![[info]](http://p-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
В жизни я встречала не так много по-настоящему плохих людей.Так уж получилось, что одним из них оказался афроамериканец из США.
Моя поездка в 2003 не заладилась с самого начала. Я более полугода ждала разрешения на работу. Я продолжала его ждать, когда остальные уже получили визы и уехали. Весь июнь и добрую часть июля находилась в подвешенном состоянии и не находила себе места - уехать-то полагалось в самом начале лета. Когда же разрешение и виза были наконец получены, выяснилось, что невозможно достать билет до Чикаго, на ближайшее время все распродано. Только Нью-Йорк.
Неожиданно обрадовал друг Брайан: "Лети в Нью-Йорк, а мы с ребятами туда прокатимся и встретим тебя!" . В восторге (ух ты! Увижу главный город мира!) помчалась покупать билет. Однако, в утро вылета случилось непредвиденное. Я опоздала на самолет! Я, летавшая третий год подряд, неправильно подгадала время и явилась в аэропорт к самому закрытию регистрации! Бред? Айр Франс уперся рогом "Не пустим!". И, хоть самолет еще около часа находился на земле, все мои дерганья и выдирания волос перед работниками аэропорта ни к чему не привели.Опоздали, так опоздали, так-то девушка! Хуже всего было то, что билеты за этот профуканный рельс пропадали полностью. Именно так сказал мне начальник Эйр Франса в аэропорту "Пулково".
Мое состояние по возвращении домой мы здесь опустим.Мне был нужен другой билет. Я знала, что уже после месяца работы в США все билеты окупятся, но где взять денег сейчас?Помыкалась по друзьям, но готовых резко ссудить мне сумму в $750 не нашлось. Пошла на крайние меры, впервые в жизни попросивши в долг у малознакомого человека и тут же получила наказание в виде унизительнейшего отказа.
В отчаянии решила попытаться сдать билет там же, где покупала. И - о чудо! Билет у меня принимают с незначительной потерей и я тут же покупаю красивенький и новый билет до Чикаго!Правла с собой наличности особо не получается, но это ерунда, заработаю, главное перекантоваться первое время.
Быстренько звоню сообщить Брайану, что лечу в Чикаго, а в ответ слышу:"А мы с парнями уже подьезжаем к Нью Йорку! Ну ничего, тебя встретят Тина и Тони."
Перспектива быть встреченной "Тиной и Тони" несколько сократила мою радость. Об этих индивидах я писала уже: здесь.Тони - никто иной, как тот самый хахаль-негр, в на четвертом десятке выдававший себя за восемнадцатилетнего и сделавший 16-ти летней Тине ( а так же еще семи молоденьким девочкам) ребенка.То, что Брайан после этого водит с ним дружбу показалось мне невероятным.И чтоб меня встречал это персонаж, тоже не хотелось. Однако, бедные не выбирают.
В Чикаго я прилетела весьма вареная. Пять часов ожидания в Парижском аэропорту при пересадке, а после - 10-ти часовой полет давали себя знать.Плюс моя несчастная патологическая неспособность спать в самолете.Тина и Тони встретили меня сразу. Тони оказался невысоким негром с добродушным выражением лица.Утрамбовались в машину, поехали.
Едва выехали из аэропорта выяснилось, что в машине кончается бензин и все хотят есть. Денег с собой нет, но если я куплю, "папа мне все отдаст"". То бишь Брайан, папа Тины. Заправили полный бак и заехали в закусочную. Таким образом, из наличности у меня осталась одна бумажка в сто долларов и железная мелочь.
Мелочь, однако, разошлась при пересечении границ штатов. Я, периодически забываясь мутным автомобильным сном, резко просыпалась на пунтках таможни, спросонья обращаясь к своим спутникам по-русски (чего со мной ни разу не было за три года) и безропотно выдавала требуемые монеты. Не верилось, что это путешествие когда-нибудь кончится.
Худшее, однако, было впереди. Проезжая Милуоки, мои встречальщики буднично заметили, что хотят заехать навестить родителей Тони. О небо! Но что делать - навестить, так навестить. Вскоре мы подъехали к деревянному домику на довольно тихой улочке. Визит этот я помню смутно, посколько видела всех как сквозь сито. Помню, меня только удивило, что несмотря на будний день, весь дом был полон народу. Большая толпа негров всех мастей сидела на крыльце и точила лясы. Хозяева обступили меня с порога и усадила за стол, на котором были в беспорядке разбросаны жестяные банки из-под пива, стояли полные пепельницы и тарекли с остатками еды. По еде нельзя было определить, завтракали они, обедали или ужинали, поскольку объедки демонстрировали признаки самые разнообразные.Тут были и свежие следы пирога, и корки старой засохшей пиццы, и остатки утреннего омлета. Сами многочисленные хозяева выглядели весьма неопрятно, но были очень разговорчивы. Распрашивать меня стали очень активно - про Россию, про меня, и чем я занимаюсь и много чего еще. Я отвечала, изо всех сил стараясь казаться вежливой и заинтересованной, периодически в надежде поглядывая на Тони и Тину, которым, напротив, было весьма комфортно пить пиво и курить, развалясь в креслах.
Наконец пытка кончилась и мы тронулись дальше. Домой мы приехали уже в темноте. Тина предупредила меня, что пока меня положат в комнате Брайана, которую она "прибрала" для меня. Комната Брайана, кстати сказать, являла собой зрелище не для слабонервных. Пола в ней было не видно из-за рубашек, белья и полотенец, скомканных на полу. Как позже выяснилось, Тинина "уборка" заключалась в том, что она подобрала все вещи и сложила их здесь же, на полу, в гигантскую кучу в человеческий рост.
Мне, однако ж, уже не было дела до тонкостей и я, едва войдя, завалилась спать и проспала около суток.
ПРоснувшись, я обнаружила, что в доме, помимо Тони, Тины и Кеона, находится еще два или три негритенка. Ои бегали, кричали, плавали в бассейне и ели. Оказалось, что это - дети Тони. От других молоденьких девушек.
ПРиехавший вскоре из Нью Йорка Брайан слегка разогнал эту веселую компанию, отправив мальчишек их мамам и мы отправились праздновать мое возвращение.
В баре было очень весело, особенно для меня после годового перерыва. Пропустив пару коктейлей, которыми угостил меня Брайан, я, попросив Тони подержать мою сумочку, рванула танцевать. В два часа ночи бар закрылся и мы поехали домой.
Всю дорогу домой Тони с заднего сиденья пьяным голосом объяснялся Брайану в любви: "Брайан! Я так тебя уважаю! И я так люблю твою дочь! Я все сделаю для твоей дочери и моего сына! Спасибо тебе за все, старик!". ПО приезде выяснилось, что Тони успел не только заверить Брайана в безграничной преданности, но и незаметно заблевать его новенький "Кадиллак".
Почти сразу по приезде я обнаружила, что моя единственная купюра в 100 долларов исчезла из кошелька. Перерыла всю сумку - денег не было. Весь мой запас. Единственный, у кого сумка была в руках, кроме меня, был Тони. Подозрения превратились в уверенность, когда я увидела, что Тони, едва войдя в дом, свистнул Тину, они вдвоем сели в машину и резко уехали.Вернулись они через 2 часа с огромными зрачками и бегающими глазами. Крэк. На мои деньги.
Все были уверены, что это сделал Тони. Однако я наотрез отказалась от "возмещения" со стороны Брайана, благо я и так пользовалась его гостеприимством, да и прямых доказательств не было. Брайан ругал меня, что дала Тони сумку, говорил, что надо было дать ему. Сказал следить за деньгами и вещами и не расслабляться в присутствии Тони.Но выгнать Тони из дома и даже поговороить с ним откровенно так и не решил.
Через несколько дней я напрямую спросила Тони, как он мог так воспользоваться моим доверием. Ответом послужив сверхчестный взгляд и клятвенное уверение, что он не делал ничего подобного.
После этого случая и Тони и Тина по-прежнему не гнушались просить у меня деньги в долг, говоря, что "папа" отдаст, прекрасно зная, что я ни за что не скажу об этом Брайану и не попрошу возместить мне. Однако, я научилась отказывать.
Чтоб "дети" не болтались перед глазами (Тони не работал и, когда не отлучался по своим таинственным делам, кои, я подозреваю, были ничем иным, как продажей крэка, постоянно торчал перед телевизором в гостиной и что-то ел) , Брайан снял для них квартиру в другом районе. Скоро они туда переехали, ко всеобщему удовольствию.
Однако, несмотря на переезд, "супруги" все равно постоянно толклись в доме "папы". То привозили ворохи белья и стирали, то приезжали поесть, то за деньгами.Однажды Тина приехала с гигантским синяком под глазом, который меня потряс. Я получала в глаз и знаю, что от довольно приличного удара может остаться совершенно незначительный след, легкая синева. Тинин же синяк покрывал всю глазницу глубоко синим цветом, глаза совсем не было видно и выглядело это жутко. Силу этого удара не хотелось представлять. Я и раньше слышала, что Тони распускает руки, но не представляла себе, что все насколько плохо.На наши вопросы Тина рассказала историю, как она сидела-отдыхала, а маленький Кеон неожиданно уронил на нее сверху свечку и - оп! - прямо на глаз. Ай да история! Самое интересное, что Брайана, похоже, удовлетворило это объяснение. Во всяком случае, они ни слова не сказал Тони и не отказал ему от дома.
Однако, после этого случая мне этот семейный расклад нравиться совсем перестал. И мерзкий Тони, и противная "жертва" Тина (в тандеме "мучитель-жертва" мне, как правило, противны обе стороны. И наглость первой и рабская покорность второй) и даже флегматичный Брайан стали вызывать у меня разные степени отвращения. И вскоре я съехала.
В заключение небольшая зарисовка, как мы с Брайаном навеселе сидели и мечтали "о мире во всем мире". Я говорила: "Кончатся войны, не будет маньяков и насилия". И тут Брайан в тон мне прибавляет мечтательным голосом: "И все сраные негры умрут!..."
Через несколько месяцев после моего отъезда Брайан добился того, что Тони посадили в тюрьму. За совращение малолетних. Сидит до сих пор.
Tags: Америка