urn:lj:livejournal.com:atom1:__parcifal__ поющая половица поющая половица 2005-05-06T18:58:17Z urn:lj:livejournal.com:atom1:__parcifal__:1607 2005-05-06T18:58:17Z 2005-05-06T18:58:17Z Все глубже с головой зарываюсь в работу, все меньше понимаю, к чему стремлюсь. Димка уходит утром, приносит бананы, новый терпкий парфюм, прочные кондомы, читает на диване "приключения кроша", у нас совсем разная жизнь. На этой почве тереблю языком дырку-дурку в зубе и вспоминаю детский сад. Чудесно и чудовищно, тогда у меня была подруга Вика, я сжимал ее холодную руку и давал ей мандариновые дольки, и она мне на тихом часе как-то раз показала самую прекрасную мандариновую дольку. С тех пор и звучит у меня в голове этот невнятный шум.<br />Как же я устал, друзья. urn:lj:livejournal.com:atom1:__parcifal__:1358 2005-05-03T13:14:24Z 2005-05-03T13:14:24Z Сон #1<br />Меня сажали на раскаленную сковородку, и шкворчало масло, и баянист хохотал вдалеке<br /><br />Сон #2<br />Разбираю, собираю перьевую ручку, костяшки пальцев испачкал, и баянист умирал вдалеке<br /><br />Сон #3<br />Эротический urn:lj:livejournal.com:atom1:__parcifal__:949 2005-05-02T19:33:23Z 2005-05-02T19:33:23Z Позвони мне, прекрасный Дима, и поедем с тобой в твой город Краснознаменск, будто все у нас по-прежнему, и будет тамбур, кислое пиво, сережки, улицы, упиравшиеся в бока, и твоя тахта, ведь ты помнишь, как я кричу и жажду в четыре ночи или утра.<br />Позвони мне, тоненькая тростинка, сероглазый паинька, дрогнувшая губа, я возьму тебя к трем друзьям на дачу, ты захочешь сам, а потом посмотришь, как лучи освещают пыльный чердак. "Так и бывает", - ты скажешь, имея в виду свое счастье, вот видишь, я тоже машу рукой.<br />Напиши мне письмо, запятые - к черту, моя третья любовь, если считать от начала тетрадей, я тогда стеснялся эскалаторов, переходов, газонов, сквериков - декораций, но нам негде было остаться вдвоем, пустыри и зацветшие водоемы - там вершилась наша больная страсть.<br />Прибеги ко мне в этот черствый город, чешущий небо, человечек, бывший со мной в контактах в течение нескольких дней, я давно потерял записную книжку, я смотрю сквозь пальцы, я уже ничего не вижу.<br />Но никто не звонит и не пишет, и чьи-то руки уперлись в бедра, наверное, это и есть судьба. Но я притворяюсь, я не понимаю, мне хочется пить, принеси мне сок. urn:lj:livejournal.com:atom1:__parcifal__:613 2005-05-02T18:05:25Z 2005-05-02T19:01:41Z Сейчас рассмеялся, вспомнив, как первый раз развлекся тем, что сейчас стало единственной осязаемой радостью. В тот год я заканчивал среднюю школу и жил в жестоком февральском городе, топонимика которого - новогиреево, новослободская, новый арбат - манила некоторой новизной, но действительность ужасала дряхлостью и продолжала стареть. Вот и первый партнер оказался немолод. Я увидел нежный, но неприятный сон, в котором не смог порадовать жестокого насильника мастерством, и язвочка оскорбления загорелась. Через несколько дней я, вытершись насухо махровым полотенцем, отправился на свиданье. Суровые снежинки падали на мои ладоши, я слизывал их, не опасаясь застудить нежность. NN встретил меня в сабвее, поздоровался за руку, я, дурак, хотел шлепка или поцелуя, а меня огорчили каким-то спортэкспрессом. Зато уже в кафе он заплатил за меня и потрогал под столом мое колено, а над столом - рамо. В конце концов, мы поехали, я ничего вокруг уже не видел. В квартире неприятно пахло, но мне понравилось и это, и маска монгольского идола на стене, и беззащитно блеклое постельное белье. Мужчинка сбегал в душ и вернулся в красных семейниках, я покамест успел разоблачиться, посмотреть в окно, лечь, снова встать, в конце концов, решил, что юноша, лежащий на животе, выглядит наиболее притягательно. Соблазнитель устроился рядом, потрепал меня по лопаткам, я прильнул к нему, неумело поцеловал, было противно. Я, стыдно сказать, даже не помню, как мы сдергивали красную ткань, и обнаруживаю себя только в тот момент, когда нефритовый стержень (далее н.с.) уперся мне в мягкое нёбо. От стержня, надо сказать, потягивало. Я закатил глазыньки, и задал вопрос, которым и впредь беру города. "С вакуумом или со слюнками?" - спросил я, ученик одиннадцатого класса, измученный февралем и депеш модом, и конечно, обязался и так и эдак. Я боялся - тошноты, ждал - ощущения заполненности, а было лишь замирание сердца и пикантный привкус. Я это тогда сравнил с маслинами - специфика, каковую легко полюбить. Я лежал у него в ногах, собственные мои приспособления терлись о простынку, и размышлял я в тот момент о внезапной смерти александра павловича, и столь же внезапен оказался финал. Н.с. словно увеличился, жилка набухла и задрожала, и я, стыдно сказать, испугался и вынул и закончил рукой, и не проглотил первый раз, и долго не смог научиться с тех пор глотать, а сам виноват, дурак. urn:lj:livejournal.com:atom1:__parcifal__:351 2005-05-02T17:33:24Z 2005-05-02T17:33:24Z Мой тонкий мальчик, мой межладонный постоялец, теперь, когды ты, обсессилев, улегся на край кровати,<br />я перерисую в блокнот все узоры с твоих ладоней, чтобы и после расставания держать твою руку - когда ты взял лишний бокал, когда ты наступаешь на тонкий лед.<br /><br />Я давно уже выучил наизусть все слова, при которых мы вместе краснели, и слова, от которых слюна становилась слаще, но слова ничего не значат.