| Подпишусь под каждым словом. |
[Сент. 15, 2005|04:34 pm] |
Я никогда не любила бабников, в моих глазах они всегда были этакими клянчущими подачки женской любви.
Как дворняжки, бегающие от одной старушки с куском хлеба до другой. Им можно было отдаваться «для галочки», чтобы повысить собственную самооценку, порушенную коварным возлюбленным, с ними можно было отдыхать и ненадолго расслабляться. Романы с бабниками наполнены пафосом мексиканских мелодрам и примитивного мазохизма, ленивого, по инерции. Ожидание его звонка, чтобы скрасить скуку и недостаток мужского внимания в общем. Сцены ревности от головной боли или треклятого ПМС – все принимается ими за «чистую монету», они раздувают щеки от гордости, игнорируют временами, а ты, злая на всех, срываешься на нем, и он этим гордиться, ну почему бы не дать ему еще один повод для тихой мужской радости. Секс с ними скучен и ленив. Вся мишура, которую успеваешь накрутить до встречи с ним, спадает сразу же после неловкого и скомканного раздевания в темноте. По сути, пишешь роман «в голове», выдумываешь монологи и смакуешь мизасцены, чтобы не так убого в жизни выглядело. Но у них есть и достоинства – они предсказуемы, что важно, и неопасны. С ними можно встречаться годами, ничего не меняя в сценарии, эдакий супружеский секс на чужой квартире. Изредка, как нерадивому щенку, отвешивать легкого пинка, когда он пытается неуклюже изобразить «героя-любовника» с другой мадам, а если окрик получается чересчур резкий, первой бежать мириться и каяться, чтобы он не успел надуть губы, обидеться и гадить по- мелкому. Кстати, пакости – это единственный их недостаток, гипертрофированное самолюбие «местечкового героя», тщательно полируемое в течение всей жизни, не выносит никакой посторонней критики, особенно смешной, как люди не очень сильные в принципе, бабники тут же встают в певодо-боксерскую стойку, очень смешно, когда еще и с привкусом интеллектуализма. Был бы мачо – трахал бы одну женщину, но ТАК, чтобы все ее подруги втайне мастурбировали на твою фотографию, а коли бегаешь к подругам за получасовой возней на несвежих простынях – значит, парень, нет, мы все понимаем, но пока по предмету « мужчина_настоящий» у тебя только зачет. Придешь на пересдачу в следующий вторник. *** Длинная прелюдия была написана, чтобы рассказать о других о настоящих. Им в жизни повезло и нет одновременно. В глубине они неудержимы и сильны настолько, что вынуждены подчинить себя постоянному контролю, чтобы тайная, черная страсть не вырвалась на свободу. Они единственные, роковые, любимые, их невозможно забыть, им можно только отдаваться, подчиняться, ждать, плакать и дружить со своими товарками по вашему общему несчастью. Они – мужчины. Не мужики и не мальчики. Не пьяные писатели, не голодранцы- художники, они всегда на коне, даже если у них нет ничего, им все дают, хотя они в жизни ничего не попросят, просто так складывается. Магнетизм, когда сказать «нет» невозможно и фраза моей подружки «иногда, чтобы победить, надо убежать» подходит тут как нельзя кстати. Они зажигаю тебя со всех концов «по-взрослому», они неудержимы, в них чувствуется скорость, и поэтому они всегда тормозят. В жизни, как правило, сознательно придерживаются аскеты, «чтобы не пойти во все тяжкие», ведь обратной дороги нет, и есть шанс не вернуться, оставив после себя запах паленой резины и тучи женщин с глазами, в которых будет пустота и счастье. Они так любят составлять себе надуманные «правила поведения», «кодексы чести», которым не верят ни секунды, лишь бы очертить границу, за которую им «низя». Еще они очень одиноки, ведь сильный всегда одинок, как повелитель в своей власти. Они спасают, но их самих спасти невозможно. Их до обидного мало, иначе на свете было бы больше вдребезги разбитых сердец. После романов с ними можно запросто выходить замуж «за хорошего человека» по расчету, чтобы всю оставшуюся жизнь оплакивать героя и понукать мужем. *** Они умеют вычислять своих с точностью до миллиметра. И я их панически боюсь. Не скажу, почему. (С)
P.S. Автора к сожалению не знаю. |
|
|