Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Выходка" реж. Петер Гардош (ММКФ)

Деже Костолани, по новелле которого снят фильм - классик венгерской литературы, его роман "Нерон, кровавый поэт" в советское время был "бестселлером" и продавался на "макулатурные" талоны. Действие "Выходки" происходит в католической школе для мальчиков за несколько лет до Первой мировой, в дни катастрофы "Титаника", на котором плыл в Америку делать операцию на ухе брат одного из героев, отца Золтана - брату-боксеру повредили в бою барабанную перепонку, он оглох, но смирился, а отец Золтан убедил его лечиться и теперь считает, что его гордыня погубила брата. В школу приходит новый молодой учитель отец Вейгль и застает порядки, не его взгляд, недостаточно жесткие по отношению к провинностям воспитанников. Отец Золтан считает, что связать ночью шнурки ботинок или подложить в кровать товарищу мокрую тряпку - невинный розыгрыш, отец Вейгль намерен положить этим сомнительным забавам конец. Для этого он привлекает в качестве "доносчика" маленького умного очкарика Себени, для которого новый метод воспитания оказывается смертельным: одноклассники зарезали его ножом в постели, "проучили предателя".

Школа-интернат, особенно если это заведение религиозного характера - очень благодатный материал для разработки тем общефилософского и нравственного характера, да и для бытописательских задач тоже хорошо подходит. Мне когда-то очень нравились "Очерки бурсы" Помяловского, непростительно мало известные сегодня (хотя они у нас в 10-м классе даже были в школьном программе, хотя и в необязательном разделе). Теперь фильмы на эту тему больше связаны с педофилией, иногда и они бывают значительными, как "Сомнение", но чаще - тупыми и безвкусными. А выдающиеся исключения - как "Хористы" Барратье - большая редкость. "Выходка" - тоже исключение, хотя и не выдающееся, в фильме немало просчетов по части драматургии и ритма повествования, есть совершенно необязательные эпизоды, но все-таки он достоит разговора. В обстоятельствах предчувствия мировой войны Гардош разыгрывает почти мистериальный (хотя внешне - на чисто бытовом уровне, впрочем, Костолани - писатель-реалист, метафизики, тем более религиозного характера, у него не найти) конфликт между терпимостью и прощением незначительных проступков, вполне, казалось бы, христианскими добродетелями - и суровостью к малому злу, которое грозит развиться в большое. Могу только предположить, что в литературном первоисточнике это конфликт с точки зрения автора решается достаточно однозначно, и позиция отца Вейгля представляется нетерпимой, а самой ее представитель - мракобесом и изувером. Но Гардош работает в другое время, когда так называемая "толерантность" требует терпимо относиться ко всякому злу, в том числе к самому опасному для христианской цивилизации - и к православию, и к исламу - и в фильме противостояние новозаветной и, условно говоря, ветхозаветной морали, морали мщения ("око за око" - недвусмысленно провозглашает отец Вейгль), носит уже не столько однозначный характер борьбы добра со злом: то, что поначалу кажется просто "выходкой", ведет в результате к преступлению в светском аспекте и к греху в религиозном Между прочим и великий Кесьлевский (ставить с котором в один ряд Гардоша, конечно, несерьезно), ближе к концу жизни занялся разработкой этой темы именно с позиций более однозначного, менее релятивистского, но и более жестокого по отношению к человеческим слабостям ветхозаветного нравственного канона.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments