Аристео (_aristeo) wrote,
Аристео
_aristeo

Categories:

Капитализм

smirnoff_v писал некогда: Системный кризис капитализма выражается в первую очередь в том, что современный капитализм не в состоянии в полной мере использовать главный ресурс человечества, который находится в его распоряжении, а именно человеческий труд!

Однако если мы бросим взгляд в прошлое, то увидим, что это утверждение можно применить к капитализму на любой стадии его развития. И действительно, становление капиталистических форм производства всегда сопровождалось массовым разорением крестьян и ремесленников традиционного типа (экономически, как, например, в Голландии или Франции, или принудительно, как в Англии, через огораживания), деклассированием значительной части населения. Огромные массы неприкаянных пролетариев, у которых не было ни кола ни двора, составляли серьёзную социальную проблему, однако бунты против машин и новых порядков не имели успеха: "прогрессивная" экономическая формация продолжала развиваться и расширять сферу влияния. Те люди, которые некогда имели работу и хлеб, занимали вполне твёрдое социальное положение, вдруг оказывались разорены и выброшены на улицу. Это именно то, что современные учёные называют "прогрессом в социально-экономических отношениях".

Таким образом, согласно smirnoff_v, нам следовало бы признать, что капитализм находился в состоянии системного кризиса, начиная с момента зарождения, на протяжении всей своей истории, что было бы неверно. Наоборот, нам следует признать характерной чертой капитализма как социального явления то, что он отказывается от использования человеческого труда в полной мере и формирует (экономически или административно) определённый слой деклассированных элементов, пролетариата, чей труд либо не используется вовсе, либо используется в самых негуманных, уродливых формах. Таким образом создаётся "рынок свободной рабочей силы", без чего невозможно индустриальное капиталистическое производство.

Настоящая же угроза капитализму - не избыток используемого ресурса (пусть это будут даже люди, которые в капиталистическом обществе называются "человеческим материалом"), а наоборот, его дефицит. Ибо капиталистические, индустриальные формы производства подразумевают массовость и дешевизну как используемого ресурса, так и конечного продукта. Заметим, что тормозом развития капитализма в Российской империи было как раз то, что крепостническая экономика почти на 100% использовала труд населения, в результате чего рынок свободной рабочей силы сформироваться не мог. Рабочие руки для промышленного производства были дефицитом.

Обобщая это умозаключение, можно сказать, что для любой социально-экономической формации дефицит какого-то ресурса (в т.ч. и использование на 100% или близко к этому) есть признак кризиса. В инженерном деле, например, в электротехнике, есть правило: не нагружать никакую деталь более чем на 70% от штатной мощности. Всегда должен быть резерв на случай непредвиденных ситуаций (скажем, скачка напряжения). То же самое можно распространить и на общество: в нём должен иметься резерв ресурсов для мобилизации. Не случайно историки называют 19 век кризисом крепостнической экономики в России: при использовании почти 100% труда населения, экономика оставалась отсталой, мощности не хватало. Потребовался переход и иным формам хозяйствования.

То же самое, например, происходило и в рабовладельческой Римской империи. Раб, конечно, работает плохо, это признавали и сами древние, но когда рабов много, когда завоевания обеспечивают большой их приток и они дёшевы, то можно организовывать рабовладельческие плантации. Загнать рабов в казарму, и выдавать каждому за работу миску похлёбки, а если хорошо работает - можно и бабу. Когда же раб, состарившись, уже не мог работать, его пускали в расход. Таким образом, землевладельцы брали не качеством труда, а количеством рабсилы. Однако когда темпы римских завоеваний снизились, обнаружилось, что рабов становится меньше (другие источники рабства - внутренний прирост и долговое рабство - не давали нужного количества рабсилы), что они дорожают, качество же их работы не улучшается - отсюда вынужденный переход к другой форме хозяйствования. Теперь землевладельцы сажали зависимого человека, колона, на землю, давали ему обзавестись семьёй, хозяйством, сами же взимали с него плату за пользование землёй. Когда у человека есть собственное хозяйство, то он, в отличие от раба, заинтересован в качестве своего труда.

Итак, подводя итог, мы можем заключить, что профицит рабочей силы является для современного капитализма не злом, а благом, и с этой стороны ему опасность не угрожает. Главной же опасностью и симптомом кризиса капитализма является оскудение невосполнимых природных ресурсов. Я имею в виду не только нефть, о которой сегодня больше всего разговоров, но природные ресурсы вообще: нефть, уголь, газ, металлы. Краеугольным камнем индустриальной экономики и капиталистической социальной структуры является то, что все эти ресурсы многочисленны и дёшевы; когда же они станут редки и дороги, то массовое индустриальное производство сделается невозможным.

Нам следует отказаться от веры в непрерывный "прогресс" как характерную черту человеческой истории. Вспомним, отчего закончился бронзовый век: люди к кон. 2 тыс. до Р.Х. почти исчерпали известные им месторождения свинца и олова, компонентов бронзы, и были вынуждены перейти и использованию железа. И дело вовсе не в "прогрессивности" последнего: первые железные изделия были хуже бронзовых. Да и сами древние считали железный век временем наибольшего упадка - не в материальном, а в космическом смысле.

Так что, с технологической т.зр., современное капиталистическое человечество заходит в тупик, выйти из которого возможно только через серьёзные социальные преобразования и значительное снижение общего уровня жизни, т.е. количества и качества потребления.
Tags: история, размышления, экономика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment