| О чем пишут |
[Nov. 18th, 2009|02:27 pm] |
|
В "Вестнике Банка России" опубликовано Письмо Банка России от 12.11.2009 № 142-Т "Об отмене писем Банка России". |
|
|
| из небытия |
[Nov. 2nd, 2009|10:37 pm] |
Я столько всего передумала, перечувствовала, пережила и не написала за эти месяцы, а как будто и не было ничего со мной на самом деле.
Привет! |
|
|
| У меня одно время года - весна |
[Jun. 14th, 2009|04:50 pm] |
Ничего у нас не было из того, что могло быть. Что могло запомниться и согреть. Меня. Теперь. Почему же мне так больно просыпаться без тебя?
И снова ждать, когда на экране отобразится твое имя и я прижму к уху твой голос. И снова скажу - нет, нет, сегодня нельзя. И завтра - тоже. Ты снова ответишь - да, да, я знаю, но не могу сдержаться и потому - давай увидимся. Хотя бы на полчаса.
Мы не умеем считать время когда вместе. И снова расходимся за полночь. И снова - как в первый раз - знаем, что наше утро начнется с ожидания этой минуты, когда среди рутины телефонных звонков наконец прозвучит твой голос. |
|
|
| (no subject) |
[Jun. 3rd, 2009|12:22 am] |
Я подумала между прочим, а почему бы нам с ним не стать друзьями? Почему нет, если мы оба можем не скучать в ожидании нового свидания, не обливаться жаром, касаясь запястий друг друга, не писать длинные-длинные письма, как будто нас только что выпустили из камер-одиночек на разных полюсах земного шара и последнее, что мы узнали, был конечно знаменитый платоновский миф. Я не верю в мифы, и в тебя не верю больше. Потому что все эти картинки с выставки и звуки музыки - всего лишь глупая фантазия, и ко мне не имеет отношения вообще.
Знаешь, когда я тебя увидела, в самую первую минуту - не позже - ты еще ничего не успел сказать, лишь улыбнулся навстречу, я услышала, что сердце еще где-то отзывается. И это где-то - в пятках. Мне казалось, что я повзрослела - читай, излечилась от глупостей, но это было лишь убаюкивающее затишье. И я могла бы соврать тебе, что мы могли бы стать друзьями, но попроси меня лучше соврать тебе что-то другое. |
|
|
| (no subject) |
[Jun. 2nd, 2009|12:21 am] |
В это воскресение я устроила бунт. Я сказала - к чертям ваши домашние дела, не буду печь пироги, греть утюги и вообще у меня выходной. И ушла. На целый день. С фотоаппаратом. Я мечтала повторить те далекие, историей забытые времена, когда я-зенит-москва-тверская-с утра до вечера-в полном одиночестве.
Первым меня предал фотоаппарат. Он оказался совсем не тем, который я планировала взять. Он оказался еще и сломанным в самом неприличном месте - у него съехала шторка и заряжать пленку было бы бесполезно. Все мои планы полетели к черту, туда куда была отправлена посуда, утюги и прочая дребедень. Со мной рядом шла самая красивая девушка Москвы и Подмосковья (все мои прежние музы эмигрировали, а мне надоели пейзажи и архитектурные развалины), и вот она шла со мной, а я несла нерабочую камеру, тяжелые объективы и свое плохое настроение. Потом мне позвонили с работы, а люблю другие звонки. И когда я была готова уже хлебнуть валерианки через край, эта прекрасная девушка, самая прекрасная, подчеркиваю, купила билеты на мультик. Там я разразилась сентиментальными слезами на тему, какое же это прекрасное путешествие - прожить всю жизнь с любимым человеком. И мне стало так светло и радостно, как будто снова вернулось лето.
Если вы всерьез поверили, что весь этот текст имеет смысл, то сейчас же перестаньте. Я совсем не то хотела сказать. Как обычно.
У меня вдохновение, и весна задела меня запоздалым крылом. Я взяла свою печатную машинку - столько месяцев спустя - и начала писать. Мне захотелось рассказать Ему то, в чем я никому и никогда не могла признаться. А тут - накрыло. До самого сердца. |
|
|
| все твое, что пригрезится в мае |
[May. 5th, 2009|10:15 am] |
Помните ли вы свою шестнадцатую весну?
Нынешняя просыпалась так долго и капризно, что мне невольно пришлось вспомнить.
О чем вы мечтали и что сбылось?
Мне хочется представить вас в то время, когда мечталось, потому что верилось и все казалось возможным. Когда время казалось чересчур медленным, как будто специально затянутым. От весны до осени - целая вечность.
Я помню себя в Камергерском. Конкурс для самовлюбленных малолеток. "Я Вас люблю, хоть я бешусь, хоть это труд и стыд напрасный и в этой глупости несчастной у Ваших ног я...".
Я не на сцене, хотя и играю. Везде, где я появляюсь, во все, что попадается на пути.
Впрочем, эта запись опять получилась про первое лицо.
Попробуем хотя бы раз изменить привычкам. |
|
|
| сегодня и вчера |
[Apr. 20th, 2009|10:10 pm] |
Я стала очень домашней девочкой. Мне странно даже вспоминать себя вчерашнюю, любящую гулять по вечерам с какой-нибудь булкой в руке и книжкой под мышкой. Или поющей веселые песни в каком-то неформальном кафе. Мне дома было тесно. И одиноко. Хотелось простора, воздуха, солнца.
И еще мне всегда было 17 лет.
А теперь 26.
И для меня нет ничего милее, чем залезть на диван с той же книжкой и чаем. Почитать. Помечтать. И никуда не бежать.
А еще я - шумная и безумная прежде - теперь все время хочу тишины. Не смотрю телевизор, потому что в нем только шум и трэш, не читаю интернет - принципиально. Смотрю завистливо на Теккерея рядом с Мериме и Прустом и воображаю, что все-таки случится то время, когда я не буду вырываться из двенадцатичасовых будней, чтобы взять эти книжки в руки. Что я повторю то время, когда можно было читать неторопливо и с наслаждением.
Хотя, если мне уже никогда не будет 17, смогу ли я то время повторить? |
|
|
| не стихотворение |
[Apr. 16th, 2009|08:34 pm] |
Я, может, скоро научусь жить без книжек,
Как научилась жить без новых платьев,
Не успевая накрасить ресницы,
Сварить кофе и кашу наутро,
Не вспоминая о походах в магазины
Просто так-поглазеть-на новинки,
В руках подержать тканевый переплет,
К груди прижать обретенные страницы
Заснуть в кровати с счастливой улыбкой,
Что у меня всё это есть
И даже больше.
Как уже не скучаю по вечеринкам,
Телефонным разговорам за полночь,
За душу, сердце враспашку,
Все это мимо, позавчера.
И как будто не со мною даже.
Можно просто плыть
Неспешно, невдумчиво
Куда-то вперед, а цель найдется.
Мы с тобой называем это "жить"
По форме - все правильно
По сути - как придётся. |
|
|
| мир как он есть |
[Mar. 15th, 2009|04:09 pm] |
Кажется, курсе на третьем университета я стала очень жадной до времени. Вычеркнула все бессмысленные встречи, телефонные разговоры в комплиментарном стиле и обсуждение бытовых проблем.
Уже после университета я также резко сократила список людей, с которыми мне хочется общаться. Мне раньше не хватало смелости и опыта, чтобы признаться самой себе, что многие из тех, кто меня окружает, несут разрушительную энергию и мне плохо после общения с ними.
Сейчас - легче.
Мир и так чересчур перегружает собой и если вовремя не спохватиться, задохнешься под его тяжестью. Сказала я себе, восстанавливая записную книжку. |
|
|
| все ушли к птибурдукову |
[Oct. 29th, 2008|10:48 pm] |
Два дня я ждала от вас комментарии. Нет, три. Вру. Ну да, немножко вру.
И все-таки я заходила в почту каждый день в надежде, что там - бац - десять, нет, двадцать новых сообщений.
И черт возьми - ни черта.
Какое низкое коварство с вашей стороны оставить меня здесь одну, совсем одну. Неужто вам не хочется написать мне пару ласковых, ну или неласковых, каких-нибудь.. слов. |
|
|
| N. |
[Oct. 8th, 2008|10:34 pm] |
Знаешь, милая N.
я получила твое письмо с запахом лета, с твоими воспоминаниями и всем тем, что ты побоялась мне высказать, но я почти угадала. Я шла по осенней дороге и повторяла его строчки. А все-таки почта еще что-то приносит. Спасибо ей.
Знаешь, с тех пор как ты стала реальной, осязаемой, когда у меня есть журнал с твоей фотографией, мне как-то странно говорить с тобой о ерунде. О всем том, чем я заполняла свои письма тебе прежде. И мне странно, что ты - единственная из моих адресатов - всегда писала мне такие необыкновенные, настоящие, теплые... письма. Которые как книги, оторваться невозможно. И говорила, что это надо читать вечером с чашкой чая, а это - под Эллу Фицжеральд. Прости, дорогая, про Эллу я конечно придумала только что, для красоты слога. Ты же знаешь, какая я любительница словесных игр и красивых выражений. Только никогда, о никогда не пытайся узнать, что стоит за этой красотой.
Ты пишешь мне, N., что твое время расписано до минуты, и выходные дни стали рабочими. Ты видишь в этом спасение от осенней хандры, а я вижу в этом тупик. Я очень хорошо знаю, почему мы так стремимся заполнить время, каждую его трещинку, чтобы лишней минуты вздохнуть и задуматься - не было.
А я ничего не заполняю, не успеваю придумать занятия. Мне стало некогда заниматься музыкой, и кажется, совсем уже не до французского. Я теперь просыпаюсь и иду на работу, а вечером засыпаю в метро. Пытаюсь удержаться, но силы оставляют меня. У меня остается только утро, короткое утро, в десять остановок, когда я могу читать свои любимые книги. И знаешь, пусть мне говорят, что это вид инфантилизма, что это бегство от реальности и вообще невиданная роскошь в наше суетливое время, мне все равно. Я вчера пропустила остановку, потому что сама того не заметив оказалась в комнате Босини, где встретились две женщины, пытающиеся поделить его любовь. А сегодня я просто по-детски раскисла, когда Ирэн опустила голову на плечо старому Джолиону и заплакала о том, что в любви нет возраста, нет предела, нет смерти.
Я родилась намного позже 19 века, который очаровывает меня высотой чувств, но немного раньше того времени, когда книги перестанут представлять какую-либо ценность. И это, милая N., мое счастье. |
|
|
| искупавшись в лете |
[Oct. 5th, 2008|12:36 am] |
Шар настольной лампы отражается на занавесе ночи. Пусть это еще не ночь, а только предисловие к ней. Я слышу ее шаги, сбивчивый ритм ее каблуков и флёр духов, смешанный с запахом её кожи.
( ... ) |
|
|
| вечернее |
[Sep. 16th, 2008|08:54 pm] |
Я помню, это был мой восемнадцатый день рождения. Мы сидели с Леной на летней терассе, увитой розами и пили ледяной клюквенный морс. Горло схватывало холодом, а руки все теснее сжимали запотевшие стаканы. В вазочке с конфетами лежали все диковинки советского времени - мишка, суфле, белочка, трюфель. Я клала их в рот и даже не чувствовала вкуса из-за этой сладкой вседозволенности.
Мы говорили о детстве, которое провели порознь, но в котором столь многое совпадало в мелочах. Тайники под лестницей старого дома, открытки, подаренные случайными знакомыми, значки и брелки, ожидание новогоднего утра и бессоница перед днем рождения - вся эта нежнейшая детская жизнь. Мы сидели напротив и говорили о нашем, взрослом, где слишком многое трудно объяснить, а между слов было это молчаливое желание вернуться туда, в детство. Страусиное желание, признаю.
Я когда-то могла в памяти воссоздать запах воздуха, когда впервые ощутила себя собой. Не кем-то рядом, в зеркале. А той странной неуклюжей (до сих пор неуклюжей) девочкой. Которая не может смотреть фильмы с плохим концом. Которая любит, чтобы ее называли ласково по имени, а не в третьем лице. Которой кажется, что она может что-то такое особенное и знает что-то такое невыразимое. И может давать обещания. Самой себе.
Каждый вечер я прошу об одном. Не включать телевизор. Потому что вечер - то время, когда можно наконец укрыться от бешеного информационного потока и побыть с собой по-настоящему и честно. Почитать книгу, где все не так, как за окном, но зато никто не играет на твоем сознании.
Просто смотреть в потолок и вспоминать те детские дни, когда вот так же торопила время, чтобы скорее кончился послеобеденный отдых, чтобы скорее наступил новый год, чтобы скорее вырасти и стать взрослой как мама. И почему-то тогда казалось, что время играет против меня, что оно намеренно тянет и длится и не дает мне приблизиться к желанной черте, за которой...
Я теперь пытаюсь остановить время. Заговорить. Заколодовать. Чтобы выиграть минуту, час. Хотя бы час. Чтобы не бежать куда-то, не пропускать второпях эту слишком быстротечную жизнь, в которой мне все интересно, но не хватает глубины.
Потому что не хватает времени.
Тебе, мой маленький, мое детство кажется нереальным, потому что когда мне не хватало конфет и фильмов, ты не знаешь как переварить все то, что тебя окружает. И в этом детстве у тебя нет того же, что и у меня в моей взрослой жизни - тишины, чтобы помечтать. |
|
|
| маскарад |
[Sep. 9th, 2008|06:31 pm] |
В последнее время я увлеклась масками. Переделала весь план диссертации. Не знаю, правда, кто захочет мне оппонировать и где мне эту работу придется защищать, но сама тема меня нереально вдохновляет.
По истории масок трудов немного и в основном одно и то же, за редким исключением. Каким же откровением для меня стал французский альбом "Люди и их маски" - собрание коллекций нескольких крупных музеев - и длинное предисловие о масках. Первое откровение - в общем и целом я могу читать французский текст, даже если мне непонятны тонкости. Второе - русские авторы бессовестно цитируют иностранные источники, не давая ссылок. Некоторые моменты из этого труда я читала в русских источниках, но почему-то без кавычек. А третье уже относится к тому залу, где я читала сей труд. Я даже не знала, что в Ленинке бывают такие закоулки, куда пускают читателей и из которых без посторонней помощи просто не выбраться. |
|
|
| (no subject) |
[Sep. 9th, 2008|06:19 pm] |
Всегда бывает обидно, когда то, что ты придумываешь или открываешь, пусть даже самую малость - уже не новость для кого-то. Иногда мне просто страшно состязаться с вселенским разумом - прочитать всех и вся невозможно, а быть уже опереженной в свои открытиях - грустно.
Однажды, в другом своем журнале, я писала о том, что "Коллекционер" слишком во многом напоминает "Лолиту". Это заметно даже без буквального сопоставления эпизодов. Даже просто по духу - похищение, заключение, те же бабочки, насилие, да и сама организация художественного текста сходны. Но вот сегодня зачем-то решив пересмотреть свое "избранное", я наткнулась на давнишний пост nemuri_neko о Фаулзе, где некая его собеседница пишет о параллелях Фаулза и Набокова, Клегга (главного героя "Коллекционера") и Набокова.
Я бы, конечно, не рискнула искать в образе Клегга пародию на Набокова, хотя оба и увлекаются бабочками (ведь и сам Фаулз к бабочкам был неравнодушен, что меня вообще удивляет. Набокову я как-то охотнее прощала его энтомологическое сумасбродство), но вот то, что это сходство обнаружено, фактически вырвано из моего текста, лишает меня какой-то внутренней уверенности. Так уже было, давно, когда я однажды прочитала статью Барабтарло о Пнине. После этого хотелось застрелиться, ибо он назвал и объяснил едва ли не все, что стоило назвать и объяснить. |
|
|
| (no subject) |
[Aug. 24th, 2008|06:32 pm] |
Моих мыслей хватило на треть молескина.
Он развалился от тоски на две неравные части. |
|
|
| Мифология |
[Aug. 24th, 2008|06:29 pm] |
|
Нашла на даче книжку "Марихуана - мифы и факты" двух американских профессоров (социологии и фармакологии). Прочитала несколько страниц до фразы "В 70-е считалось, что употребление марихуаны снижает способность противостоять гомосексуальным притязаниям и коммунистической пропаганде". |
|
|
| точка отсчета |
[Aug. 22nd, 2008|03:57 pm] |
| [ | Current Music |
| | Сплин "Мне 20 лет" | ] |
Мы писали друг друга письма чуть ли не каждый день, выясняли отношения, расставались навсегда, а когда снова сходились, не могли расстаться даже на минуту. "Послушай, а какая она дура Татьяна Ларина", "да что ты, это же вселенская преданность". "А ты смогла бы как Наташа, линейкой по руке?", "А разве есть что-то невозможное для тебя, милая? Но только ты забудешь меня, очень скоро, сама не заметишь как".
А я хочу с песнями по свету, посмотреть, как столетия меняются на родине маркеса, как разветляются дорожки в лесах у борхеса, и моя жизнь будет как книга. Но я не Татьяна Ларина, не Наташа Ростова и даже не Сонечка. А пока собери все мои юношески-максималистские письма и убери в большую коробку. Я приеду к тебе уже взрослой и испытанной и попрошу перечесть их, опавшие листья моего прошлого. Я закрою дверь на ключ, зачем тебе видеть мои сентиментальности.
А книжки стоят на полке, и я как прежде люблю их читать. Только они перестали быть смыслом моего существования. Теперь я не бегу со всех краев этого шумного города, чтобы узнать, куда очередной поворот занесет Тома Джонса или Бекки Шарп. Можно было бы подарить этот грустный сюжет Апдайку, но он никогда не попросит об этом.
Я приняла как данность наши пробуждения по будильнику, наши планы на ближайшие выходные, наши несовпадающие расписания. Всю эту НОРМАЛЬНУЮ жизнь. Мне теперь даже кажется возможным "продать вдохновение" и вечную непредсказуемость моей профессии за высокий гонорар. Все потому, что я как и ты, хотя и с большим опозданием, стала рабой призрака хорошей жизни.
И когда через пятнадцать лет я спрошу себя - "что ты делала в свои лучшие годы", мне нечего будет ответить.
А тебя не спрошу, потому что уже очень давно нам стало не о чем говорить. |
|
|
| (no subject) |
[Aug. 4th, 2008|01:05 pm] |
Мне больше не хочется писать
о несчастных любовях
о недоспанных снах у чужих изголовий
о недосыпанном сахаре в утренний кофе,
который никто не пьет.
Мое счастье
уткнуться в твой запах,
который ты вносишь в тесные стены
всегда неизменным размашистом шагом,
но в разный час,
с разной улыбкой,
с разным цветом глаз.
Обнимаешь меня, как будто ловишь
закрытым ртом озябший воздух,
как будто встретились очень поздно,
и нерастраченной нежности много
в твоих поцелуях
в твоих обещаньях,
и только молчать, и только слушать.
Но как немыслимо грустно прощание
когда засыпаем на разных подушках. |
|
|
| знаки |
[Jun. 10th, 2008|10:42 pm] |
|
Однажды новогодней ночью двухтысячного года мы заснули рядом - дыхание к дыханию - чтобы проснуться в две тысячи седьмом. |
|
|
| navigation |
| [ |
viewing |
| |
most recent entries |
] |
| [ |
go |
| |
earlier |
] |
| |
|
|