Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Category:

"Кожа и небо" Д.Динева в Центре драматургии и режиссуры, реж. Борислав Чакринов

Постановку, как я понял, частично финансировали болгары в рамках года своей культуры здесь, поэтому у режиссера особого выбора не было и, как он сам сказал после спектакля, "да уж, пьеса не самая оригинальная". Это еще мягко выражаясь, потому что мужчина и женщина из разных воюющих лагерей, проникающиеся друг к другу заведомо обреченной симпатией - схема, прибегать к которой ну просто, наверное, неприлично уже.
Динев, однако, автор только по происхождению болгарский, в 22 года, в 1990-м, он уехал в Австрию, где и поныне благополучно проживает, получив философского-филологическое образование. Это образование он как будто бы передал своим персонажам, потому что мусульманская девушка, обирающая трупы убитых солдат, у него обладает замечательными познаниями в области античной мифологии (сюжеты о яблоке, адресованной Прекраснейшей, и о зубьях дракона), а солдат, наемник из Росии, изъясняется в духе чеховских персонажей, нанизывая длинные цепочки однородных определений. Для реалистической драмы их диалоги звучат еще более вторично и фальшиво, чем собственно сюжет, для поэтической - слишком банально.

Дело, впрочем, не только в речевых характеристиках. Для мусульманки героиня многовато пьет - ее отец с десяти лет, после смерти матери, приучил к самогону, и что еще более удивительно, легко вешает снятый с убитых бойцов нательный крест себе на шею - но, допустим, это как раз должно продемонстрировать, насколько слабо в ней развито религиозное начало. Русский наемник весь в татуировках, но не в бандитских, у него по всему телу - имена женщин, которых он любил, зачем это надо драматургу - понятно, на татуировка построен весь сюжет, тело героя - летопись его жизни, которую читает, а заодно и пробует на вкус, героиня, но для чего это, если мыслить в категориях реалистической эстетики, самому персонажу - непонятно, одно имя - нормально, когда вся грудь в женских именах - это же просто нелепость какая-то.

Ставить эту пьесу в реалистическом ключе невозможно в принципе (то есть все возможно - но тогда спектакль совсем нельзя будет смотреть), и режиссер пытается уйти от заложенных в тексте сюжетно-композиционных и речевых клише в поэтический театр. Чакринов, кстати - постановщик очень талантливый, пять лет назад он выпустил в Театре Луны "Король умирает" Ионеско, и несмотря на то, что драматургия Ионеско - задача повышенной сложности даже для перворазрядных режиссеров, тот его спектакль оказался одним из немногих адекватных вариантов освоения ионесковских текстов на русском языке и при этом, похоже, самым приличным, по меньшей мере одним из немногих приличных репертуарных опусов прохановского заведения:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/137564.html?mode=reply

Работая с "Кожей и небом" (тьфу, заглавие-то какое претенциозное, псевдометафорическое), Чакринов по возможности переводит бытовой диалог персонажей (с этой точки зрения совершенно "неликвидный", так, как говорят герои Динева, люди вообще не говорят, не то что конкретно эти люди - девушка из балканской глуши и наемник из Москвы) в плоскость условно-игровую, разбивает их беседу затемнениями, быстро и резко перестраивая мизансцены. В тех редких случаях, когда пьеса это позволяет, он дает тексту звучать в полную силу - а в драме, как ни странно, есть фрагмент, заметно выделяющийся по качеству из общего контекста, это рассказ наемника о его первом чувстве к дамочке по имени Галя, Гала, как он ее называет, "женщине-вамп", капризной, непредсказуемой, ради которой он приводил в квартиру шарманщика с медведем и готов был украсть мумию Ленина из мавзолея - этот монолог, в отличие от всего прочего, написан (может, подслушан автором?) ярко, с юмором, которого пьеса в целом лишена начисто, при этом без претензий на бытовую достоверность и именно поэтому убедительно. В других случаях режиссер пытается прикрыть слабые драматургические тылы условными решениями, иногда удачно, иногда не очень, потому что пьеса держит его цепко и тянет за собой, а актеры, увы, помогают мало.

Мусульманку-мародерку играет Алена Гирель, доставшаяся Центру драматургии и режиссеры "в наследство" от расформированного театра "Вернисаж", ее партнер - Дмитрий Мухамадеев, обычно более органичный именно в "новой драме", но "Кожа и небо" - драма не "новая", а самая что-ни на есть "старая", архаика, всего лишь спекулирующая на актуальных, точнее, модных темах. Попытка играть такую пьесу как "правду жизни", а именно это пытаются делать молодые актеры, очень удачно, надо отметить, подходящие друг другу по фактуре (исполнительница на две головы ниже своего партнера) - дело дохлое. Наиболее органичен в спектакле Артем Крестников - его персонаж, по всей видимости, тоже наемник, или просто солдат одной из воюющих армий, он обнаруживает мародерское логово, принимает обоих его обитателей за преступников и рассчитывает, что сдав их начальству, получит отпуск, но уже почти слюбившейся парочке удается его уболтать и обезвредить - убить. Может, потому что роль по объему небольшая, или внешность у Крестникова самая что ни на есть подходящая для образа простодушного крепыша, но его персонаж на фоне двух основных выглядит живым и вызывает человеческое участие.

Что меня окончательно примирило со спектаклем - неплохой, жесткий финал. Правда, сюжетный ход, построенный на том, что в момент, когда герои решаются-таки заняться любовью, они, перекатываясь по полу, оказываются на мине, и несмотря на это девушка все-таки садится "верхом" на парня - признаться, тоже на мой вкус чересчур искусственный, но если оценивать его в контексте условного театра, а не с точки зрения саперного дела и норм ОБЖ - пожалуй, имеет право на существование. Зато когда парочка в результате своих любовных игр подрывается на мине, лежащий внизу наемник погибает, а девушку просто отбрасывает в сторону и она, придя спустя какое-то время в себя, обшаривает карманы погибшего - для нее он, несмотря на все, что между ними случилось, оказывается в первую очередь просто одной из жертв ее мародерского "бизнеса" - это сильно и убедительно. Только заслуга в данном случае опять режиссерская - такой финал придумал он, а в австрийской пьесе немецкоязычного болгарина возлюбленные взлетали на воздух в момент оргазма. Представляю, как была растрогана европейская публика подобным исходом дела.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments