Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Частные беседы" реж. Лив Ульман, (30-й ММКФ)

Лютер отменил исповедь. Точнее, он заменил ее "частными беседами" (еще точнее - "частными признаниями"). Но разговор лицом к лицу при свете дня - совсем не то же самое, что мрак исповедальни. Об этом говорит героине Перниллы Аугуст старый священник, которого играет Макс фон Сюдов (снимающийся и в последние пару десятилетий, оказывается, не только в американских фантастических боевиках, но, по прежней памяти, еще и в скандинавских драмах). Для героини он просто дядя Якоб - знает ее с детства, когда готовил девочкой к конфирмации.

Ульман экранизировала сценарий Бергмана с таким тщанием, с каким, наверное, и сам Бергман не смог бы. В своих самых известных фильмах он, как правило, все-таки не мешал метафизику с психологией семейных отношений, осложненных супружеской изменой, жанрово разделяя "Седьмую печать", "Причастие", "Девичий источник" - с одной стороны, и "Лицом к лицу", "Прикосновение", "Сцены супружеской жизни" - с другой. В "Частных беседах" обе эти важнейшие для Бергмана линии переплетены причудливо, сложно, если не сказать путано, но тем интереснее.

Собственно "бесед" в фильме длительностью два с лишним часа всего пять. Первая - признание героини дяде Якобу в супружеской измене, продолжающейся больше года, и его совет признаться во всем мужу. Вторая - с мужем Генриком, где звучит признание о романе с молодым теологом. Третья - с любовником Томасом, но она произошла раньше первых двух, причем, оказывается, Томас после первой же ночи-свидания в предоставленном подругой доме решил прервать все отношения, но героиня продолжала считать, что их роман продолжается, поскольку она все еще любит его. Первая беседа прерывается церковной службой, вторая и третья - сексом. Четвертая - снова с дядей Якобом, но уже десять лет спустя, старый священник умирает, сидит на морфине, от причастия его тошнит, но он доволен, что воспитанница поступила согласно его совету. Пятая, последняя, возвращает в далекое прошлое героини - в тот самый день, когда она, еще девочка, с относительно молодым тогда дядей Якобом делилась сомнениями относительно готовности к конфирмации, а тот гулял с ней по Упсале и рассказывал о смертных грехах.

Все герои-мужчины в фильме - священники: муж, любовник, дядя Якоб, даже его друг, который приходит готовить Якоба к смерти. Бергман христианином никогда не был, скорее уж пантеистом-язычником, а к протестантским священникам относился очень пристрастно (что при его биографии и немудрено). Умирающий священник-морфинист у него выблевывает "тело" и "кровь" Христову - так тело (природа) наивно, примитивно, но показательно "мстит" обманувшему ее сознанию (культуре). Героиня осталась с мужем и они живут "как добрые друзья" (так она говорит в четвертой беседе), впрочем, у нее и выбора не было - ее возлюбленный бросил ее первым. Зато ее дети, которых она готова была оставить ради любовника, не потеряли маму - в бергмановской этической парадигме этот момент всегда самый главный.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments