того, что у Наджа происходит на сцене.

А происходит там много чего, в разных стилях и техниках, от пластического цирка и попросту акробатики (тела исполнителей нанизываются на шест, как "живая пирамида") до театра теней и кукольного театра, есть в спектакле эпизод, когда деревянного человечка распиливает пополам электропила в некоем подобие райка - намек на лесоповал, что ли?Стилизованный раек, кстати, возникает не раз, а в нем - лысая голова с размалеванным лицом и анаграмматичные надписи, в которых, поднапрягшись, можно прочитать что-то вроде "ТЕАТRО АROTA" - совсем не уверен, что увидел и запомнил все точно, да и не пытался, если честно, тем более, что с надписями этими происходит определенная трансформация, их дописывают и дорисовывают, в том числе добавляя к белым (меловым) буквам на черном фоне какие-то красные штрихи, складывающиеся в геометрические фигуры. Допускаю, что это означает нечто важное и несет в себе глубокий смысл - но до меня он не дошел, вероятно, по лености, тупости моей и недостатку внимания. Правда, завершается представление строками Мандельштама "Все лишь бредни, шерри-бренди, ангел мой".

Что в данном случае по-настоящему важно - мне было скучно не час напролет "от звонка до звонка", как полтора года назад на "Антракте", а лишь местами. И в отличие от "Антракта", не оставившего по себе ничего кроме беспредметной неудовлетворенности, "Шерри-бренди" запомнится как минимум некоторыми яркими образами. К примеру, тенью странного существа, представляющего собой своеобразный гибрид человека и жука, который долго и обильно мочится в такую же плоскую тень тазика или горшка за подсвеченным экраном.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments