Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

странная пани Брыльска

Продолжение "Иронии судьбы" - не единственный праздничный русскоязычный спецпроект с Барбарой Брыльской в главной роли. Но "Странное Рождество" - продукт совсем уж странный. Во-первых, как я понимаю, он русско-украинский, в анонсах режиссером числится Максим Паперник (человек, вообще-то, талантливый, и специализирующийся именно на такого рода художественных "изделиях"), но в титрах я его фамилии не заметил, при том, что продюсеры и автор сценария Слава Орешкин были помянуты дважды, в начале и в конце, но, может, я просто невнимательно следил. Во-вторых, в основе "кина" - известная пьеса Патрика "Странная миссис Сэвидж", многократно поставленная в бенефисы самых разных престарелых актрис-звезд: самую популярную версию, с Верой Марецкой, постоянно крутят по ТВ, а сейчас в Москве идет спектакль с Верой Васильевой - правда, это постановка тоже довольно специфическая, пациентов психиатрической клиники "Тихая обитель" там волей режиссера Андрея Денникова играют куклы, а остальных персонажей - живые актеры:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/881944.html?nc=3

В "Странном Рождесве" от пьесы, вопреки сложившейся традиции русскоязычных римейков, осталось практически все: сюжет воспроизводится очень точно, некоторые опорные реплики - дословно. Фантазии сценариста и продюсеров на многое не хватило. Они просто заменили иностранные имена русскими (если считать имя Моисей тоже русским) и механически, совершенно бездумно перенесли действие старой импортной пьесы в условные реалии условной современности условной России (или Украины? степень условности слишком велика, чтобы это определить). Еще авторы "римейка" выбросили подробности, связанные с линиями побочных персонажей, оставив при этом некоторые эффектные и знаковые для оригинала детали, потерявшие в итоге всякий смысл (особенно это касается пианиста со шрамом по имени Денис - про воображаемый шрам он по-тихому "забывает" за заботами вокруг денег главной героини, зато под конец вспоминает, что умеет играть на фортепиано, и демонстрирует это умение, причем играет, не касаясь пальцами клавиш, а камера, видимо, в руках знающего оператора, даже не скрывает этого) и навязчиво, ужасно грубо усилили рождественскую тему, поскольку проект задумывался именно как праздничный.

Барбара Брыльска играет, как и полагается, главную роль - миссис Сэвидж, она же Ольга Николаевна Самойлова (она же Канцельбоген?! шутка), вдова водочного магната, помещенная детьми в спецпсихушку "Тихая пристань". Больничкой, расположенной за трехметровым бетонным забором в роскошном трехэтажном свежевыкрашенном особняке с колоннами, руководит доктор Павленко (Богдан Ступка), в часы досуга играющий в своем кабинете на баяне "Дывлюсь я на небо..." Пациентов в огромном сумасшедшем доме, не считая Самойловой, пятеро, а из персонала, кроме главврача - одна только медсестра, тайная жена того самого пациента Дениса, с воображаемым шрамом и забытым талантом пианиста, способного музицировать бесконтактным способом. (Еще как-то раз упоминается сторож, но, должно быть, бюджет проекта лишней актерской единицы не предусматривал и в кадре он не появляется). В больничке, предназначенной для небедных и добровольный пациентов, не только на окнах, но и между лестничными пролетами - решетки, а на протертных паркетных полах - протертые совковые коврики. Приемным детям Ольги Николаевны, как и в пьесе Патрика, сильно за 30, и непонятно, когда их отец успел стать олигархом и благополучно умереть, если он, конечно, не был подпольным советским миллионером. Но это, допустим, условность "рождественской сказки" - такая вот странная сказка. Как и миссис Сэвидж в пьесе, госпожа Самойлова учреждает на деньги покойного водочного олигарха "фонд счастья", целью которого, однако (бюджет выделяли на рождественский проект!), изначально ставит устроить на Рождество снегопад. Но почему-то не успевает - Рождество подкралось незаметно, снег выпал сам по себе, пока мачеха собачилась из-за денег с детьми-рвачами (прокурор, депутат и светская львица), и, казалось бы, все и так счастливы - но борьба за наследство по инерции продолжается, героиня пытается озвучить какие-то новые задачи своего фонда, но не успевает по хронометражу, потому что наступает хэппи-энд, доктор Павленко выходит из кабинета с баяном и начинает подыгрывать скрипачу Моисею и пианисту Денису. Сама Ольга Николаевна тоже не чужда творчеству - в пьесе она пыталась поступить на оперную сцену, в "Странном рождестве" этот мотив тоже остался в обрывочном виде (наверное, его забыли вычеркнуть из пьесы, когда переделывали ее в сценарий), но кроме этого, она самостоятельно пытается постигать основы актерского мастерства, штудируя в психушке сочинения Станиславского.

В немыслимо роскошной белой шляпе героиня пани Барбары напоминает другую Ольгу Николаевну - "рабу любви" Вознесенскую в исполнении Елены Соловей, в шляпках от Рустама Хамдамова. Но и роль (кажется, иногда у героини прорывается польский акцент, но несравнимый с тем, с каким говорит Брыльска - видимо, ее переозвучивали), и произведение в целом до того нескладное, что и шляпка, сама по себе симпатичная, в нем не к месту. Но пани Барбару еще можно понять - вряд ли она сегодня где-то может быть востребована как актриса, кроме как в России (несколько лет назад она даже пыталась играть в московском антрепризном спектакле по "Квартету" Харвуда, но дело не задалось), а жить надо. Богдану Ступке тоже бояться нечего - уж если ему в "Трое и Снежинка" участвовать не стыдно, то чего еще ждать. Кто удивляет - так это Лия Ахеджакова. Играет она Люсю, в которую превратилась самая странная из персонажей-пациенток исходной пьесы Патрика - всклокоченная, в немыслимом макияже, с нелепыми бессвязными речами, она и в таком безобразии выглядит достойнее всех остальных участников, но безобразие от этого безобразием быть не перестает. А уж Лия-то наша Меджидовна и не бедствует, и на отсутствие работы вряд ли может пожаловаться, и, если даже решила подкалымить ради праздничка, могла бы с той же Брыльской поучаствовать в продолжении "Иронии судьбы" - все-таки совсем другой уровень качества. Но туда она не пошла (пришлось Слаповскому отправить ее Таню в Израиль на ПМЖ), а на более чем странное (и несопоставимое по бюджету, стало быть, и по гонорарам) "Странное Рождество" отчего-то согласилась. Самые печальные моменты этого уродливого проекта - сцены, когда пациенты больнички изображают радость. Для этого (авторы и тут ничего лучше не придумали) они кругами ходят "паровозиком". И в эти моменты "Странное рождество" действительно напоминает фильм Рязанова, только не тот, что с Брыльской в главной роли, а тот, что с Ахеджаковой - я имею в виду эпизод из "Небес обетованных" в доме для престарелых, где физкульт-инструкторша командует пенсионерами: "Подскоком пошли, говна старые, подскоком!".
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments