девочка
вывела погулять шотландскую овчарку
президент Соединенных Штатов
был убит
и убийца президента
тоже был убит
и убийца убийцы президента
тоже был убит
какие–то подростки
выбили все стекла на нашей лестнице
два троллейбуса
наотрез отказались ехать по своему маршруту
и были растерзаны
толпой озверевших пассажиров
крупнейший китайский атеист
объявил себя богом
и сжег все буддийские монастыри
у меня сломалась пишущая машинка
и я был в отчаянии
а на Юпитере кого–то свергли
и кто–то захватил власть

но все это только казалось
на самом деле

шотландская овчарка
вывела погулять китайского атеиста
президент Соединенных Штатов
выбил все стекла на нашей лестнице
моя пишущая машинка
была растерзана толпой озверевших подростков
убийца президента
наотрез отказался ехать по своему маршруту
и убийца убийцы президента
тоже наотрез отказался
пассажиры захватили власть на Юпитере
два троллейбуса
сожгли все буддийские монастыри
я объявил себя богом
и девочка была в отчаяньи

но этого было мало

президент нашей лестницы
сломался
крупнейший буддийский атеист
выбил все стекла у пишущей овчарки
моя китайская машинка
кого–то свергла
пассажиры озверевших штатов
вывели погулять соединенных подростков
убийца президента
объявил себя девочкой
а убийца убийцы не объявил
шотландские монастыри
наотрез отказались ехать по своему маршруту
и два троллейбуса
были в отчаяньи

из всего этого хаоса
выплыла большая рыба
поглядела на меня одним глазом
усмехнулась
и поплыла дальше

и тут
именно в этот миг
возникла эта самая мелодия

и я вспомнил —
ave maria!
и я удивился —
ave maria!
и я заплакал —
ave maria!


Это Геннадий Алексеев, поищите и почитайте =)

Спускаясь в метро всегда готовишься к худшему, к хмурым, недовольным лицам, к духоте. К "потокам", к "держитесь правой стороны". В ясный день станция "Проспект Большевиков" провожает меня ярким солнечным светом. Пролетает не задерживаясь мысль о спуске в темноту. Щелчок пальцами, два трека, площадь Александра Невского. Неожиданно приятные люди едут в сторону Рыбацкого, думаю я могу видеть их мысли. Рыбацкое - другой город, возможно другой страны, здесь нет серого цвета и рыбаков. Панорамное зрение замечает мельчайшие детали, и, кажется, я могу управлять тем человеком в наушниках. Но хватит, путешествие должно продолжаться. Оборачиваюь, дома исчезают. Мир скорости и электромагнитных полей, автоматики и музыки. Музыка здесь растворена как газ и заполняет весь доступный ей объем, бесконечный объем вселенной. Она подкрашивает самые незаметные ее уголки, про которые я и не знал, возможно я первый кто их увидел. Понятно устройство, понятны процессы, цели и причины. Я знаю как работает этот город. Я говорю с друзьями, они тут, стоит только потянуться. Это место называют «Чернышевская», откуда я это знаю совершенно не важно. Я жду когда она появится, мы договорились встретится тут, на берегу. Она еще не показалась из-за поворота, но я знаю, что она уже близко. Наши маршруты пересеклись дважды - это большая удача в мире где количество измерений выражается буквой N. Привет-пока, ей дальше, под мост и в море, у меня свое течение. Легко. 

 

Утро опьянения

О _мое_ Богатство! Мой мир Красоты! О чудовищные фанфары, от которых я не отпрянул! Волшебная дыба! Ура в честь небывалого дела и чудесного тела и в честь первого раза! Это началось под смех детворы, это и кончится так же. Яд останется в нашей крови даже тогда, когда умолкнут фанфары и снова мы будем во власти былых дисгармоний. А теперь, достойные всех этих пыток, лихорадочно соединим воедино сверхчеловеческое обещание, данное нашему телу и нашей душе, и это безумье! Изящество, знанье, насилье! Нам обещано было, что дерево зла и добра закопают во мрак и что изгнано будет тираническое благородство, чтобы мы за собой привели очень чистую нашу любовь. Это началось с отвращенья и кончилось беспорядочным бегством всех ароматов, потому что мы не могли ухватиться за вечность.

Смех детей, осторожность рабов, строгость девственниц, ужас лиц и предметов отсюда, - благословенны вы все за воспоминанье о ночи бессонной. Началось это с мерзости, кончилось ангелом льда и огня.

Опьяненное бдение свято, хотя бы за маску, которую нам даровало. Метод, мы утверждаем тебя! И не забудем, что ты вчера прославлял всех сверстников наших. Верим в яд. Жизнь умеем свою отдавать целиком, ежедневно.

Наступило время _Убийц_.

Артюр Рембо, 1873.