July 24th, 2015

my heart just melted

Играем мы с Лизкой играем, тут я ей говорю: «Иди ко мне, я тебя потискаю!» Легли на диван, обнявшись, и я довольно говорю: «Как классно, что я сейчас могу тебя обнимать и целовать, когда захочу! А потом ты станешь большой, и будут у тебя свои друзья, бойфренд, потом муж... и мама уже не сможет так тебя тискать всегда, когда захочется!» Тут мой ребенок вдруг резко погрустнел и как начал плакать. Навзрыд, с огромными слезами, несчастными всхлипами... Она у нас так почти никогда не плачет. Обычно, это либо деланный плач на зрителя либо резкий плач от боли/обиды. И еще она у нас очень независимая, когда друзья или другие взрослые рядом, то родителей даже не вспоминает. А тут слезы и слезы. Я ее обнимаю, спрашиваю, что такое, и слышу душераздирающее: «Я не хочу никогда от тебя уезжать! Я хочу всегда быть с тобой рядом!» Я ее обнимаю, целую, говорю: «Конечно, ты никуда не уедешь, если не захочешь. Но скорее всего, ты сама захочешь с друзьями быть, потом замуж выйдешь»... и тут новая волна рыданий «никогда не хочу уезжать, даже если сама буду хотеть!»... и все лицо, волосы, шея мокрые от слез. Я ее крепко прижала и сказала: «Хорошо, договорились, никогда-никогда не уедешь, будешь всегда-всегда рядом со мной!» А она продолжала плакать, и я вместе с ней.

В конце я решила немного заснять этот момент, чтобы потом она мне поверила, что все так и было (под катом доказательство).
Collapse )
Лизка, если ты сейчас это читаешь, и тебе уже больше 18 лет, и ты где-то там в колледже, или путешествуешь, или замужем уже, знай, что мама все так же хочет тебя тискать, обнимать и целовать всегда-всегда! И эти твои слезы на нашем сером диване с синим пледом и оранжевой икеевской подушкой были одним из лучших моментов моего материнства.