February 9th, 2006

(no subject)

Выключила телевизор, подошла к компьютеру и сказала себе «пиши». Да, господа, я больше не графоман. Я больше не чувствую зависимости от красивых слов и длинных предложений. Быть может, на время. Стихи не пишу, иногда правда возникает желание, но не находятся рифмы… В такие моменты чувствую себя просто ничтожеством, каким-то кастрированным «творцом». Очень надеюсь, что это пройдёт. Однако отчётливо чувствую, как из меланхоличного философа, злобного аутсайдера, эпатировавшего публику всем, начиная от длины ногтей и крови до поступков, из человека, живущего в других мирах чёрных и серых тонов, из поэта, писателя и художника, из противника системы и бунтаря я неуклонно превращаюсь в отличницу, поглощённую учебниками и словарями, в милую домашнюю кошечку для своего любимого и просто в обычного человека, для которого даже не получится подобрать столько эпитетов и названий, сколько можно было подобрать к моему прошлому состоянию.

Внутри идёт постоянная борьба и ощущение, что я теряю что-то очень дорогое, что я погибаю в каком-то смысле, что я больше не смогу быть такой, какой была, чувствую постоянную нехватку общения с творческими и неординарными людьми, чувствую нехватку собственной личности, которой раньше было так много. Но в то же время я понимаю, что мой прошлый неординарный образ несовместим с отношениями между мной и моим любимым человеком, а эти отношения сейчас составляют практически весь мой мир, и я не в коем случае не хочу их терять. Таким образом, возникла дилемма. Я просто думаю об этом часто и мне становится грустно, однако вполне очевидно, что я слушаюсь своего сердца. Можно ли променять любимые глаза на призрачный мистицизм дворов-колодцев и мазохистское удовольствие от постоянной внутренней боли… Да конечно же нет. Даже не имею такой мысли, просто иногда мне грустно… просто ностальгия, иногда доходящая до отчаянья на самой глубине почти годового творческого кризиса.

Со мной такое было и раньше… один раз. Я не могу писать, когда я счастлива. По всей видимости, несчастья других и моей страны больше не вдохновляют меня в должной степени, для творчества мне нужен и внутренний, не только внешний, раскол. А может быть, я просто взрослею… Медленно, очень болезненно выхожу из своего подросткового мирка, упираясь всеми силами и раздирая пальцы в кровь об окружающую меня действительность. Даже не хочу об этом думать. Это ужасно. Но когда мы обнимаемся тихими зимними вечерами, смотрим друг другу в глаза, когда нам уже не нужны никакие шумные тусовки, алкоголь и грохот музыки, не нужен никто другой, когда мы говорим о нашем будущем – я забываю и о разбитых чёрных окнах, и о сером небе и об океанах слёз и бесконечных зарифмованных строчках… И это уже не то что было, не подростковый фанатизм, а настоящая взрослая любовь, из которой я не делаю показухи, о которой говорю как сейчас редко, но которая день за днём меняет меня и мою жизнь, делая всё взрослее.

Возможная будущая семья, наши отношения, моё образование, наша будущая карьера – вот то, что в моих мыслях, не идеи о сверхчеловеке, не мистицизм и не собственная великая миссия на этой планете. Всё стало более материальным. Наверное, просто мне категорически не хочется быть «как все», это через чур задевает моё самолюбие. От меня прежней во мне процветает с той же силой катастрофическая многогранность и страсть к анализу всего происходящего снаружи и внутри. Вот опять… я написала уже столько всего, касающегося самоанализа и внутренних переживаний, но только сейчас подумала, что можно ещё написать о том, что я была в Англии. Да, я ездила в Лондон – Эдинбург с родителями на неделю. Чудесный город, я в него немножко влюблена… было бы там ещё поменьше цветных, они меня пугают, когда прут навстречу бесконечной бело-чёрно-жёлто-серой толпой.

Но несмотря на мой некоторый национализм в остальном я взращиваю в себе положительные качества… ) хочу, чтобы всегда впредь мои красивые речи соответствовали моим поступкам. ) Хочу, чтобы мне не в чём не было за себя стыдно. Ну, естественно я руководствуюсь собственным пониманием о хорошем и плохом. В том числе очень много внимания уделяю кругу своего общения, который сужается со скоростью моего понимания «ху из ху». Слежу за собой, чтобы мне потом кто-нибудь не сказал «а ху из ты?» Я редко кого считаю совсем уж отрицательным персонажем, просто у людей бывают такие качества, с которыми лично я не могу сосуществовать. Что ж, ладно… В любом случае, главное сейчас в моей жизни есть, и это нельзя купить за деньги… И очень немногие, обладающие всем чем угодно другим, могут похвастаться тем, что есть у меня, в моём сердце. Единственное, что меня огорчает, так это то, что для кого-нибудь оно может стать очередным поводом для зависти и злости. Такие люди есть и на всякий случай лучше держать всё в секрете. ) Ну да ладно…