Что, вы думаете, занимает умы просвещенной публики? Уж верно, не президентские выборы. Самое актуальное нынче - это жанровая природа исторического романа, и, шире, перспективы развития русской словесности в свете нового перевода Джейн Остин.

Ценные мысли, чтобы не потерялись (формат, освященный именем ivanov_petrov):

sguez: Исторический роман, на мой взгляд, это как батальная живопись. Там герои появляются только чтобы быть красиво убитыми - рано или поздно. Когда в книге явно присутствует временная дистанция от нас, гарантированно большая, чем продолжительность жизни, то можно не сомневаться, что все участники непременно умерли, а раз так, с ними можно не церемониться - они с самого начала как бы зомби (об этом пишет барс, но возможно объясняет это по другому и радуется этому меньше, чем я). Даже жалко тратить на них авторские старания, обеспечивать их духовный рост, или деградацию; вглядываться в них - зачем? это уже ни что иное, как кости. Поэтому исторический роман всегда напоминает археологические раскопки. Поднять боевой дух на раскопках удается только так, как и делают археологи - веселиться за двоих. А с костями, хоть сотрудники экспедиции и носятся с ними, как с писанной торбой, но все равно не сажают с собой за стол, а держат в коробках.

bars_of_cage: историческое - это всегда какое-то недожитое - там люди сами не ходят, а перемещаются по-стариковски, по стеночке, глинобитной, или изразцовой, или бревенчатой в ласточкино гнездо и пр.пр. - а как только выздоравливают и встают, так сразу выходят на вольный простор, а т.н. историческое оказывается не нужно.

sguez: Имеем ли мы право тогда сказать, что исторический роман - это не жанр, а некий литературный недоносок, как, скажем, костюмная пьеса, дамский роман, производственный роман? и вообще любой артефакт, где литература играет служебную роль.

_niece: Исторический роман - жанр изначально ущербный, внутренними ограничениями своими обрекающий любого почти автора на вторичную развлекательность (Саламбо - хороший пример). Выход есть, если не рассматривать повествование как историческое, а рассматривать как рассказ нарратора о своей жизни (пример - Капитанская дочка). Тогда можно избежать всего этого мы, древние греки, etc.

sguez: В отголосках разговора в примеры хороших исторических романов приводились Война и Мир и Капитанская Дочка. Мне кажется, это вообще неверно. Толстой и Пушкин с нашей точки зрения сами скорее современники своих персонажей, чем наши: для нас они такие же исторические романы, как Мадам Бовари и Красное и Черное. Или Иудейская война, если на то пошло. А вот Саламбо еще пару тысяч лет останется историческим романом.

Короче, если хотите писать хорошие исторические романы, поступайте по-актерски: играйте себя в предлагаемых исторических обстоятельствах. Это кстати, поддерживается отказом от костюмов в многих постановках пьес, где историзма до и больше: все династические пьесы Шекспира, например. Какая разница, помещать авторов-исполнителей назад в чужую эпоху, или двигать ту эпоху вперед к нам?

tacente: Но с гаспаровской позиции "перевода для писателей", перевода как творческой лаборатории (http://www.philol.msu.ru/~forlit/Pages/Biblioteka_Gasparov_BrusovBukvalism.htm) я появление такой книги всячески приветствую. Пусть цветут сто цветов. Русское прозаическое самовыражение и в самом деле находится в некотором тупике, и я подозреваю, что выйти из него можно примерно такими путями. (Этот конкретный тоннель может вести не туда, но все равно надо рыть в разные стороны, а не сидеть сложа руки.)

http://bars-of-cage.livejournal.com/433217.html?thread=6486593#t6486593

http://sguez.livejournal.com/863488.html#cutid1

http://users.livejournal.com/_niece/95263.html?thread=1346079#t1346079

http://sciuro.livejournal.com/194209.html?thread=1857697 (распределяйте сами).