я принес свое железо в холодную кузню, говорит отец сыну в моем любимом романе
когда я смотрю на эдну, эти слова стынут у меня под нёбом будто железная крица из раскопок дур-шаррукина
раньше я читал по роману в день, иногда даже по два, выбирая их по цвету обложки – темную для утра и светлую для вечера
мне просто нечего было делать, вот я и читал, примостившись на подоконнике
в конце концов я перестал отличать щипцы для сахара от кантовского устройства для снимания чулок
теперь у меня другое имя и есть работа
хотя прежняя была лучше, жаль, что они узнали про меня то, что я не хотел им рассказывать
я все больше напоминаю себе хладни-фигуру, созданную песком, стеклом и чужими вибрациями, мои звезды, круги и кривые не подчиняются формулам, они хороши собой и бесполезны, как платоновское знание без благодати, или нет – как махатмы, живущие вдали от мира