Про независимость Косово и про последствия этого шага
Статью о том, чем же на самом деле является независимость Косово для мировой политики и почему на этой проблеме свет сошелся клином, я писал в "Правде.Ру" еще в январе. Учитывая, что Косово объявляет независимость, самое время вспомнить о том, какие именно последствия повлечет за собой признание этой независимости со стороны западных стран.
(статью публикую с сокращениями, самую суть)

-----

Происходящие сейчас процессы следовало бы назвать бархатной мировой революцией.

Ассиметричный ответ России «тогда мы признаем Абхазию и Южную Осетию» - прием полемический. Реальные последствия независимости Косово будут куда значительнее. Фактически, будет создан прецедент применения пресловутого «права народов на самоопределение», позволяющий сильным мира сего буквально взрывать любое государство изнутри в соответствии со своими интересами. А это, в свою очередь, будет означать полное изменение политического баланса земного шара от международного права в сторону права сильного.

По сей день в юридической литературе право на самоопределение трактуется как конституционное, то есть присущее конституциям отдельных стран, а не международному законодательству. Так, «Большой юридический словарь» дает такое определение «Праву на самоопределение народов (наций)»: «Право… в рамках существующего многонационального государства подразумевается иногда (с рядом существенных ограничений) конституциями некоторых федеративных государств (напр., Конституцией РФ). Право народов на полное самоопределение (т. е. вплоть до выхода из состава существующего государства) с момента прекращения существования СССР не встречается ни в одной конституции мира».

В уставе ООН в свою очередь записан противоречивый принцип самоопределения и территориальной целостности, однако, благодаря многим дипломатическим оговоркам, он неприменим на практике. Сделано это неспроста: нетрудно себе представить «парад суверенитетов» в мировом масштабе. Две попытки законодательно закрепить право на самоопределение приводили к крушению государств – России в 1917 году и СССР в 1991.

Собственно, принцип самоопределения встречается в уставе ООН в декларативной части (например, говорится, что он служит «развитию дружественных отношений между нациями на основе уважения принципа равноправия и самоопределения народов»), но не упоминается в главе, посвященной действия организации и ее членов.

Случаи его упоминания в документах ООН содержат феноменальное число оговорок, к примеру, в «Декларации о предоставлении независимости колониальным странам» 1960 года бок о бок соседствуют утверждения: «Все народы имеют право на самоопределение» и «Все государства должны строго идобросовестно соблюдать … [принципы] невмешательства во внутренние дела …[и] территориальной целостности».

Таким образом, записанный в уставе ООН принцип – красивая, но не применимая формула. Попытка Ахтисаари сотоварищи апеллировать к этой норме не просто создает прецедент применения принципа самоопределения в международном праве – она взрывает тонкий баланс сил в мире.

Фактически, мы возвращаемся к принципам XVI века, «праву не для всех» или праву сильного. Признание независимости Косово постулирует право Запада определять, кого считать народом, имеющим право на самоопределение.

Это чревато, например, использованием местного сепаратизма в качестве инструмента политического влияния на международной арене. Нетрудно сформировать группу националистов, стремящихся к независимости одной из провинций Китая, или Ирана, или России. Делом Запада будет лишь развести руками и признать их неотъемлемое право на самоопределение. Одновременно «неудобный» сепаратизм в Испании можно объявить обычной социальной проблемой при очевидной нерушимости испанской нации.