Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Исчезнувшая империя" реж. Карен Шахназаров

В старом, сталинских времен, только с реконструированном залом, кинотеатре "Победа", где я смотрел "Исчезнувшую империю", одновременно идет (и, похоже, только там), картина с еще более пафосным названием "Ностальгия по будущему" - если верить аннотации, многоплановое повествование, действие в котором происходит в прошлом, настоящем и будущем в России в США, а если верить мини-рецензии в "Афише" - экранизация автобиографического романа члена Совета Федерации РФ от Пермского края. На многоплановую автобиографию пермского члена федерации меня уже совсем не хватило, но одновременное присутствие в афише двух, надо полагать, все-таки разных по художественному уровню фильмов (Шахназаров - талант и профессионал как-никак) с похожими идеологическими "заявками" показателен. "Исчезнувшая империя" - тоже "многоплановое повествование". Эпилог переносит двух героев в наши дни, а основное действие разворачивается в середине 1970-х. Кроме того, сценаристом вводится дополнительный символический план: дедушка главного героя - известный археолог, академик и светило, друживший с Агатой Кристи и раскапывавший Хорезм, древнее государство, некогда могущественное, но легко побежденное Чингисханом, воинам которого пришлось всего лишь засыпать каналы, по которым в город поступала вода. Символика тут важна еще и потому, что главные герои судя по всему, хотя совсем уж прямых указаний нет, обучаются на филфаке: помимо обязательных лекций по истории партии, они слушают курс фольклористики, а летом после двух семестров отправляются на фольклорную практику собирать частушки, все как положено (правда, чушь про былины, которую несет очкастая одинокая бабенка с длинной указкой в руках - в представлении режиссера, видимо, именно так и выглядят филологические дамы - не могла быть озвучена в аудитории столичного университета на дневном отделении филфака, советская фольклористика тогда была на такой высоте, что даже мне кое-какие остатки перепали - моя преподавательница была студенткой Проппа).
Но в любом случае символы и пафосные формулировки типа "исчезнувшая империя" - это фон. Однако и сюжет, и характеры персонажей Шахназарова, похоже, тоже не слишком интересовали: обещанный "любовный треугольник" - совсем не главное в фильме, он реализуется только ближе к концу. Шахназаров подходил к материалу, за который взялся, не как филолог, а как археолог, подобно своим героям: основное внимание он уделил антуражу эпохи. Невозможность достать билет на "Иван Васильевич меняет профессию" в кинотеатр "Художественный" или на "Гамлета" с Высоцким на Таганку, "Мастер и Маргарита" Булгакова за сто рублей на черном рынке, Чайковский под видом "Роллинг стоунз" за 75, джинсы за ту же цену, аферисты-фарцовщики, очереди за пивом, полуподпольные рок-группы, играющие под "Битлз".

Всегда считалось, что вершины Шахназаров достиг в "Курьере". Наверное, так и есть, хотя мне нравятся и более ранние его непритязательные лирические комедии, и фильмы конца 80-х-начала 90-х, когда он косил под Бунюэля. Но в "Исчезнувшей империи" переклички с "Курьером" очевидны: и по среде, где происходит действие, и по системе персонажей. Ольга Тумайкина сыграла мать главного героя без всяких оглядок на гениальную роль Инны Чуриковой, но нисколько не хуже. Эпизоды с матерью и с дедом - самые удачные в фильме. Деда играет Джигарханян, который за последнее время умудрился отметиться где только можно, даже в "Самом лучшем фильме", но самую интересную за несколько лет роль сыграл именно здесь - его герой практически не ходит и даже не жестикулирует, Джигарханян играет только мимикой и интонациями голоса - но делает это замечательно. И семейная сюжетная линия оказывается в "Исчезнувшей империи" самой убедительной: мать пытается влиять на сына, дед потакает внуку, но мать умирает от рака, оставив деда и младшего сына на главного героя картины, которому нет еще и двадцати. С любовной линией все сложнее и запутаннее: отчасти так и надо, потому что герой не определился, чего хочет - он влюблен в однокурсницу Люду, "серьезную" девочку, но ему нравится и другая, блядовитая блондинка, в итоге Люду он теряет - она выходит замуж за друга героя, Степу Молодцова, неприглядного на вид простецкого паренька, от которого она ждет ребенка. Впрочем, эти юноши из 70-х вообще не знают, чего хотят: они фанатеют от "Битлз" и "Роллинг Стоунз", но не прочь поплясать под "Червону руту" или "Песняров", они с завистью смотрят на свободный Запад, но терять крохи, которые им отпустило щедрое советское государство, тоже не желают. В одном из эпизодов они задаются вопросами, что с ними будет через 30 лет. В эпилоге, спустя 30 лет, Степа Молодцов, усердно защищавший советский образ жизни от нападок диссидентствующих сверстников (взрослым его играет Владимир Ильин), случайно встретив бывшего приятеля в аэропорту, рассказывает, что женат второй раз, потому что их брак с Людой продержался всего год, а живет в Финляндии и ни о чем не жалеет. В то время как его друг, оказавшийся соперником в любви (его в эпилоге не показывают, слышен только голос - прием, видимо, рассчитанный на то, чтобы зритель запомнил героя молодым), стал переводчиком с фарси. Третий друг, не слишком удачливый музыкант, предприимчивый и активный по молодости, спился и умер, не вписавшись в новую жизнь.

Шахназаров как будто настаивает, что СССР - "исчезнувшая империя", и рассказывает историю героев, переживших "великий перелом", хотя показывает не момент перелома, а его предысторию и, коротко, последствия. Но действительно ли "империя" эта исчезла? И Дом культуры, где репетировала группа одного из героев, и театр на Таганке, и даже букинистический магазин возле "Парка культуры", куда герой сдает дедовские книги, чтобы добыть денег на модные джинсы - все снято на натуре. Шахназаров, правда, жаловался, что многое пришлось снимать в провинции, потому что в Москве найти уголки Москвы 70-х трудно - но, думаю, ему просто было лень искать, к тому же это не вписывалось бы в его культурологическую концепцию. (Хотя Теплый стан, где живет Люда, тоже не изменился). Да что там московская натура, если на заставке "Мосфильма", которым Шахназаров давно и небезуспешно руководит, демонтированная статуя Рабочего и Колхозницы расцвечена ярче и эффектнее, чем в советские времена. На самом деле ничего империи не сделалось, чуть-чуть пошатнувшись было, как уже бывало раньше, она стоит как стояла, разве что жить чуть-чуть стало лучше, дорогие товарищи, жить, братья и сестры, стало немножко и ненадолго веселей.

Не в первый раз возникает соблазн поверить, будто в России началась новая жизнь. Будто в России может начаться новая жизнь. До 90-х такое было в 20-е, изучением которых я кое-как в свое время занимался - тогда тоже произошедшее в конце 1910-х воспринимали как Апокалипсис и начало новой эры, но оказалось, что империя осталась на месте, а историографов от литературы и кино, пытавшихся запечатлеть ее гибель, в конце 30-х закопали, остались только те, кто живописал неоимперскую реальность в самых радужных цветах. (В связи с этим - занятный момент: герой фильма приносит в букинистическую лавку сумку книг, из которых на комиссию принимают две: "Цемент" Гладкова и "Гидроцентраль" Шагинян). Шахназаров - один из умнейших сегодняшних режиссеров, и вряд ли совсем уж ничего не понимает. Тем более, что ровно двадцать лет назад он в том числе и об этом снял "Город Зеро" (совсем уж "бунюэль для бедных", но по-своему фильм достаточно любопытный). Так что для него образ "исчезнувшей империи" не сводится только к эмблематическому обозначению СССР. Любой человек с его прошлым - такая "исчезнувшая империя", раскопки которой могут принести самые неожиданные открытия. Но чтобы вести такие раскопки в человеческой душе успешно, режиссеру нужны актеры не столь скромного, если не сказать больше, дарования, как Алекскандр Ляпин, исполнитель главной роли, очередное (после невнятного Евгения Антропова в коммерчески провальном "Кремне") данилобагровообразное существо с неясными карьерными перспективами и весьма сомнительными творческими способностями. И если на роль младшего брата Шахназаров взял мальчика по-родственному, то чем он руководствовался, отбирая Ляпина, понять невозможно.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments