andrew_a_ (![[info]](http://p-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small} andrew_a_) wrote,@ 2008-01-15 22:36:00 |
|
Улицкая-Штайн-Руфайзен
Письмо школьному другу. Андрей-Лёня. Солт Лейк Сити. Январь 2008.
Привет Леонид!
По твоей рекомендации я прочитал произведение Улицкой. Не хотелось бы тебя огорчать,ты написал, что тебе роман понравился, но мне нет. Однако, всёравно спасибо. По-крайней мере, я узнал, кто такой Даниэль Руфайзен. Если тебе интересно почему мне не понравилась книга, продолжай читать. Если не интересно, я не обижусь.
Личность Даниила Штайна, в народе Даниэлья Освальда Руфайзена, безусловно очень интересная и уникальная. Но мне неизвестно, что в книге правда, а что «от Улицкой». Возможно, её мнение важно для её друзей родственников, издателей или других писателей, я-же ни к кому из них не принадлежу. Она даже не является для меня авторитетом в области религии. Во что она верит и как можно, наверное, догадаться по некотром рассуждениям на тему веры её книге. Но опять-же непонятно, где в этих рассуждениях от неё её, а где от кого-то другого.
Многие важные и интересные мне эпизоды из жизни Дэниэля в описании Улицкой оставляют много вопросов. Некоторые его поступки (в период и в качестве переводчика Гестапо) из-за недостатка информации выглядят для меня неубедительно в моральном плане и странно в логическом. Например, в кульминационный момент Даниэль вдруг говорит правду (что он предатель) на «прямой» вопрос своего начальника немца Адольфа Рейнгольда. И я должен поверить Улицкой, что либо это был первый «прямой» вопрос Даниэлю за год (?) службы на Рейнгольда (если Даниэль был в состоянии обманывать только в случае непрямых вопросов), либо именно в этот раз Даниэль решил вдруг рассказать правду. Почему? Движимый какими мотивами?
Мне когда-то очень понравилась книга Ивана Солоневича, где он рассказывает о своих годах в лагерях и своём побеге оттуда. Рассказывает Солоневич искренне и правдиво: ему необходимо, чтоб его услышали и поняли. И чтоб узнали, что твориться в Советской России, т.е правду. Солоневич упоминает и о вере, есть места и об обмане, о спасении невинных людей от неминуемой смерти, и о побеге и о погоне. Солоневич не верующий, и тем более не священник. Но мне, по крайней мере, всё понятно. Мне не нужно что-то додумывать от себя. Да, я понимаю, роман это одно, автобиография другое, а Улицкая бо-ольшой художник и не хотела никого задеть, документальную книгу писать не собиралась. А жаль. Может быт и стоило. Меньше искусства, но зато больше истины.
Может я ошибаюсь, но по-моему, в книге ясно просматривается мысль о том, что организованная религия это не совсем уж и хорошо. «Сверху», дескать, не всегда видно и понятно, что там на местах. Автор сделала Даниэля бунтовщиком и герем, симпатии на его стороне. Он творит добрые дела «по велению сердца» , «по Христу», а не по заученной доктрине и не «по бумажке» (даже не во всём согласен и с Библией). Он победитель в своих начинаниях и даже «убедитель» в своей правоте Папы Римского (если кто поверил). Один из православных критиков книги, который сам был закритикован, заметил, что если Даниэль был так уж не согласен с католической доктриной, то наверное честнее было бы порвать с католицизмом. Я тоже считаю, порвать честнее. Однако, Даниэль, всё-же, идёт (под аплодисменты Улицкой) «своим путём», не покидая своей конфессии. У каждого он свой, этот путь, но ирония в том, что христианство потому и отошло от Христа после смерти апостолов, что кто-то был не согласен, кто-то имел своё мнение, кто-то понимал и хотел как лучше. Апостолы пока были живы увещевали, направляли , нравоучали и возвращали обратно отступивших, сомневающихся и желающих чтоб было «как лучше». Зачем-же? Почему бы было и не назвать заповеди рекомендациями? Почему в ответ на «и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили?» было сказано : «Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие». (Матфей 7:22-23) А ведь «делающие беззаконие» больным помогали, добрые дела делали...
Да, идя о том, что Бог это Троица действительно неправильная. И действительно не имеет значения, на каком языке вести службу. И совершенно справедлива мысль о том, что Библия содержит искажения и имеет пропуски. Но в революционных вопросах-сомнениях Даниэля-Улицкой (или только Улицкой?) я им не сочувствующий. И служба, с моей точки зрения, должна вестись хоть и на любом языке, но строго по правилам, установленным Господом. Если ты считаешь, что порядок службы, утверждённый или одобренный твоей церковью не совсем от Господа, что глава твоей церкви не достаточно компетентен, что он может что-то упустить, недодумать, ошибиться по поводу порядка службы, церковного устройства или ошибается по поводу Троицы, то как ты можешь быть в такой церкви? Ведь каждый твой шаг, действие, слово в качестве её представителя это твоё личная поддержка и подтверждение как истинности церкви вцелом, так и и легитимности её руководителя, как единственного божьего избранника на этот пост.
Я Даниэлю не судья, Господь знает, что где у него было добро, а где нет. Да и мой личный христианский опыт и мирские заслуги не сравнимы с даниэливскими, даже в интерпритации Улицкой. Я могу лишь знать для себя, что правильно, а что нет, у меня есть церковь, которая даёт мне ответы на все вопросы, в том числе и те, на которые затрудняется ответить Улицкая. Есть и Господь, который эти ответы подтверждает, если у меня вдруг возникают сомнения. Я лишь делюсь своими мыслями, не больше.
И ещё вот что пришло мне в голову.
Интересная черта есть у русского народа. Это неприятие смирения чуть-ли не на подсознательном уровне. Русские могут радоваться угнетению, которое путают с порядком и отвергать свободу, которую не знают, потому как никогда не имели, но смирение это не рабство. И, кстати, не глупость. Смирение подразумевает подчинение или терпение не только при согласии с тем или кем, кому и чему человек подчиняется или терпит, но и иногда при его несогласии. Смиренный может иметь свои «против», но эти «против» не мешают смиренному подчиняться или терпеть. Смиренный обучаем, поэтому и мудр, поэтому и знает, что делать в случае несправедливости к нему, как поступить и что сказать и как сделать чтоб было справедливо. Русские-же «смиренны» только при своём полном согласии и при своей полной поддержке и одобрении, терпеливы лишь когда удобно или страшно. Они склонны к самобичеванию и самоунижению, что как известно, паче гордости. Но смирение это не столько признание того, что «я никто», сколько признание главенства Бога и его Закона. А отсюда и признание сильного более сильным, умного более умным, талантливого более талантливым. Но как у русских? Богаче– вор, умнее – просто «пролез» или повезло, талантливее – лишь для примитивных, сильнее – враньё, русские самые сильные! А русские, даже если и умные, и богатые, и талантливые, и слильные, ещё больше просто гордецы. У них проблема учиться не только у других, но даже у своих ошибок. По этому в России популярны либо бунтовщики либо лизоблюды - первые из-за того, что нравятся низам , вторые потому, что верхам. И вроде бы все христиане, но христиане лишь по цвету кожи. Основные христианские идеи, его суть и смысл на Руси не приживаются.
Вот Улицкая бросает вызов и католикам и православным. Даже Библии. Но кто такая Улицкая сама по себе? А когда она в купе с героем Руфайзеном, да ещё подправленным в нужном направлении, у её личных религиозных сомнений или вопросов появляется авторитет...Интрига! И слава.
И тоска...
Эх, вобщем эта книга, по-моему совершенно бесполезная (по времени на неё потраченному) и что печально - сугубо совковая. Вся история Хильды с Мусой, взгляд на религию, выводы, вопросы, спектр (стиль подбора) выдуманных героев и их ситуаций, «что делать, если сын гомосексуалист –выпить прежде всего», дешёво-киношное убийство Даниэля в завершении, и тд и тп - всё пустое и плоское. Эта книга создаёт иллюзию глубины темы, которой там, к сожалению нет. Есть сомнения в вере Улицкой и её протесты, с лихвой разделённые российским читателем. Всё самое важное и интересное это биография Даниэля Руфайзена без личных поправок и добавок. Но этого-то и нет. Опять-же, был бы это просто документальное произведение, или даже перевод с английского уже сделанной другим человеком работы (Улицкая упоминает американскую авторшу), я бы был Улицкой очень благодарен.
С любовью,
Андрей.
ps
Более гладко и более талантливо (только что обнаружил):
http://users.livejournal.com/_arlek
Письмо школьному другу. Андрей-Лёня. Солт Лейк Сити. Январь 2008.
Привет Леонид!
По твоей рекомендации я прочитал произведение Улицкой. Не хотелось бы тебя огорчать,ты написал, что тебе роман понравился, но мне нет. Однако, всёравно спасибо. По-крайней мере, я узнал, кто такой Даниэль Руфайзен. Если тебе интересно почему мне не понравилась книга, продолжай читать. Если не интересно, я не обижусь.
Личность Даниила Штайна, в народе Даниэлья Освальда Руфайзена, безусловно очень интересная и уникальная. Но мне неизвестно, что в книге правда, а что «от Улицкой». Возможно, её мнение важно для её друзей родственников, издателей или других писателей, я-же ни к кому из них не принадлежу. Она даже не является для меня авторитетом в области религии. Во что она верит и как можно, наверное, догадаться по некотром рассуждениям на тему веры её книге. Но опять-же непонятно, где в этих рассуждениях от неё её, а где от кого-то другого.
Многие важные и интересные мне эпизоды из жизни Дэниэля в описании Улицкой оставляют много вопросов. Некоторые его поступки (в период и в качестве переводчика Гестапо) из-за недостатка информации выглядят для меня неубедительно в моральном плане и странно в логическом. Например, в кульминационный момент Даниэль вдруг говорит правду (что он предатель) на «прямой» вопрос своего начальника немца Адольфа Рейнгольда. И я должен поверить Улицкой, что либо это был первый «прямой» вопрос Даниэлю за год (?) службы на Рейнгольда (если Даниэль был в состоянии обманывать только в случае непрямых вопросов), либо именно в этот раз Даниэль решил вдруг рассказать правду. Почему? Движимый какими мотивами?
Мне когда-то очень понравилась книга Ивана Солоневича, где он рассказывает о своих годах в лагерях и своём побеге оттуда. Рассказывает Солоневич искренне и правдиво: ему необходимо, чтоб его услышали и поняли. И чтоб узнали, что твориться в Советской России, т.е правду. Солоневич упоминает и о вере, есть места и об обмане, о спасении невинных людей от неминуемой смерти, и о побеге и о погоне. Солоневич не верующий, и тем более не священник. Но мне, по крайней мере, всё понятно. Мне не нужно что-то додумывать от себя. Да, я понимаю, роман это одно, автобиография другое, а Улицкая бо-ольшой художник и не хотела никого задеть, документальную книгу писать не собиралась. А жаль. Может быт и стоило. Меньше искусства, но зато больше истины.
Может я ошибаюсь, но по-моему, в книге ясно просматривается мысль о том, что организованная религия это не совсем уж и хорошо. «Сверху», дескать, не всегда видно и понятно, что там на местах. Автор сделала Даниэля бунтовщиком и герем, симпатии на его стороне. Он творит добрые дела «по велению сердца» , «по Христу», а не по заученной доктрине и не «по бумажке» (даже не во всём согласен и с Библией). Он победитель в своих начинаниях и даже «убедитель» в своей правоте Папы Римского (если кто поверил). Один из православных критиков книги, который сам был закритикован, заметил, что если Даниэль был так уж не согласен с католической доктриной, то наверное честнее было бы порвать с католицизмом. Я тоже считаю, порвать честнее. Однако, Даниэль, всё-же, идёт (под аплодисменты Улицкой) «своим путём», не покидая своей конфессии. У каждого он свой, этот путь, но ирония в том, что христианство потому и отошло от Христа после смерти апостолов, что кто-то был не согласен, кто-то имел своё мнение, кто-то понимал и хотел как лучше. Апостолы пока были живы увещевали, направляли , нравоучали и возвращали обратно отступивших, сомневающихся и желающих чтоб было «как лучше». Зачем-же? Почему бы было и не назвать заповеди рекомендациями? Почему в ответ на «и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили?» было сказано : «Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие». (Матфей 7:22-23) А ведь «делающие беззаконие» больным помогали, добрые дела делали...
Да, идя о том, что Бог это Троица действительно неправильная. И действительно не имеет значения, на каком языке вести службу. И совершенно справедлива мысль о том, что Библия содержит искажения и имеет пропуски. Но в революционных вопросах-сомнениях Даниэля-Улицкой (или только Улицкой?) я им не сочувствующий. И служба, с моей точки зрения, должна вестись хоть и на любом языке, но строго по правилам, установленным Господом. Если ты считаешь, что порядок службы, утверждённый или одобренный твоей церковью не совсем от Господа, что глава твоей церкви не достаточно компетентен, что он может что-то упустить, недодумать, ошибиться по поводу порядка службы, церковного устройства или ошибается по поводу Троицы, то как ты можешь быть в такой церкви? Ведь каждый твой шаг, действие, слово в качестве её представителя это твоё личная поддержка и подтверждение как истинности церкви вцелом, так и и легитимности её руководителя, как единственного божьего избранника на этот пост.
Я Даниэлю не судья, Господь знает, что где у него было добро, а где нет. Да и мой личный христианский опыт и мирские заслуги не сравнимы с даниэливскими, даже в интерпритации Улицкой. Я могу лишь знать для себя, что правильно, а что нет, у меня есть церковь, которая даёт мне ответы на все вопросы, в том числе и те, на которые затрудняется ответить Улицкая. Есть и Господь, который эти ответы подтверждает, если у меня вдруг возникают сомнения. Я лишь делюсь своими мыслями, не больше.
И ещё вот что пришло мне в голову.
Интересная черта есть у русского народа. Это неприятие смирения чуть-ли не на подсознательном уровне. Русские могут радоваться угнетению, которое путают с порядком и отвергать свободу, которую не знают, потому как никогда не имели, но смирение это не рабство. И, кстати, не глупость. Смирение подразумевает подчинение или терпение не только при согласии с тем или кем, кому и чему человек подчиняется или терпит, но и иногда при его несогласии. Смиренный может иметь свои «против», но эти «против» не мешают смиренному подчиняться или терпеть. Смиренный обучаем, поэтому и мудр, поэтому и знает, что делать в случае несправедливости к нему, как поступить и что сказать и как сделать чтоб было справедливо. Русские-же «смиренны» только при своём полном согласии и при своей полной поддержке и одобрении, терпеливы лишь когда удобно или страшно. Они склонны к самобичеванию и самоунижению, что как известно, паче гордости. Но смирение это не столько признание того, что «я никто», сколько признание главенства Бога и его Закона. А отсюда и признание сильного более сильным, умного более умным, талантливого более талантливым. Но как у русских? Богаче– вор, умнее – просто «пролез» или повезло, талантливее – лишь для примитивных, сильнее – враньё, русские самые сильные! А русские, даже если и умные, и богатые, и талантливые, и слильные, ещё больше просто гордецы. У них проблема учиться не только у других, но даже у своих ошибок. По этому в России популярны либо бунтовщики либо лизоблюды - первые из-за того, что нравятся низам , вторые потому, что верхам. И вроде бы все христиане, но христиане лишь по цвету кожи. Основные христианские идеи, его суть и смысл на Руси не приживаются.
Вот Улицкая бросает вызов и католикам и православным. Даже Библии. Но кто такая Улицкая сама по себе? А когда она в купе с героем Руфайзеном, да ещё подправленным в нужном направлении, у её личных религиозных сомнений или вопросов появляется авторитет...Интрига! И слава.
И тоска...
Эх, вобщем эта книга, по-моему совершенно бесполезная (по времени на неё потраченному) и что печально - сугубо совковая. Вся история Хильды с Мусой, взгляд на религию, выводы, вопросы, спектр (стиль подбора) выдуманных героев и их ситуаций, «что делать, если сын гомосексуалист –выпить прежде всего», дешёво-киношное убийство Даниэля в завершении, и тд и тп - всё пустое и плоское. Эта книга создаёт иллюзию глубины темы, которой там, к сожалению нет. Есть сомнения в вере Улицкой и её протесты, с лихвой разделённые российским читателем. Всё самое важное и интересное это биография Даниэля Руфайзена без личных поправок и добавок. Но этого-то и нет. Опять-же, был бы это просто документальное произведение, или даже перевод с английского уже сделанной другим человеком работы (Улицкая упоминает американскую авторшу), я бы был Улицкой очень благодарен.
С любовью,
Андрей.
ps
Более гладко и более талантливо (только что обнаружил):
http://users.livejournal.com/_arlek
