Еженедельник

49 И ПОСЛЕДНЕЕ

Вот так всегда: в начале года сначала устно, а потом письменно объяснял старшему сыну, почему не хожу и не собираюсь ходить на всякие митинги-демонстрации – отбиваясь от его нападок объяснял – а в конце пошел с младшим поучаствовать в антифашистском шествии. Нет, и это можно объяснить. Во-первых, все-таки почти год прошел, за который фашисты всячески достали, в том числе своим недавним шествием. Во-вторых, демократы-либералы продемонстрировали хоть какую волю к объединению – а благие порывы достойны поддержки. В-третьих, младший сын как раз получил паспорт, значит самое время начать воспитывать в нем гражданские чувства, тем более старший, который и без меня их бы воспитал, в отъезде. В- четвертых, Яблоко с СПС хоть и объединились, на выборах в Мосгордуму вместе набрали меньше голосов, чем, бывало, по отдельности набирали и куда меньше коммунистов – не говоря уже о «партии власти». Что толку кивать на антилиберальную (включая антизападную) пропаганду, уже который год в разных формах ведущуюся по всеми основным телеканалами. И что толку махать кулаками после драки, вспоминая как вела предвыборную агитацию и всю кампанию Единая Россия: что ее за это по делу, в том числе по закону, надо было снимать с выборов вместе с Родиной – даром, что на поверхности был один итог наглого административного давления и произвола на всех уровнях, а все концы в воде – ну да кто ж сам себя снимет... Да на многое еще можно без толку кивать-махать – не суть. В данном случае речь не о том, а о результате: город тот самый, что Черниченко в начале 90-х назвал «городом приличных людей» – а люди совсем другие. По разным причинам и параметрам другие, но во всяком случае те, кто «за свободу» и «права человека», опять – как при Советской власти – в маргинальном меньшинстве: круг замкнулся. А маргинальность – моя стихия: вот и решил окунуться, тряхнув стариной. Это, напоминаю, в-четвертых.

( Read more... )

2 ВЕЗЕТ ХОХЛАМ!

На Украине все еще в конце прошлого года случилось – по существу. Тем не менее случившееся нынче официальное объявление результатов выборов президента – достаточный повод, чтобы «оглянуться». Если начистоту, никогда не питал теплых чувств к хохлам – за их почти повальный антисемитизм. Да и без него они на мой вкус как-то не очень (были): бывают народы и посимпатичней, чего уж там. Хотя, с другой стороны, явно симпатичных народов кот наплакал, а тех, которые «не очень», скажем так, кит накакал: известное дело, к людям куда легче испытывать симпатию, чем к народам (особенно хорошо это различие проявлено в отношении к другим /людям, народам/. Впрочем, в моем случае оно достаточно выражено и в отношении к своим /народам/: евреям как собратьям по этносу и русским как собратьям по культуре). Люди нравятся легче, потому как бывают хорошие и плохие – неважно какой национальности принадлежат, и опять же «не очень» – неважно с каким знаком определение следует далее, так что выбор есть и для тех, кого тянет к хорошему, и для тех, кого в противоположную сторону, и для тех, кого то туда больше, то сюда. А народ, как есть понятие собирательное, собирает вместе индивидуальное плохое, хорошее и уже пресловутое – так быстро ставшее им – «не очень» людей, слагающих его, а в результате («на круг») хорошего и дурного получается примерно поровну – так уж устроен мир: они как бы взаимопоглощаются, взаимообнуляются. В общем, в приложении к народу «в целом» становятся не в счет, а в счет идет одно сплошное не очень. Ну да не о том речь.

Да, так вот никогда не питал, а тут испытал теплые чувства к украинскому народу. ( Read more... )

1 Серый люблю тебя майка

Новый год, Новый год, с Новым годом, с новым счастьем, как поется. Или снова здорово, как говорится. А для меня не снова – в смысле здорово: в прошлый Новый год под самый под него заболел и встречал его, лежа в постели. И глядя в телевизор. И понравилось, знаете ли: дискомфорт создавали только болезненные ощущения и то, что показывали по телевизору, а все остальное нормально. Так что в этом году решил встретить его в том же духе. Только не лежа, а сидя перед голубым экраном: на этот раз болел перед Новым годом, а к нему как раз оклемался. Нет, будь год назад здоров, непременно бы куда-нибудь пошел. И в этом году пошел бы, не сядь весной на диету доктора Волкова, на которой только и остается, что по-волчьи клацать зубами, глядя, как все вокруг едят всякие вкусности и вообще чего вздумается, заразы. А другие врачи настрого запретили пить: и куда и зачем в таком разе ходить встречать Новый год, скажите на милость?

( Read more... )

48 Сравнительный анализ

На ТВ осталось три токшоу для зрителя с хоть какими интеллектуальными и культурными запросами: «Апокриф» Виктора Ерофеева, «Тем временем» Александра Архангельского и «Школа злословия» Татьяны Толстой и Авдотьи Смирновой. Первому я уделил достаточно внимания в других текстах и к уже сказанному добавить нечего. Тем более так получилось, что в понедельник посмотрел очередные «Тем временем» и «Школу злословия» в почти параллельном режиме – вот их и сравним.

( Read more... )

4 Швыдкой такой

Как-то, дело было году в восемьдесят восьмом – над страной как раз повеяло свободой – журнал «Театр» решил опубликовать на своей цветной вкладке подборку репродукций моих картин. Если я стану объяснять, что эта затея возникла в развитие идеи опубликовать подборку произведений Тимура Кибирова, среди которых было послание мне, это только собьет читателя с толку: с какой, де, стати, надо было помещать в журнал «Театр» стихи и картинки, не имеющие ни малейшего отношения к театру, а имеющие отношение лишь друг к другу? А подробно отвечать на этот вопрос и после – на вытекающие из ответов на него – значило бы уйти далеко и надолго в сторону от темы. Посему вместо этого предлагаю объяснение «в общем виде»: в те поры большинство периодических изданий стремилось по-всякому блеснуть свободомыслием, а тогдашняя поэзия Тимура Юрьевича и моя живопись были для этого в самый раз.

Затеяли проект молодые сотрудники редакции, но, отдавая им должное и выражая признательность, на них тоже не стану отвлекаться: еще одна «отдельная история». Даже не одна. В любом случае я был ужасно рад и страшно взволнован: речь шла о первой публикации репродукций картин художника на его родине, о чем он раньше и мечтать не мог. ( Read more... )

3 Кому мешали очки?

Кому мешали очки, скажите на милость? Нет, правда, мне интересно: ну кому они на хрен мешали? Может, милиционерам? Я у одного из них спрашиваю: «Вы не подскажете, где тут стенд с очками? Вроде, где-то тут был, а сейчас я его что-то не вижу». А он мне отвечает – гордо так: «А нету его больше!» А на мой следующий вопрос про то, только ли здесь его нет – в смысле конкретно на Комсомольской – или «вообще»(?), он еще более гордо и победительно сообщил, что вообще нигде: запретили, мол, наконец, торговать очками в метро. Изгнали, другими словами, торговцев очками из наших подземных храмов-дворцов.

( Read more... )

47 Еще раз про интеллигенцию

Вчера поставили новый компьютер с новым редактором (старому почти десять лет было) – и никак не могу начать писать на нем. Хотел высказаться про интеллигенцию и совершенно не собирался ни ее ругать, ни вообще ругаться, но видно не судьба: не могу выставить нужный кегль, черт бы его подрал – чтобы при этом был нежирный. Либо слишком мелкий и тонкий выходит, зараза, либо такой жирный, будто уже напечатано – и сразу на плакате, а я же только пишу и вовсе не собираюсь печатать. Не говоря уже о печати плакатов. В общем, никак не могу сосредоточиться на теме. Вместо этого перебирал, перебирал шрифты и остановился на Georgia одиннадцатого размера. Попробую к нему привыкнуть. Может, если про грузинскую интеллигенцию написать, дело скорей пойдет?

Нет, грузинский шрифт что-то не то. Правда, теперь редактор показывает, что это никакой не грузинский, а романский шрифт: Times New Roman – не то новый романский газеты «Таймс», не то «новые римские времена», но тогда порядок слов неправильный и вообще какой-то бред выходит – ну неважно. Важно, что что-то неуловимо изменилось и как-то полегче стало, так что можно приступить к теме. Так вот – хоть сам неинтеллигентный человек, не хочу сказать ничего плохого про сегодняшнюю интеллигенцию. Хотя бы потому, что не понимаю, что это такое, а говорить плохо о чем-то на том основании, что этого чего-то не понимаешь, банально.

( Read more... )

6 Светлые стороны

Что-то я все о грустном. Все бурчу и бурчу, обличаю и обличаю… Есть ведь и светлые стороны. Причем не только те, что всегда были – вечные, иначе говоря: любовь там, хорошие анекдоты, весеннее солнышко, а и те, что «веяния времени», и я, как некогда поэт-критик строительства Николаевской железной дороги, рад их показать. К примеру, такую светлую сторону новых времен, как изобилие полиэтиленовых пакетов. Они, правда, еще при Ельцине стали обиходным явлением, так что, выражаясь языком новейших времен: «наследие мрачных девяностых», но, слава тебе, господи, из того наследия, что нынче не дезавуировано. Даже, может, еще лучше с этим стало: что где ни купишь, то сразу тебе в пакетик кладут, часто с ручками, а если много купишь, то и большой пакет дадут. Даже фирменный. Иногда даже хороший: крепкий такой и с удобными ручками, который потом можно много раз использовать – пока другой хороший не дадут. Ну, или продадут: на каждом шагу продают и копейки (рубли по-нынешнему) стоит.

Не подумайте, я не вроде того психа, с которым менялся (в первой половине 80х), над которым смеялся и приглашал посмеяться читателя, в том числе над тем, как он учил жизни своего брата – психа позабористей его самого – мол, надо такие вещи покупать, которые тебе потом всю жизнь будут служить: полиэтиленовые пакеты, лампочки… Про лампочки, кстати, сегодня уже почти не смешно. ( Read more... )

5 Это мурло

Звонит мне как-то утром мой приятель художник. В нашем приятельстве превалирует такая форма общения, что он позванивает мне и мы обсуждаем темы, предлагаемые им к обсуждению. То есть, как правило, я иду у него на поводу. Иду потому, что самому инициировать обсуждение чего-либо с кем-либо тянет все меньше – за все более редким исключением людей и тем – тем более, когда, как в этом году, можно сесть к компьютеру и обсудить все интересующие вопросы с самим собой, заодно так «поделившись» с воображаемым читателем. А еще потому иду на поводу, что приятель существенно старше меня, да к тому большой художник (абстракционист) – и я, почитая его звонки за честь, так оказываю ему почтение. И еще потому, что он человек думающий, активно все переживающий – буквально все подряд: иной раз даже одно и то же по несколько раз переживающий – и все с практически детской непосредственностью и силой (дело не в возрасте и никаких прочих «намеков» тут нет, просто большому художнику так и надо – всю жизнь быть большим ребенком); за всем следящий он человек и во всем, чем можно, активно участвующий – в смысле художественной жизни. Так что из нашего общения я могу многое почерпнуть, именно будучи ведомым – что нипочем бы не почерпнул иначе; и много в курс чего войти получается в его процессе – во что иначе ни за что бы не вошел.

Блок тем обсуждения в целом можно назвать «Искусство и жизнь», хоть взаимосвязь этих тем не обязательна: часто искусство (в основном, изобразительное) обсуждается отдельно, а жизнь отдельно. Вот и в последний раз, когда мы обсуждали жизнь отдельно от искусства, старший товарищ спросил, слыхал ли я, что этот депутат Госдумы – ну, который мурло такое фашистское: как, бишь, его – где-то под Киевом катался на снегоходе, попал в полынью и вместе со снегоходом ушел под лед – до сих пор не могут найти. ( Read more... )

46 Чтобы человек был хороший

Очередной контакт в районе Елоховки. Догоняет меня как-то дяденька – я как раз перешел дорогу по той зебре, что напротив паперти, и иду по скверику вниз к своей Новорязанской – и говорит: «Вы не из армян будете?» Такой недобомжевого типа оживленный мужичок с небритым, но неожиданно сильно выступающим подбородком – единственная, можно сказать, особая примета. Я ему:
– Неа.
– Православный, значит?
– Неа. Еврей.
– Нет, не может такого быть! Вот он – еврей (мы в это время проходим мимо памятника Бауману)!
– Нет, он немец, насколько я понимаю.
– Это вы, может, немец, а он точно еврей.
Я больше не возражаю. Вместо этого примирительно делюсь банальным соображением: «Главное, чтобы человек был хороший» Он соглашается, но для верности сообщает, что православный – хоть и татарин. И Москву хорошо знает – хоть и не москвич: не раз бывал – и еще какими-то сведениями снабжает в том же роде. Я иду, молча слушаю и жду, когда его сообщение о себе дойдет до сути дела и кульминации обращения. Ждать пришлось недолго – даже еще скверик не прошли до конца: на хлебушек, говорит, нет – так получилось.

( Read more... )

8 История о том, как лебедь с раком делят шкуру неубитого медведя

Вчера в теленовостях был довольно обширный материал про заседание «Комитета 2008» – как Союз правых сил с Яблоком объединиться пытаются, чтобы к следующим выборам подойти единым сплоченным образованием типа партии. Я симпатизирую этим усилиям: давно пора, что называется – давным-давно. И лица на экране мелькали все больше симпатичные: почти от всех не тошнило. Даже Явлинский, от которого тошнит, почтил заседание под его конец своим присутствием – против обыкновения, когда интересы его партии представлял его зам. Жалко только, что опять ни о чем не договорились. И, увы, опаска, что так и не договорятся, все сильней, потому как основной камень преткновения – на какой базе строить новую партию. СПС любезно предлагает для этого свои оргструктуры, а Яблоко, еще любезней, свои. А ведь, если чудом договорятся по этому вопросу, дальше на повестку дня встанет еще более болезненное и чреватое взаимонепониманием обсуждение кандидатур новых лидеров объединенных сил – ы-их: что-то тогда будет! Независимые члены комитета Каспаров и Рыжков (насколько я понимаю, как раз вероятные кандидатуры новых лидеров) предлагают создавать партию «на чистом месте»: мол, негоже молодое вино вливать в старые мехи, но они в меньшинстве.

( Read more... )

7 Вопросы и ответы: размышления сыну в назидание.

Почему на митинги не хожу? А тошнит поддерживать всякое г – вот и не хожу. Я ходил: и на митинги, и к Белому дому в августе 91го, и к Моссовету в октябре 93го… В первых рядах, можно сказать, ходил – когда на место чувства стыда, по меньшей мере неловкости, что я гражданин этой страны, нежданно-негаданно пришло чувство гордости и ответственности; когда возникло ощущение, что у нее ЕСТЬ ПЕРСПЕКТИВЫ (в смысле начать жить по-человечески) и что от меня что-то зависит в смысле возможности повлиять на выбор ею именно этих перспектив. И на выборы ходил – когда было кого выбирать. И других страстно призывал ходить и голосовать – в том числе в своих статьях (когда было кому их печатать). И опять готов туда-сюда ходить – даже ползать – если хоть слабым эхом вернется ощущение, что в этом есть хоть какой смысл.

( Read more... )

45 Пока есть выбор

Не хотел писать о предстоящих московских выборах. Да и ходить, в общем-то, не хотел – достали все. все то есть достали. Но вот в начале месяца младший сын Яша сделал замечание: ты, почему, говорит, на выборы не ходил? Оказывается, он перепутал начало ноября с началом декабря. Таким образом вопрос о прошлом, оказавшись вопросом о будущем, «был поставлен». А старший Илюша вообще уши отцу оборвет (даром что из Лондона), если тот не пойдет – настолько политически ангажирован. Так что ради одного того, чтобы остаться с ушами, наверное, пришлось бы пойти – пусть лишь для того, чтобы в результате остаться с носом. Тем более я в девяностые – когда был востребован как публицист – помнится, сам ужасно ратовал за чтоб все ходили на выборы, а уклоняющихся обзывал «идиотами» – в соответствии с буквальным переводом этого слова с древнегреческого.

Правда, с тех пор многое изменилось. ( Read more... )

10 Как было, только еще лучше

Узнал – опять благодаря телевидению – что подходит к концу реконструкция – как они ее называют – Манежа. Или стройка – как следует ее называть, называя вещи своими именами. Идет, значит, она ударными темпами и объект будет сдан в срок, а именно в апреле: на этот счет есть четкие указания – не обсуждаемые, судя по тому, что корреспондент не озадачился и не озадачил зрителя очевидным, казалось бы, вопросом: а почему, собственно, в апреле? Ну, или просто формат новостной программы не позволил поднять этот вопрос.

Во всяком случае не только мотивы и подоплека, но и источники этих указаний не приводятся. Тем не менее рискну сделать предположение, что с вероятностью 99,999 – девять в периоде, в общем – процентов указания исходят лично от «вождя», как зовут меж собой мэра Москвы его соратники… Даже не стану приводить разнообразные убедительные резоны в поддержку своей гипотезы: кто бы сомневался, ЧЬИ решения и указания в г. Москве для всех нижестоящих – не обсуждаемые приказы к исполнению. Но лично я под мэром не хожу (не стою), ничем ему не обязан и даже никогда за него не голосовал. Не сказать, что нас ничего не связывает, но мне он точно не голова – не то, что моему несчастному городу. Уж куда скорей чирей он мне в заднице – вот вроде того и воспринимается вся его активность, инициативность, шире – деятельность, еще шире – наличие. Потому вопросы типа «что он делает и почто?» не только всегда уместны, но часто свербят.

( Read more... )

9 О белой магии замолвите слово

Ну, наконец-то возникла хорошая – правильная законодательная инициатива: запретить всякие привороты, гадания, насылание порчи и т.п. «Из лучших побуждений», что называется, идея выросла – нет вопросов и сомнений. А то, понимаешь, что только люди с собой и, главное, ближними своими не делают, наслушавшись гаданий на кофейной гуще, помутившись разумом и возбудившись низменными порывами черт знает по чьему зову – под воздействием, в общем, паров всякой впаренной им чернухи. Чем, скажите на милость, плохо сказать дружное «нет» темным силам, тем самым сказав «да» светлым? Вот Мосгордума и взялась воплотить в жизнь сию чистую и благородную затею: депутаты очень хотят принять закон о запрете на оккультную практику, включая медицину – по телевизору сказали. Побоку, мол, всяких пифий фиговых и магов хреновых, врачевателей не от Гиппократа и Бога, а, скажем, от лешего – к лешему их! Впрочем, с лешим не все так просто и ясно, потому как народную медицину и практикующих ее целителей новый закон не собирается изгонять из жизни и загонять в кутузку: это наше родное, говорят, исконное, домотканое и полезное. Вот оккультное все такое – совсем наоборот: не наше и побоку.

( Read more... )

44 Проблемы ассимиляции котов

Вчера посмотрел по культуре «Тем временем» Архангельского. Обычно, попав на его передачу, я вскоре переключаю канал. Раздражает стиль – сквозной – в подборе участников дискуссии, когда один вменяемый условно либерал оказывается против остальных по-разному невменяемых сильно идейных разного рода «охранителей», которые более-менее дружно гнут свою линию, а на либерала накидываются, норовя согнуть его в бараний рог. Плюс наводит тоску превалирующий в выборе тем обсуждения собственно охранительный вектор – как «генеральная линия» всех актуальных спасительных культурных стратегий. Словом, под видом дискуссионности все больше тенденциозность – притом не близкого мне пошиба.

Но тут и тема обсуждения, хоть как всегда охранительная, была поинтересней: типа что делать перед лицом прогнозируемого в текущем веке одновременно резкого сокращения коренного населения страны – в особенности русского – и напора мигрантов иных культур, религий и этносов? И подбор участников повеселей. К примеру Мария Розанова и Александр Дугин, пусть примерно равно уперты, уперты в диаметральные во многом позиции и, соответственно, тянули воз дискуссии в противоположные стороны. Поэтому единственный симпатичный дежурный вменяемый, который был к тому же экспертом по вопросам миграции (фамилию, виноват, запамятовал), оказался вроде как центровой фигурой. Даже в некотором роде ключевой: типа арбитром.

Ну да не о том речь – главное, посмотрел я все это, послушал и настолько впечатлился проблематикой, что ночью мне приснился сон про ассимиляцию котов: ( Read more... )

11 Толстый и тонкий – некоторым образом

Что-то давно рассказы не пишутся – давеча поймал себя на этой мысли: короткие такие жизненные зарисовки, что в конце восьмидесятых – начале девяностых один за другим самопроизвольно «выскакивали». Почему-то тогда буквально все, что имело место со мной и вокруг, просилось, да просто набивалось быть рассказанным – да не просто, а именно стать рассказом (так и тогда, между прочим, и случилось начать писать прозу, вообще писать). Ладно, что все бросалось в глаза и в уши: какая-то из всякой вокруг чепухи, пустяка, сориночки-былиночки мимолетной била потенция статуарности и катарсичности – возьми, мол, меня, фитюльку-козявку и сотвори из меня, какая я ни на есть, произведение по рецептуре, по какой ваял Микельанджело: отбей (отбрось, отшелуши, отслои, отмой) все лишнее от куска «природного» материала (от меня то есть), открыв взгляду сокрытое в нем – и готово.

Может, в том дело, что ( Read more... ) (095) 101-86-10

43 Соображения по поводу современного искусства на почве последних впечатлений от него

Нет, все-таки вывалю из головы – вдогонку предпоследнему тексту – что взбрело в нее в Нью-Йорке по поводу современного искусства. Во-первых, само не выбрело – что взбрело, значит надо заняться принудительным освобождением головы – чтобы в нее что-нибудь еще могло взбрести. Во-вторых, другой возможности – какой-нибудь оказии для высказывания «в контексте» – в обозримом будущем не предвидится, а в третьих, первоначальная затея данного проекта как раз в том ведь и состояла, чтобы писать как и о чем хочется – в свободе выбора в том числе сюжетов и тем, а читатели, которые стали появляться у меня с лета и которым эта тема, скорее всего, неинтересна, текст просто пропустят, а меня простят, надеюсь.

( Read more... )

13 Между шизофренией и паранойей

Ладно: раз все равно прицепился к «Апокрифу», вспомнил еще одну недавнюю передачу – предыдущую, которую нечаянно напальпировал на пульте – где обсуждалось «клиповое сознание». Тут я не собираюсь цепляться к передаче как таковой. Скорее, зацепила тема. Даже не тема. Тема как тема: я даже какое-то время с некоторым интересом слушал высказывания по ней специалистов… Просто показалось забавным и симптоматичным, что сюжет обсуждался изолированно от сознания «вообще», в частности, нынешнего – будто вырос на ровном месте – неважно как прыщик или как цветок. В свое время – еще в молодости – меня ровно обратным смутила практика патентования: что ничто принципиально новое, не связанное с уже существующим, по меньшей мере не обладающее артикулированным сходством с ним, не пантентуемо в принципе. Ключевая фраза патентной заявки: «Отличается от того-то тем-то и тем-то» и, бают, кое-какие важные открытия не были запатентованы ровно потому, что их не смогли подвязать по этой схеме ни к чему прежнему. Тогда мне эта манера показалась символичной и адекватной, как позже стали говорить, той жизни. А манера обсуждения «клипового сознания» теперь показалась символичной и адекватной нынешней.

( Read more... )

12 Еще раз про пошлость

Поговорим о пошлости. Тема, конечно, пошлая сиречь избитая, да и я уже, было дело, пару текстов ей посвятил. Давно, правда, дело было. Ну, неважно: с одной стороны, в здешней жизни не обойтись без того, чтобы время от времени к ней возвращаться – ключевая она и непреходящая этой жизни тема. С другой стороны, на днях посмотрел «Апокриф», посвященный пошлости, и опять завелся. Не «Апокриф», точнее, а его кусочек: случайно на напал на эту программу канала «Культура» и до конца не выдержал, тем более, конец известен: ведущий подытоживает любое обсуждение какой-нибудь пошлостью, а главным приглашенным дарят их пошлые фотопортреты. Ну, неважно. Просто подумалось – тема передачи подсказала ход мыслей – что сама эта передача давно уже реперезентирует главным образом именно пошлость: именно ее вместилищем стала и транслятором. Не она одна, конечно, занимается этим на телевидении – мягко выражаясь: почитай, все передачи наперегонки занимаются, но она проделала впечатляющую эволюцию от проекта, рассчитанного если не на интеллектуалов и культурную элиту, то на людей культурно и интеллектуально ангажированных – на контингент то есть, у которого вроде бы должна быть устойчивая (тем более, когда идеологически окрашенная) идиосинкразия к пошлости вообще и пошлостям в частности – до проекта, где этот самый контингент говорит практически одни эти самые.

( Read more... )

Advertisement

Advertisement