АЛЕН БОСКЕ
Из книги "Тревоги Господа Бога"
Жану Грожану
Бог - это препятствие,
которое я воздвигаю между самим собою и мной,
чтобы мне не надо было себя понимать.
А.Б.
"Мне очень грустно, - говорит Бог, -
оттого что я взрослым родился.
У меня так и не было детства,
и мне никто не позволил открыть
уже созданный мир.
Я не нашел никого,
кому я мог бы сказать: "Добрый день, мой отец"
или: "Как, маменька, ваше здоровье?"
Во мне очень мало детского простодушия.
Лава, кремень, мошкара,
зефир, человек, пион -
каждый требовал, чтобы с первой минуты
был я ответственным и активным.
Мне очень грустно:
у меня никакого прошлого нет".
***
"Я не могу, - говорит Бог, -
вести свой интимный дневник -
слов для этого не существует.
Я к вам не могу обратиться
ни по-русски, ни, скажем, по-датски, ни на латыни -
я должен все же блюсти хоть какую-то тайну.
Не могу я, на себя напустивши испуганный вид,
с наступлением сумерек прятаться
в глазу антилопы
или в траве луговой -
это было бы слишком наивно.
Глагол "быть" не очень ко мне применим.
Надеюсь, вы знаете, как нежно к вам отношусь,
да только нельзя мне
вам это показывать.
Такова уж планида моя".
***
"Мне надоели все эти поэты, - говорит Бог, -
которые навешивают свои трескучие рифмы
на самую прекрасную из моих роз
и норовят за моим лучезарным солнцем,
сверкающим на небе в полной своей красе,
увидеть черное солнце,
ядовитое, как проказа.
Мне надоели все лжефилософы эти,
что шарят под лазурным моим небосводом,
как блудодеи под юбками продажных женщин.
Мне надоели шуты,
которые меня обволакивают
мишурой слов
в нелепой надежде изречь мою истину.
Замолчите! Довольно!"