вместе с красными братьями и сёстрами
он жадно опустошал картофельные поля

но однажды обнаружил за спиной
крылья георгиевских цветов

помним
гордимся

сладко подумал колорадский жук
вставая со своих шести колен

а те кто называет нас
членистоногими
сами…
тли

там где папоротник отцветает
и желна  сизый воздух дробит
где кружат над полянами стаи
леденящих рассудок  сильфид

схороню свои рифмы у камня
в эпифитах  и бархатных мхах
пусть аукают с эхом пока мне
не даётся пространство стиха

я уверен  однажды тот камень
ты найдёшь  ведь дороги узки
и базальт  засверкает стихами
как звенящей росой лепестки

и вот ещё вдогонку к тем что без
назва-ни-я ни ты ни третий лишний
не зачерпнёт виниловых небес
не доплюётся косточками вишен

и потому упорно как ван гог
я каждый вечер отрезаю ухо
чтобы не смог утешный голосок
мне осквернить надеждой орган слуха

мои запасы раковин ушных
не сосчитать мужам из госкомстата
и по-цыгански эхо тишины
поёт про август персики цукаты

большие липы скоро отцветут
на фоне ветром скомканной лазури
абитурьент поступит в институт
и в полный рост по-взрослому закурит

а там и август с долькой на ноже
ранета… трели птиц покинут воздух
...роскошные как яйца фаберже
из небосвода станут капать звёзды

и в самый раз желанье загадать
или как пушкин пережить желанья
и разлюбить мечты и набросать
двенадцать строчек тихих без названья

не гадай на ромашках и картах
погаси под иконой свечу
я как мальчик воспитанный в спарте
от богов ничего не хочу

там где россыпи божьих коровок
напитавшихся кровью зари
тает в лужице неба осколок
цвета глаз госпожи бовари

покажи мне тропу к фермопилам
через пасеку солнечных пчёл
помнишь ты мне флобера купила
извини до конца не прочёл

остаться в деревне до первого холода
до запаха яблок и влажной земли
смотреть как закат обрамляется золотом
ладонями клёнов сердечками лип

звезде не пылавшей взаимностью к одену
шутя подмигнуть и домой через сад
под радио-шорох случайного лондона
шекспировы пьесы раскрыть наугад

и с мыслью что лес на посёлок не двинется
как будто во сне непонятном чужом
найти календарик где девять\одиннадцать
зачем-то помечено карандашом

фотография с трещинками по углам
в декорациях свадьбы рыдает ребёнок
вероятно фотограф по случаю в хлам
не жалел для фиксации времени плёнок

и оно сладким привкусом эн ка вэ дэ
до сих пор отравляет летейскую воду
словно кровопусканье шарлотты корде
чтобы горько кричать от наплыва свободы

чтобы в горле свербела чужая вина
мир не стоил слезинки а девочка плачет
и не важно была ли священной война
или попросту гости съезжались на дачу

Двадцать первое. Ночь. Понедельник.
Очертанья столицы во мгле.
Сочинил же какой-то бездельник,
Что бывает любовь на земле.

И от лености или со скуки
Все поверили, так и живут:
Ждут свиданий, боятся разлуки
И любовные песни поют.

Но иным открывается тайна,
И почиет на них тишина...
Я на это наткнулась случайно
И с тех пор все как будто больна.

это страусы эму из австралии
что ты малыш они не летают
даже крыльев не видно

... бобёр очень добрый
и умный но осторожный
спрятался в хатку наверно
слишком много народу

... смотри как сверкает
искусственный снег
для полярных медведей
правда жарко сегодня малыш
поэтому их не покажут

... там? далеко?
похоже на крышу костёла
костёл это дом для бога
он снаружи

нет кастёл снаружи
а бог внутри или на небе
то есть по-разному
как получится

ну зачем проверять
и билет зоопарк пропадёт
к тому же сегодня жарко
слишком много народу

... нет не похож на бобра
а насчёт крыльев
кто его знает

вот так и мне пернатая латынь
советует опять начать ab ovo
ещё раз от египетских пустынь
до полного второго ватерлоо

где голода не-вы-ска-зан-но-сти
не утолит рифмованный гербарий
танцуют все и шёпотом «прости»
теряется в бельканто сдобных арий

и глянцево-головые полки
девятых рот расстреливают воздух
театры обновляют ве-шал-ки
и убивают вильяма но поздно

перед заходом
солнце на четверть часа
заглядывает
в палату обречённых
боже!.. какое солнце!..

с небесной лёгкостью
ставила она уколы
хотя жизнь
поворачивалась к ней
не лучшей стороной
как впрочем и пациенты

потому что вода изначально мертва
тяжелы облака изворотливы русла
иероглифы множит стальная листва
потому что слова суетливы и тусклы

и молчанье твоё словно полночь в саду
словно пепел сожжённого наспех романа
потому что однажды колумбом сойду
на краю разделившего нас океана

барельефам индийских слепых обезьян
ты наверное будешь не очень-то рада
но желает охотник узнать где фазан
разрывает кольцо незабудок и радуг