Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Мамонт" реж. Лукас Мудиссон в "35 мм"

С Мудиссоном никогда не знаешь, на что нарвешься, то ли на типовую социальную драму, то ли на навороченную артхаусную поделку, каким был, например, его малоизвестный, лишь раз на моей памяти показанный в рамках ММКФ, кстати, в комплекте с "Девочками" Гай Германики, "Контейнер":

http://users.livejournal.com/_arlekin_/636263.html?nc=12

В случае с "Мамонтом" волноваться не о чем - это как раз "социалка", причем не в пример какой-нибудь "Лиле навсегда", особенно мною нелюбимой после того случая, когда я, пребывая в и без того дурном настроении, наткнулся на Оксану Акиньшину переключая каналы телевизора в номере копенгагенского отеля, такая "социалка", что иным "философским" картинам даст сто очков вперед по изощренности художественной формы, а уж аналогичным социально-политическим памфлетам типа "Вавилона" Иньярриту - и подавно. Драматургически "Мамонт" выстроен почти совершенно. Он не распадается на параллельные сюжетные линии, но каждая из "ниточек" тянется из единого клубка: 1) Лео (Гаэль Гарсия Берналь) - топ-менеджер компьютерной компании из США, едет по делам в Тайланд; 2) его жена Элен, детский хирург, слишком занята на работе, и в момент, когда разыгрывается драма, ее особенно занимает судьба мальчика Энтони, поступившего в больницу с ножевыми ранениями, которые нанесла ему родная мать; б) няня-филиппинка Глория, присматривающая за дочерью Лео и его жены, в то время как дома бабушка приглядывает за двумя ее собственными сыновьями. Лео родился в семье хиппи, но изменил идеалам предков, а в Тайланде, пока контракт на желаемую сумму не удается подписать, изменяет еще и жене с тайской шлюшкой Куки, причем держится до последнего, пытается в духе прям-таки героев русской литературы (Гоголя, Достоевского, Гаршина) "спасти" девушку от панели, дает ей деньги, воспитывает, но в конце концов все равно с ней спит, а потом, оставив дорогие вещи, сбегает. Глория строит для своих детей дом на родине, а деньги на строительство зарабатывает в чужой семье, дочка Лео любит ее едва ли не больше собственной матери, которую намного реже видит, она ходит с ней в планетарий и учит ее родной язык. Глория, в свою очередь, покупает в американском магазине и отправляет посылкой сыновьям в подарок мяч, сделанный, если верить этикетке, на Филлипинах.

Если подходить объективно, то у героев, в общем-то, все неплохо складывается. Западный человек несет азиатам бизнес и технологии, азиатка напоминает американцам, забывшим Бога, о Христе - девочка увлеченно ходит вместе с няней в церковь и узнает от нее, что мир возник не просто в результате "большого взрыва", но по воле Божьей, а тем временем ее мать, будучи хорошим врачом, спасает чужие жизни в больнице. Ситуация практически идеальная, но хипповско-интеллигентско-либеральному идеалу она не соответствует, ему, должно быть, хочется, чтобы филлипинцы жили в своих лачугах, американцы - в вигвамах, а раненые дети умирали, как положено - то есть прекраснодушные мечты либеральных интеллигентов на практике должны оборачиваться патриархально-фашистской утопией. И потому Мудиссон с грацией слона в посудной лавке взрывает сконструированную им специально для этой цели идиллию изнутри. В отсутствии матери 10-летний сын Глории Сальвадор, желая заработать, чтобы матери не пришлось сидеть в няньках, отправляется на площадь, где скапливаются дети-проститутки, и там попадает в лапы благообразного на первый взгляд пожилого белого богача - мальчика находят на утро под мостом на берегу едва живого. Порезанный матерью ребенок, которого пыталась спасти женщина-врач, все-таки умирает в больнице. А дочка Элен и Лео мыкается, бедолага, в одиночестве, пока мама безуспешно оперирует пострадавшего мальчишку, папа трахает тайскую проститутку, а няня свалила на родину к своему пострадавшему отпрыску. Итого из трех персонажей детей один мертв, один тяжело ранен и только девочка более-менее в порядке, хотя матери снова на работу, да и отцу в скором времени тоже, а значит, придется нанимать другую няню. То есть пока каждый из героев заботится о чужих детях, его собственные находятся в опасности.

Этот мотив имеет отношение и к заглавному образу мамонта. Что касается символики и подтекстов, тут Мудиссон напоминает... Василия Сигарева - их роднит стремление выжать из метафоры максимум "сока", и они так усердствуют в этом, что порой переходят границы вкуса, а сам структурообразующий образ деляется чересчур навязчивым. В "Мамонте" фигурирует и дорогущая авторучка, инкрустированная костью мамонта - ее Лео оставляет Куки, а той удается сбыть подарок за гроши - и живые слоны, но главное значение метафоры сводится к мотиву вымирания вида. Видом вымирающим Мудиссон хочет показать человечество - мол, если так заботится о детях, то человеку как виду не выжить, исчезнет, как мамонты. Но подобно тому, что мамонты исчезли, а слоны остались, Мудиссон хитро рассчитывает, как бы подать эту антиглобалистскую прокламацию, чтобы и "прогрессивная общественность" осталось удовлетворена, и нормальный зритель не заскучал, не воспринял увиденное как чернуху. Поэтому взамен погибшего ребенка к финалу фильма возникает на горизонте еще один малыш - маленький сын проститутки Куки, который тоже подрастает где-то вдалеке от ее "рабочего места". Таким образом дебет сходится с кредитом, три ребенка в начале, три в конце - круговорот детей в природе. Ну а мысль о том, что современный мир - глобальный Вавилон, не новая, равно как представление, будто во всех бедах виноваты богатые белые мужчины - помимо того, что лживое, еще и вульгарное.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments