или о том, как страны перестают быть неизведанными участками карты мира... и про ДрузейВсё началось в конце декабря, когда нам сообщили, что после сдачи январских экзаменов у нас будет целых полтора месяца – немыслимо щедрый срок – для того, чтобы вырваться за пределы успевшего стать слишком привычным мира ежедневных занятий и неизименных лиц. Это известие вскружило наши головы предвкушением планов, дорог, Путешествий и встреч и не оставило никакой возможности для того, чтобы сконцентрироваться на учёбе и подготовке к экзаменам – вместо книжек руки и мысли тянулись к карте Китая, а потом, осмелев – гулять так гулять – и к карте мира.

Точнее, нет – всё началось намного раньше, тогда, когда совершенно разные люди, движимые совершенно разными мотивами, вдруг решили, что хотят посвятить несколько лет своей жизни изучению премудростей загадочного китайского языка. «Во всём виноват увиденный мной ещё в школе фильм *Семь лет в Тибете*», иногда полушутя говорил наш одногруппник и хороший друг Юра. И вот вместо того, чтобы готовиться к экзаменам, мы смотрим нашедшийся у нашего чилийского амиго *Семь лет в Тибете* на испанском и думаем о случайностях, совпадениях, выборе и прочих штуках, которые в их совокупности люди привыкли называть судьбой.
И всего через несколько дней мы снова думаем о том же, но уже втроём, и *в память о родине* жарим драники, вкус которых приводит в ностальгический экстаз нашего бывшего одногруппника Юру, с которым мы не виделись больше, чем полтора года. Действие происходит на кухне дома в центре Ханоя, города, в который та самая мадемуазель Судьба на шесть лет забросила вышеупомянутого Юру, когда-то решившего выучить китайский язык, постигать азы уже другой грамоты - вьетнамской.
( впрочем, обо всём по порядку... )