Arthénice (_niece) wrote,

Тринадцать сияющих истин (а истина не тускнеет от повторения)

Ведомости-пятница, большая итоговая статья к завершению сессии. Есличо, считайте ее моим политическим завещанием.

ВЕДОМОСТИ

Екатерина Шульман: 13 законов парламентаризма

Дети, не будьте такими, как Влас! Кто-то должен служить и отрицательным примером, показывая, «как не надо». Дабы труды Власа не пропали даром, перечислим 13 основных уроков законотворчества от завершающегося 2013 года.
Читать целиком
Екатерина Шульман: 13 законов парламентаризма



Думская сессия 2013 года, знаменующая 20-летие российского парламентаризма, должна была бы закончиться в пятницу, 20 декабря. Но в связи с обилием законопроектов, которые необходимо принять прямо сейчас, иначе все пропало, пришлось объявлять дополнительное заседание 23 декабря. На нем в третьем чтении будет принят пакет проектов, «защищающий пенсионные накопления граждан» (легализующий изъятие накопительной части пенсий в пользу прохудившегося бюджета), и поправки к закону «Об информации», разрешающие внесудебную блокировку сайтов по письму прокурора или его заместителей (новация известного рыцаря законности депутата Лугового).

Закроет сессию спикер Нарышкин традиционной речью, в которой скажет то, что все спикеры говорят в конце каждой сессии. Что по законопроектному валу мы перекрыли результаты предыдущих созывов, а время от вброса свежей чушки в парламентскую печь до снятия с конвейера готового изделия (совершенно не изменившегося) сократилось по сравнению с прошлым годом. Что растет доля инициатив, внесенных президентом и правительством, и это говорит о возросшем доверии и кооперации меж ветвями власти. Что все дискуссионные вопросы прорабатываются парламентариями в тесном контакте с исполнительной властью в ходе так называемого нулевого чтения. Что растет участие общественных организаций и внепарламентских партий в законотворческом процессе — их даже пускают посидеть на балконе в зале пленарных заседаний.

Тем временем на 20-м году работы Думы 43% россиян, по ноябрьскому опросу «Левада-центра», считают, что в ее существовании нет смысла — достаточно было бы указов президента. Чуть меньше — 39% — считают Думу необходимой. Примерно две трети опрошенных относятся отрицательно к работе депутатов за последние два года.

Позволим себе не согласиться с дорогими россиянами в одном пункте. Существование Государственной думы за два последних года — и предстоящая ее работа в течение ближайших двух лет — будет иметь большой исторический смысл. Она иллюстрирует с необычайной яркостью все те положения общей теории парламентаризма, которые иначе было бы трудно объяснить постороннему человеку. Дети, не будьте такими, как Влас! Кто-то должен служить и отрицательным примером, показывая, «как не надо». Дабы труды Власа не пропали даром, перечислим 13 основных уроков законотворчества от завершающегося 2013 года.

1. Представительская функция парламента состоит в том, что он представляет избирателя. Депутатами должны становиться не самые умные, самые честные и самые патриоты — во-первых, в этом нет необходимости, во-вторых, при таком подходе неизбежно возникает инстанция, определяющая степень соответствия, а в ней уже заседает известно кто. Каждый, кто сумел уболтать избирателя в соответствии с принятыми правилами ведения кампании, получает мандат. Присутствие в парламенте националистов, стрекулистов и лиц без высшего образования не является проблемой и национальным позором. Национальным позором является присутствие в парламенте людей, никого не представляющих.

2. Кто говорит о «компетентности» парламентариев, не понимает социально-политической природы закона, который по форме является правовым актом, а по содержанию — актом общественного согласия. Нельзя собрать десять — или сто — лучших юристов в стране и попросить их в закрытой комнате написать самые лучшие законы. Во-первых, ничего толкового они не напишут, а во-вторых, через некоторое время такой деятельности таинственным образом сперва перестанут быть лучшими, а потом и юристами.

3. Как война слишком серьезное дело, чтобы поручать его военным, так и правотворчество слишком серьезное дело, чтобы отдавать его правоведам. Не потому, что это какая-то особо порочная профессиональная корпорация, а потому, что юристы — слуги закона, но не отцы его.

4. Идея «законы-то у нас хорошие, только исполнять их некому» так же нелепа, как старая мысль «если б каждый на своем месте исполнял свои обязанности, наступил бы коммунизм». Законы у нас плохие, и дополнительное горе в том, что они исполняются. Любой закон — это властный ресурс для того, кто этот закон применяет и карает за его неисполнение. Это еще один аргумент для минимизации нормотворчества: прежде чем дарить государственному контролеру новое ружье, подумайте, в кого оно выстрелит?

5. Крайне редко претензии к парламенту выражаются за то, что он не принял, — гораздо чаще за то, что он принял. Потому помни первое правило законотворчества: что можно не регулировать — не регулируй! Как отличить первое от второго? Только через связь с избирателем — запрос на новый закон или изменение старого должен поступать от него, а не от начальства.

6. Плод деятельности парламента — не принятый закон, а поддерживаемый гражданский мир. Легальная публичная дискуссия является ценностью сама по себе, вне зависимости от ее результатов (или отсутствия таковых). Когда депутаты дерутся в зале пленарных заседаний — это не беда. Беда — когда депутаты поют хором, а убивают друг друга избиратели.

7. Избирательное законодательство должно препятствовать установлению в парламенте устойчивого большинства. Если вдруг какая-то одна партия завоюет сердца всех граждан, они за нее проголосуют — но склонять их к этому механическими средствами (заградительными барьерами, недопущением альтернативы) пагубно. Политическая конкуренция запускает сердце законотворческого процесса, монополия его останавливает. По тому же опросу «Левада-центра», больше половины респондентов считают, что для России было бы лучше, если бы ни одна партия не имела большинства в парламенте. Это прекрасный результат.

8. Бесправный депутат — мертвый депутат. Отслеживая путь деградации, пройденный парламентом за последние 10 лет, нельзя не заметить, что дело не в смене «хороших» депутатов на «плохих», а в сокращении поля их возможностей. Как ни соблазнительно думать, что стоит набрать правильных парламентариев, сразу все исправится, надо помнить: тот, кто лишен прав, неизбежно лишается и человеческого достоинства, и профессиональных навыков.

9. Если связь с избирателем не происходит посредством регулярных свободных выборов, она будет осуществляться в извращенной форме. «Новостное законотворчество» — утром в газете, вечером в проекте — это попытка депутата наладить какую-то связь с жизнью, от которой он отгорожен.

10. Ускоренное принятие чего бы то ни было должно быть запрещено. Закон — орудие стратегического действия, а не тактического реагирования. Достаточным инструментарием для ответа на вызовы текущего момента исполнительная власть обладает всегда. Включение режима «хватай мешки — вокзал отходит» говорит о том, что вас хотят обмануть, причем именно тот, кто нагнетает срочность на пустом месте.

11. Закрытое обсуждение — всякого рода нулевые чтения и консультации — будет происходить всегда: члены властвующей элиты, естественно, норовят сговориться друг с другом без посторонних глаз. Но институционализировать его губительно именно по этой причине. Ключевым моментом законотворческого процесса должно быть открытое обсуждение в профильном парламентском комитете и на пленарном заседании. Темнота — друг коррупционера, непубличность — мать узурпатора.

12. Гражданское общество, некоммерческие организации, экспертное сообщество участвуют в законотворчестве не посредством приставных структур типа Общественной палаты или подачи петиций через интернет. Их привлекают к участию сами депутаты, конкурирующие за внимание избирателя. Общественность — это не просители у парадного подъезда, которых надо вежливо принять. Это и есть тот многонациональный народ Российской Федерации, который является источником всякой власти, поскольку является ее избирателем.

13. Говорить, пользуясь результатами опросов вроде выше процитированного, что русский народ по натуре своей не восприимчив к ценностям парламентской демократии, так же справедливо, как упрекать избитого человека в том, что он равнодушен к своей внешности. Напротив, у нас чрезвычайно высок престиж публичного слова и публичного говорения — в англо-американской культуре можно прикинуться косноязычным Форрестом Гампом и при этом вызывать симпатию публики, в России же человека, который не умеет связать двух слов, презирают. Может, у нас культура компромисса и не развита, зато интерес к обсуждению общественных вопросов огромен, и обсуждение это идет везде, где только для него появляются минимальные условия.
Tags: public good, Ведомости, законопроекты
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 34 comments