Пятки

(no subject)

Медовое солнце к закату. Тягучий янтарь,
ленивое летнее время, расплавленный воск.
Застывший в ладонях июльской жары календарь,
пропитанный летом, пронизанный светом насквозь.

В хрустальном бокале неба ― по самый край ―
томится густой, изнывающий, влажный зной.
Глаза закрываю ― пускай это будет игра,
где можно представить, что все это не со мной,

что я далеко, в мерцающей глубине
нездешних морей. Топаз и аквамарин.
Там блики танцуют на белом песчаном дне,
сплетаясь причудливой сетью. Дыши. Смотри ―

я буду задумчивой рыбой в бездне морской
и сказочным будет узор моей чешуи,
прозрачными станут крылья моих плавников,
польются волшебными звуками песни мои ―

легчайшие ноты, дарящие сладкий сон,
изящные переливы хрустальных струй.
И ветер знает, и знает морская соль ―
Кто станет поющей рыбой ― умрет к утру...



Под веки острым краем врежется свет,
и холод хлынет в надрез с четырех сторон.
И весь этот солнечный мир, которого нет,
сойдется в точку за пятым левым ребром.

Сначала так остро и больно, что трудно дышать.
И надо зажмуриться, чтобы чуть-чуть притупить
иглу, под которой как бабочка бьется душа.
А дальше просто молчи как рыба. Терпи.

Терпи этот холод, бессмыслицу, толчею.
Всю эту мутную воду, вязкое дно...

Пока не выйдешь однажды в вечный июль,
медовое солнце, тягучий янтарный зной.
Tags: , ,
Пятки

(no subject)

Господи, если ты есть ― сделай как я хочу:
не уподобь мои мысли направленному лучу,
летящему среди вязкой и липкой тьмы
от невыносимого до невозможного.мы
с тобой понимаем в какие узлы это скручено тут,
откуда у этой реальности ноги растут.
Господи, если ты есть, сделай как я прошу.
Выключи свет и звук, заверни меня в белый шум,
налей полстакана неразбавленного небытия,
закрой мне глаза, подоткни одеяло.

Господи, господи, если ты хоть где-нибудь есть,
Дай мне знать, оставь для меня какую-нибудь мелочь здесь.
Я пойму, я замечу любой незначительный знак.
Впрочем, если не хочешь ― я обойдусь и так,
ведь мы с тобой понимаем больше чем нужно, увы.
От этого иногда хочется волком выть,
хочется рушить мебель, писать на стенах буквами в полный рост:
как ты не можешь видеть простого ответа на короткий вопрос?!
Как ты отводишь глаза если встречный взгляд прожигает стены?
Как вообще можно существовать в этой адовой темноте?

Господи, господи, развоплоти меня, обрати меня в свет.
Я стану той стороной реальности, которой нет,
которой позволено все по закону небытия.
Если меня не будет совсем ― что тогда буду я ―
мысль неотвязная, боль ни о чем, озноб, душевная щемь?
Чем буду я тебе когда меня не будет вообще?
Больно ли, если насквозь пролетают и взгляд, и свет?

Господи, только скажи, что мне делать, если тебя нет?
Tags: , ,
Пятки

(no subject)

Мир пуст.
Патрон холост.
Статус ― lost.
Холод,
вливающийся за ворот.
Удар, раскалывающий молот.

Выход прост,
как змей, кусающий собственный хвост.

Зеленая жизнь, превращенная в хворост,
намеревается тронуться в рост.

Ну-ка, детишки, давайте хором!
Снегурочка!
Видишь, сейчас сбежит!
Прищуривай глаз, целься, держи,
до звона стеклянного заморозь.
Снегурочка смотрит хмуро,
во взгляде сквозит ледяная жесть,
целится, сплевывает окурок.
Детишки с восторгом копируют жест.

Цейт
нот.
To be or not to be?
Not.
Tags: ,
Пятки

Варежки

Написалось вот такое зимнее:

На свете зима. Он бел. Он мертвенно бел и безжизненно холоден.
В нем нет ничего, что могло бы давать тебе силы быть.
Ты на автомате встаешь, бессмысленно, смотришь, куда-то ходишь...
И чувствуешь кожей, как прямо в темное небо тянется нить.

Ты ходишь по льду, веревочкой тонкой за шкирку привязан к небу
и ждешь всей спиной, когда там тихонько дернут "довольно, пора"
и ты тогда окинешь последним взглядом все это засилье снега
и уйдешь, как когда-то в детстве уходил домой со двора ―

Уходил, наигравшись, в тепло и свет из глубоких вязких сугробов.
Может быть, просил у мамы ну пожалуйста, еще пять минут.
Что тебя держит здесь, в этом царстве снега, белом и ровном
как лист, на котором не будет ни слова, который вот-вот сомнут?

Веревочка тянется вверх и там, наверху уже что-то брезжит...
И лишь сила тяжести из последних сил, едва-едва
на этом снежном накате, на этом льду тебя и удержит,
пока через мерзлую шкуру зимы не пробьется трава.

Пока она вцепится,туго опутает пальцами, гибкими, влажными ―
и там, под оттаявшей кожей смешаются кровь и зеленый сок...

А пока зима, и вот мы ходим привязанные к небу ― как варежки.

Чтобы не растерялись в сугробах за зиму.
Наверное вот и все.
Tags: ,
Пятки

(no subject)

Из глубины, из-под ребер сочится мрак,
льется снаружи тьма от краев зари.
Это игра на вылет, злая игра.
Темные ноябри, декабри.
Смотри.

...три, четыре, пять, я иду искать
смысла, которого нет отныне нигде.
До облаков весь мир залила тоска.
Крики о помощи вязнут в холодной воде.

Прячься, кутайся в шарф, подними воротник,
под одеяло нырни с головой, замри.
Ты никуда не сможешь деться от них ―
мыслей отравленных. Дверь затвори,
запри.

Прячься ― не прячься, а знаешь ― тебе водить.
Вот тебе вечная ночь, и туман, и нож.
Вырезать то, что мучительно ноет в груди,
выяснить, где у тоски бесконечной ― дно.

Это игра навылет ― в груди дыра.
Нечем тепло и свет удержать внутри.
Холод и мрак повсюду, холод и мрак.
Выйди за рамки. Окно отвори.
Умри.
Tags: ,
Пятки

(no subject)

Я не знаю, не знаю, я ничего не знаю,
не спрашивайте, не сводите меня с ума.
Во мне пробита сквозная дыра ― и она зияет,
из нее во все стороны расползается тьма.

Это черный провал, чернильная бездна ―
ни закрыть, ни спрятать от глаз, ничем не стянуть края.
Я не знаю, что делать с ней. Все кажется бесполезным.
Я даже не понимаю уже, где она, где я.

Где вода, где твердь, ни света, ни бога, ни чёрта,
ни границ, где последняя подведена черта...
Все, чего касается эта тьма, становится черным.
Она будет литься вокруг, пока не останется ни черта.

Не дышать, не плакать, не думать, не ждать, не помнить,
не искать спасенья, на помощь не звать.
Черную кошку не найти в темной комнате.
Чертову кошку никто не собирается там искать.

Я не буду, не буду, я больше так не буду!
Можно только не быть ― больше нечего делать здесь.
Крепче зажмуриться и считать до ста, надеясь на чудо
в этой всевластной тьме, где никогда не бывает чудес.
Tags: ,
Пятки

Негев

Когда я умру ― я стану
камнем, лежащим под солнцем
в раскаленной пустыне.

Я буду молчать и помнить.
Я буду лежать и думать,
бесстрастно и неподвижно.

И только в сезон дождей,
под первыми каплями с неба
я буду плакать.

Я буду плакать о сердце
моем человечьем сердце
которое так любило.


Куда ни упрешься взглядом,
увидишь ― мы все здесь камни.
Здесь помнят. Здесь редко плачут.

А после ― цветет пустыня.

Tags: , , ,
Пятки

(no subject)

Море волнуется. Нервно ходит туда-сюда,
Пару шагов до берега ― пару шагов в глубину.
Дышит неровно. Крепчает ветер, темнеет вода.
Цепкими пальцами море тянет берег ко дну.

Море волнуется. Море выходит из берегов,
Раз, два, три ― смотри, начинается шторм.
Волны, одна за одной бьются вдребезги о
камни прибрежные... девяносто девять, сто.

Море сходит с ума. Море явно уже не в себе:
бросается грудью на скалы, в клочья пластает водную гладь.
Море безумно, бездонно, бессмысленно, безостановочно, без...
Море не может без неба, без этих единственных в мире глаз.

Море не может без неба. На небе свинцовые облака.
Море бьется в истерике, бесится. Небо не смотрит вниз.
Море комкает воду, швыряет в воздух. Море никак
не докричится, ветер воет, срываясь на визг.

Небо держится из последних сил. Воздух дрожит.
С неба в море вонзаются молнии, небо исходит водой.
Небо не может без моря. Небо не может без моря жить.
Небо умрет от смертельной тоски за секунду до

последнего такта шторма. Пока расходятся облака,
море замертво ляжет на дно, не в силах дышать...



Новое небо, новое море. Взгляд ― как удар клинка.
В них запоет от счастья и боли одна на двоих душа.
Tags: , ,
Пятки

(no subject)

Только когда до края останется шаг,
только когда будет больше нечем дышать,
память станет бессильна, мертвы слова ―
перед глазами раскинется синева.

Море, я слишком долго тебя ждала.
Это тоска выжгла мне сердце дотла.
Это тоска навылет пробила висок.
Целый мой мир пропитала горечь и соль.

Только один вопрос стучится в виски:
можно ли без тебя умереть от тоски?
Море, бездонное, синее, как небеса!
Море, я больше не помню, как воскресать...

Волны скользят на уровне облаков.
Будь без меня. Не помни. Дыши легко.
Только безмолвная синяя глубина.
Я онемевшим камнем гляжу со дна.
Tags: , ,
Пятки

(no subject)

Я не хочу говорить об осени. Лишнее.
Я сквозь зубы вдыхаю серый холодный ветер.
Я стараюсь ступать осторожно по палым листьям
и в груди моей звенят осколки разбитого лета.

Есть ли жизнь после жизни? Не очень на то похоже.
Непонятно и то, есть ли смерть после жизни?
Я дышу и острые сколы чертят на коже
сетку тонких кровавых кленовых прожилок.

Надо молчать, надо остановить сердце,
чтобы чуть слышного звона не заглушило.
Лето в груди моей не допускает смерти.
Но осколки его несовместимы с жизнью.

Мир обречен на монохромную пытку.
Долгую, безнадежную. Время не лечит.
Время дает очередную попытку
сложить из осколков невозможную вечность.

Я не дышу. Я держу осколки в ладонях.
Спи, золотое, медовое, безмятежно.
Чтобы не знать, не видеть, не звать, не помнить.

Плачь хрустально, моя разбитая нежность.
Tags: , ,
Пятки

(no subject)

Волосы ― лён, глаза ― бирюза, вишневая линия рта,
кожа ― китайский фарфор, внутри, среди воздушных шаров ―
бьется сердце из шелка, катает по ниточкам-венам сладкую кровь.
Кровь цвета ягодного мороженого,
с тонкими иглами льда.

Фразы картонны, слова пусты, на дне смеющихся глаз,
там где только серая пыль и густая гулкая тишина ―
обрывок бумаги "мне нужно немного побыть не в себе". От окна
хлебными крошками в летние травы цепочка следов легла.

Птицы слетелись на хлеб. Вернусь нескоро. Может быть никогда.
Ключ под ковриком, в нагрудном кармане рубашки билет
на поезд до безымянной платформы
заброшенной узкоколейки,
в безлюдные степи, в пустые, солнцем залитые города.

Я буду водой и ветром, шелковой пылью дальних дорог.
Я буду звенеть проводами над тонкой сверкающей линией рельс.
Мне можно всё, можно быть кем угодно в этой нелепой игре,
мне можно выпасть из рукава любым арканом таро,

выпасть и затеряться в высокой ― по самые плечи ― траве.
И если теплый июльский ветер легко касается губ ―
то это мои поцелуи, в которых я никогда не лгу.
Слова картонны, взгляды стеклянны. Слушай. Смотри. Не верь.
Tags: , ,
Пятки

(no subject)

Послушай, сердце мое, давай помолчим,
Отставим бокал, наполненный до краев
Густой и терпкой печалью со слезным льдом
прощаний. И будем просто смотреть в закат.

Давай придумаем весь этот мир другим.
Придумаем солнцем заполненный окоем
И теплый ветер, струящийся над водой.
И море. Без моря нам не выжить никак.

Мы будем сидеть у края соленой воды
И слушать ветром звенящую тишину.
Пускай этот мир остается безлюдным. Здесь
На белом песке не должно остаться следов.

Давай придумаем голубоватый дым,
Который ночью прикроет в небе луну,
Бесстрастным взглядом глядящую вниз с небес.
Чтоб больше не видеть тяжелых тревожных снов.

Чтоб больше не помнить о времени. И о том,
как время уходит сквозь пальцы в сырой песок.
И пусть этот мир будет чист и стерильно пуст
Как чист может быть нерасчерченный белый лист.

Пусть блики чаек проносятся над листом
И брызги соленые ветер несет в лицо.
Сидеть у моря, не размыкая уст,
Теряя мысли в жемчужной морской дали.

Послушай, сердце мое, как дышит вода,
Соленая и живая, как будто кровь,
Как море в черных прибрежных камнях шумит,
Зеленые волны в алмазную пыль дробя.


И нам остается только сидеть и ждать
Когда за светящейся кромкой у края миров
Появишься ты. Даже этот придуманный мир
Немыслим, если в нем не придумать тебя.
Tags: , ,
Пятки

Графика

Графика ― это когда бумага темнеет
в месте касания нервных горячих пальцев ―

Только если в ладонях бушует пламя
Так горячо и остро, что быть не может
Выражено затрепанными словами.
Звук обрести, значит здесь ― обернуться ложью.

Там, где тени предельны ― линии тлеют,
Лист от жара становится нежно-палев.


Графика ― это если прямая взгляда
Натянута, как струна, до стального звона

И разорвавшись, хлестнет и войдет спиралью
в плоскость, где мысли бродят полутенями,
Полунамеками. Врежется острым краем
взрежет пространство, лежащее между нами

Сотнями рваных штрихов, грозовым разрядом.
И резонанс побежит по листу как волны.


Графика ― жарким желаньем по влажной коже
линии льются, в орнамент переплетаясь.

Там, где слова бессмысленны и безумны,
Там, где в границах разума не удержаться,
Тонкие линии туши дрожат как струны.
Тихие тайны графического пространства.

Перья острее, штрихи изящней и строже.
Не говорить ни слова. Молчать и таять.
Tags: , ,
Пятки

Выше

Беспощадная твердь реальности станет бессильной,
Если только знаешь правила этой игры.
Надо сделать, чтоб было слишком невыносимо ―
и откроется выход во внутренние миры

Воздух станет плотным и ветер ляжет прохладным
Восходящим потоком под пальцы. И будет свет.
Поднимайся выше, покуда хватает взгляда,
И смотри, созидая мир, которого нет,

Серебристый бархат полыни, левкой и мяту,
И в жемчужной дымке тонущий горизонт...
Поднимайся выше, к солнцу, за точку возврата
Сквозь разреженный оксиген, грозовой озон.

Поднимайся выше, в ушах зашумевшей кровью
Заглушая стон, случайно слетевший с губ.
Чтобы не позволить сердцу забиться неровно.
Чтобы не расплескать густеющую тоску.

Не обжечь дыханьем, не прикоснуться руками
К этой тонкой иллюзии мира, которого нет.
Ибо все, до чего дотянутся боль и память
Снова станет ветром и вновь обратится в свет.
Tags: , ,
Пятки

(no subject)

В тихом отчаянье нет и не будет дна,
Нету надежды. Хотя бы себе не ври -
Сдаться на милость некому. Ты должна
Слов нестерпимую боль удержать внутри.
Время не лечит, время стирает цвет
Воспоминаний. Уголь, сангина, мел.
Фрески и хроники жизни, которой нет.
Пепел, которым стал дикий цветущий хмель.

Эти слова бессмысленны, будь честней,
Нет никакой надежды. Слова, слова...
Легче не станет, а станет еще больней.

Сердце - чтоб биться, руки - чтоб рисовать,
Только слова бессильны. Не надо слов.
Спи, моя боль, моя ревность, любовь моя,
В тонких бумажных ладонях моих листов,
В точке касанья графитного острия.
Tags: , , ,
Пятки

(no subject)

надо просто сидеть у большой воды
неподвижно. врастая в сырой песок,
разделяя время на вдох и выдох,
на тьму и свет, на землю и соль.

надо просто чувствовать как река
бытия колышет прибрежный ил,
как касается полосы песка ―
и касанья нежны ли, небрежны ли?

а потом оставить на берегу
все, чего не может нести душа
и волна, качнувшись, коснется губ.
и тогда останется сделать шаг

и вдохнуть. и тогда лишь определить ―
эти волны небрежны или нежны.
чтобы раствориться, не разделив
запредельную нежность на нет и жизнь
Tags: ,
Пятки

(no subject)

Зима - это не жизнь, а ожидание жизни. Но и из зимних моментов у меня есть несколько чистых льдинок.

В ранних зимних сумерках есть особое время-место-чувство и что-то там еще, невыразимое вообще ничем. Это когда из уличной темноты смотришь на пятно света на сугробе под окнами первых этажей.

Веер домашнего желтого света на густо-синем ночном снегу. Не тепло, но ожидание тепла, тонкий привкус жизни в обжигающе крепком холоде. Почти физиологическое ощущение времени и привязанности. Такое, когда все твое время - настоящее, прошедшее и предполагаемое - сливаются воедино. Осколки мира складываются в слово... которое, как всегда, выскальзывает из памяти, стоит только перевести взгляд в окно.

Остается солоноватое покалывание на языке и что-то щемящее, нежное, что заставляет отворачиваться и молчать, втягивая ноздрями ледяной воздух. Осторожно и медленно. Чтобы не расплескать.
Пятки

коротко о погоде

Поздняя осень — холодное злое время.
Ветер скитается псом неприкаянным, мокнет,
Жмется к коленям, в ладони тычется, грея
Нос ледяной о пальцы. Скребется в окна,
В двери влетает, прячется под батарею.

Даже дышать этим ветром невыносимо.
Мир безнадежен, мрачен, темнеет рано
В небе — недобром, рваном, сером, предзимнем.
Муторно. Как из глухой застарелой раны
Стылый ноябрь тянет свою резину.

Под фонарями кружатся длинные тени.
Надо прорваться, пробиться, пробить навылет,
С жизнью несовместимую дрянь и темень,
Холод, под самые ребра вогнавший вилы,
Злую хандру, обескровливающую тело.

Вылететь в веере острых льдистых осколков.
Прочь, никого не щадя, ни о чем не жалея,
Не выбирая путь по гаснущим звездам.
Не ожидая света.


В конце тоннеля
Будет слепящий снег
И звенящий воздух.
Tags: ,
Пятки

Джек

Неприкаянно и темно.
Из тумана в свет фонаря,
Как в абсурдном дурном кино,
Выбирается злая ночь,
Достает из кармана нож,
Непроглядный конец октября,

Вязкий морок, промозглый мрак.
Будет резать и будет бить —
Все равно. Не сбежать никак.
По ролям, как в колоде карт,
Все расписано. Вся игра
Предсказуема: not to be.

Шаг вперед — и смещай акцент,
Через край наливай абсурд,
Из горла отхлебни абсент.
У безумья десятки сцен —
Вот твой выход, если в конце
Здравый смысл подошел к концу.

Нож возьми из ее руки.
Быстрый взмах — а теперь гляди:
Там, в конце ножевой строки
Искры в небо летят, легки,
Рыжим хохотом угольки
рассыпаются из груди.

Обжигающий пляшет смех
Язычками у самых губ.
В накатившем безумном сне
Черным пеплом кружится снег.
Скачет Тыквоголовый Джек,
Оставляя следы в снегу.

Мы идем по его следам
Нам безумно, безумно смешно
В наступающем "никогда"
И рассудок трещит по швам.
Береги свою тыкву, чувак,
У меня есть фонарь и нож.
Tags: ,
Пятки

Жена Лота

Поднимайся, беги из города в полночь, почти ничего не собрав,
влажной ночью августа — в звуки и запахи, длинные тени трав,
мимо уснувших, спящих, бессоных, готовящихся ко сну,
раньше, чем клочья облачной ваты выпустят в небо луну,
раньше, чем свет оставленных окон заноет в пустой груди,
беги. Из тьмы наматывай кокон вокруг души. Не гляди
Назад. Не думай, не плачь, не помни, не чувствуй, оставь, забудь.
До пошлой боли, до тошной оскомины знакомый обратный путь
оставь за спиной, чувствуй кожей, но взглядом касаться не смей —
иначе не вырвешься, не спасешься из этого царства теней.
Режь по живому, от сердца рви приросший намертво край,
дыши, из обрывков образ любви оставленной собирай,
только беги сквозь ночь, крути вечное колесо...

но не смотри назад — твой город тогда обратится в соль.

Tags: ,
Пятки

(no subject)

Лист бумаги влажен, буквы плывут под пером.
Слой реальности мягок, податлив, как теплый воск.
Дождь написан сегодня утром в книге миров.
Нескончаемый дождь, идущий сквозь мир насквозь.

Дождь снаружи зеркален тому, что идет внутри.
Это просто вода. Но струи алмазно остры.
Чувствуй капельный ритм капиллярами. Чувствуй ритм.
Рассыпайся по коже дрожью хрустальных брызг,
Опускайся до самого дна дождевого дня.

Это просто вода с небес — и не боле. Тут
Мир еще недописан.

Там, за краем дождя
Лишь китайская тушь расплывается по листу.

Tags: ,
Пятки

Post scriptum

Больше солнца на вдох, травяного зеленого звона,
До краев — сладкой пены кипящей цветеньем липы!
Заливай забвением раны, сверни знамена,
Падай навзничь в небесную небыль, лети!

Post scriptum

Чем живей, тем сплошнее поток, дискретней обрывки.

Жизнь закончит работу и смерть разберет на цитатки,
на виньетки и фотки, на выцветшие открытки.
Все конечно и кончено. Было-прошло, не так ли?!

Все проходит и это пройдет, и что остается
Меж страниц бытия забытым листом кленовым?
Что испуганной птицей теперь под ребрами бьется,
Что томится и нежится, ежится нервным ознобом,
Как под теплым и влажным соленым приморским ветром.

Это лишнее.
Личное.
Пей и молчи об этом.

Tags: ,
Пятки

(no subject)

Обесцвеченный, ослабел,
Неживой, нежилой застыл -
Этот мир, нестерпимо бел.

Этот мир безысходно был,
Как единственный из миров.
Бесконечное колесо
Черно-белых бредовых снов.

Потому, что зима это сон.

Это черные литеры птиц
На пустом снеговом листе.
Безнадежное "отпусти".

Потому, что зима это текст.

В темном небе читай с листа
Штриховое письмо ветвей,
Мимолетные строки стай.

Замирай, остывай, мертвей
И себе, ото всех тайком,
Повторяй как мольбу - "Держись".
Тает в легких промерзлый ком
И на выдохе будет жизнь,
Как в цветном позабытом сне.

И струится водой у ног
Уходящий последний снег.

Потому, что весна это вдох.

Tags: ,
Пятки

Словами

Л. Славину

Однажды проснешься — а воздух, густой и влажный,
Пропитан ядом как плотной тугой резиной
И жжет на вдохе. Не выдохнешь, не расскажешь —

Внутри прорастает то, что невыразимо
Словами. Мечется, в ребра тычется больно,
Внезапным ознобом колким ползет по коже.
А дальше и плоть, и кровь, и весь мир заполнен
Мучительной этой нежностью невозможной,
такой, для какой подходящего языка нет.

Она, поднимаясь от самого дна, волною
Проходит насквозь,перехватывает дыханье.
Немеют руки, внутри что-то сладко ноет,
Горячий выдох, беззвучный и бессловесный,
Течет по губам, осязаем, едва не виден.

Слова пусты, бессмысленны, бесполезны
И нужных литер нет в твоем алфавите

Ты в этом  безумии нем и обезоружен.
А значит — не выжить. Волна все выше и выше.
Раскройся и падай в нее. Погружайся глубже.
Придумай иной язык — точнее и лучше.
Пролейся словами и выпусти их наружу,
Покуда тебя дотла изнутри не выжгло.
Tags: , ,
Пятки

Сумбур и брызги

Пара мгновений, пауза, вдох и выдох
Прежде, чем эта весна взорвется листвою,
Прежде, чем все это рухнет в бездонный космос
светлого акварельно-апрельского неба.
Будет всего секунда, смотри - и выход,
Тонкая щель - откроется нам с тобою
между слоями реальности, там, за осью
времени, где расходятся быль и небыль.

Там будет свет и неудержимый ветер,
Звон тишины и шорох сухой полыни,
Запах речной воды и дорожной пыли,
Солнце, едва клонящееся к закату.
Там будет мир, оставленный в давнем лете,
том, за которым мы стали совсем иными.
Мир, что все еще помнит, какими мы были
В давнем придуманном прошлом. Точка возврата.

Пара мгновений, пара ударов сердца
В ребра пока оголенных кленовых веток.
Вдох - и весна на выдохе чертит знаки
В этих земных дорогах, небесных сферах.
Тонкая щель, разлом, потайная дверца
Где-то за гранью рассудка, за краем света.
Так, чтоб дойти и остановиться в шаге,
Чтобы ожгло по коже ознобом нервным.

Выдох и вдох. Холодный весенний воздух
Тонко звенит в графитных безлистных кронах.
И в объективе неба внезапным зумом
Ранние звезды касаются пальцев, тают...
Пара ударов сердца. А дальше - поздно
Что-то менять. Оно взорвется зеленым
Вихрем апреля, безудержным и безумным.
И никого в живых уже не оставит.
Tags: ,
Пятки

Еще котиков

В инсте этот милый зверек висит уже давно, но уж раз уж я и тут милых добрых котиков коллекционирую - так вот вам! )))
Акварельные карандаши на плохой бумаге, которая так и норовила сморщиться и скататься, поэтому так неакварельно сухо размыто.
Зато добрый милый котичка оперативно спас от коллапса мозг, жестко изжеванный тогда любимой работкой )
Добрый, милый хамский котичкаCollapse )
Пятки

Новый год к нам мчится

Новый год на носу, а на работе мне почти ничего новогоднего рисовать не достается, суровая мы контора )) Издеваюсь над редкими рабочими эскизами.

процессCollapse )

И вот вам результат!
Пятки

(no subject)

Вокруг сжимается тьма и холод,
                        острее тяга к теплу, закаты короче.
И небо – серым свинцом и оловом.
                      Греться нечем, вечер катится к ночи.
И ты, оставаясь наедине с собой,
           выключаешь реальность, пространство, время...
Идешь один – последним патроном в обойме –
                            замерзшие пальцы дыханьем грея.

На самом дне неприкаянной ночи
                     звук приглушен, цвет размыт, контуры стерты.
Ты отвлечен – не глядя и молча,
          не здесь, не сейчас – невидим сквозь мокрые стекла.
И в ту секунду, как в воображаемом мире твоем
                                             встают абстрактные пальмы,
Ты просто теряешься в муторном снежном мареве,
                                      в бликах фар на сыром асфальте.

А дальше четверть секунды – и  свет в лицо,
                                  и ты мгновенно сходишься в точку.
Она полоснула взглядом – алмазным резцом
                           по сердцу вскользь, хирургически точно.
 И вот ты стоишь, под этим разрядом, ударом
                                        молнии,  выверенно  фатальным...
Единственным, очень коротким  взглядом она рывком
                                           возвращает тебя в реальность.

И холод резко сжимает тиски,
                          и ветер дует навылет сквозь плоть и кожу.
Отныне и впредь вы будете с ней близки
                              так, что ближе покажется невозможным.
И в этой реальности, в этом времени, мире земном,
                                                    на этой привычной тверди
Отныне ты будешь плакать и петь ни о ком ином,
                                                                  а только о ней.
                                                                                        О смерти.

__________________________________________________________
Ритм есть, поверьте на слово ))
Tags:
Пятки

(no subject)

Хлынул свет, разверзлись над нами небесные выси -
И уже никогда мир не станет таким, как прежде.
Я могу быть острой как боль и прямой, как выстрел.
Я прошу, научи меня нежности и надежде.

Замирать и таять, к плечу прижавшись щекою,
Наизусть знать касания губ твоих, стрелы взглядов...
Я все время срываюсь в нездешнее. Будь со мною,
Приручи меня, научи оставаться рядом.

Это больше меня - до самых краев сознанья
И потом через край оно хлещет, жарко и влажно.
Что случилось - уже не могло не случиться с нами.
Дай мне руку. Смотри в глаза. Только это важно.
Tags: ,
Пятки

"Обратный билет"

Знаешь, это ноябрь. И легче не будет, увы.
Ничего не пройдет. И во времени нет следов,
По которым можно вернуться. Слова мертвы
Как опавшие листья. И значит не надо слов.

Обезлиственных ивовых веток графитный штрих
Тонкой сетью ложится на серый облачный холст,
Отражается в темной осенней воде. Смотри,
Скоро ляжет снег. Нежно-нежно, легко-легко,
Чуть касаясь, сделает белым весь этот мир.
И наступит зима, как безжизненно чистый лист.
Забери мои краски, зима, и душу возьми,
Белым снегом сотри меня с темной ноябрьской земли.

Забери меня вверх. Этой осени больше нет.
Я хочу быть не здесь, не сейчас, хотя бы пока...
В безвоздушной холодной безжизненной вышине
Заверни меня в легкие перистые облака,
Где хрустальное небо полно до краев тишины
И на дне ее камнем лежит ледяное "прощай".
Мне останутся длинные охристо-желтые сны
И кленовый обратный билет за подкладкой плаща
.

Написано на 33 игру orveni "Обратный билет". Это не литконкурс, это милый игровой междусобойчик :)
Обычно я нигде ни во что не попадаю, но тут, к удивлению моему, стиш занял первое место. Радуюсь, вот ))
Пятки

Бастион

В ночь узором вплетается небыль
Из тьмою залитых окон.
И мне снится свинцовое небо.
И под ним бастион.

Время тянется медленным сном, но
Пружиной сжимается срок.
Тишина над зубчатой стеною
Взведена как курок.

Тишина пахнет йодом и солью.
Остается минута еще -
Это будет отчаянно больно,
Ярко и горячо.

Это будет стремительно быстро.
Тревожно звенит тишина,
А потом полсекунды - и выстрел.
Это будет война.

Пыль и пот, кровь, железо и порох
На серых бесстрастных камнях.
Этот сон не закончится скоро,
Не отпустит меня...

Недоверчиво смотрят бойницы,
На кипящий отчаянно бой.
Здесь останутся ветры и птицы
И застывшая боль.

Ветер треплет полотнище флага
Кроваво пылает рассвет.
Все мертвы - смелость, честь и отвага...
Победителей нет.

Пустота вместо сердца. Надрывно
Боль кричит в пустоте. Это я.
Это я бастион над обрывом.

И я буду стоять.
Tags: ,
Пятки

(no subject)

Нежно-нежно, как трогает землю утренний иней,
С терпкой горечью запаха палой листвы кленовой,
В этой осени мне слышится твое имя.
В этом времени, мире, все повторяется снова.

Это ветер октябрьский треплет легкие пряди
И холодными пальцами гладит горящие щеки.
Это небо плывет, в твоем отраженное взгляде.
Это тонет разум в сплошном дождевом потоке.

Мир пронизан небом - словно со дна листопада,
Прижимаясь к холодной земле спиной, застывая,
Я смотрю в глаза твои. Поздно просить пощады,
Все уже случилось. Иначе и не бывает.

Эта осень, дышит, звучит тобой, чисто-чисто.
И плывет в холодном дрожащем воздухе нега.
И безмолвно ложатся под ноги палые листья.
И в хрустальные своды взглядом плеснули неба.
Tags: ,
Пятки

Котики

Коты - моя слабость )) У меня по стенам живет и иногда пополняется котопарк. Это как бы такой зоопарк из котов.
драКотCollapse )
павлин-МявлинCollapse )
гекКотCollapse )
леМуррCollapse )
Ну и помимо котопарка бывают просто коты или тематические коты, потом еще тоже напоказываю. ))
Пятки

Тонкие струны души

Нашла те две редкие и прекрасные вещи Ольги Арефьевой, которые когда-то меня так зацепили и дернули, что до сих пор резонируют "тонкiя струны души моей" )).



Очень такое мое соотношение рассудка и сердца.
Tags:
Пятки

Выборы-выборы

Итак, я была наблюдателем на выборах мэра Москвы. Участок 908, Вешняки. Нас, наблюдателей, было две тихих скромных барышни без опыта.
Мне, отчаянно боящемуся новичку, безумно повезло с комиссией. Они боялись меня больше, чем я их :) Председательница комиссии была действительно настроена делать все чисто и честно, чтобы не было ни жалоб, ни претензий. Их и не было. Участок у нас небольшой - 3 дома, все рядом, 1106 избирателей по итогам дня (9 записей в доп. списке, 7 чел. проголосовали на дому, 401 на участке), количество проголосовавших по нашим подсчетам сошлось с количеством выданных бюлетеней.

Листовки с планами опрекраснивания Москвы и подписью "С.С. Собянин" на лицевой стороне убрали со столов до открытия участка, не дожидаясь жалобы на незаконную агитацию.
Выездное голосование тоже было без эксцессов: я выходила на голосование на дому - пятеро из семи проголосовавших реально не дошли бы до участка, из двух оставшихся одна женщина-инвалид рисковала забыть паспорт, т.к. на первый взгляд там было явное отставание в развитии и социализации. И только один старичок-бодрячок с виду был в состоянии одолеть 200 метров от дома до участка. Все ли они были за Собянина - неизвестно, бюллетени пересчитали при открытии переносных урн и по кандидатам сортировали уже при общем подсчете в общей куче. Заявления они подписывали сами (двум совсем немощным помогали родственники), среди ПСГ было 2 соцаботника - но это был не их участок и не их подопечные, "сцен узнавания" не было. Семь проголосовавших, восемь заявлений (одна оказалась в больнице), два выхода (первые пять по звонкам накануне, последние по двум звонкам в день голосования до двух часов) - полтора часа суммарно, при том, что все они были в двух соседних домах.
Рассказывайте мне потом про 300 бюллетеней за полчаса... :)))

Подсчет без нарушений, книги во время подсчета были в сейфе, копии протоколов выданы, контрольные суммы сошлись, на сдаче протокола в ТИК я присутствовала, данные в сводную таблицу внесены верно, в ГАС тоже все сошлось.

Собянин недобрал до 50% 2 голоса - 49,5%, (200 голосов), Навальный 24,75% (100 голосов), Мельников набрал 68 голосов, Левичев 16, Митрохин 13, Дегтярев 7, проценты считать влом, простите.

Сказать, что явка огорчила меня - ничего не сказать. Людей моложе пенсионного возраста, на взгляд, с трудом наскребается процентов 10-15 от тех четырехсот, которые соизволили придти. Повторю - на взгляд, впечатления бывают обманчивы, но это была весьма печальная картина ((
Это ИХ город, мои пушистые сетевые друзья, это они решают, кто здесь власть.

Но теперь у меня есть железный аргумент в споре с теми, кто считает, что "голосуй - не голосуй..." - и это плюс.

Засим, можно вернуться на какое-то время в сетевые хомячки и вести этот журнал в его обычном русле :))
А в следующем году у нас Мосгордума.
Tags:
Пятки

(no subject)

В этом мире сегодня пусто, сквозит ветер,
Выдувает остатки тепла из углов неба.
Город съежился в скудном холодном ночном свете.
Город дышит неровно и тени бегут нервно
По змеистым линиям трещин в его ладонях,
По шершавым спинам мостов, по щекам скверов.
Больше нет ничего в этом мире - и мир тонет
В вязком мраке. Ни капли надежды, ни крохи веры -

В этом мире холод. Ни спрятаться, ни согреться,
Ни сказать ничего, ни утешиться здесь нечем.
Так уж вышло, прости, у меня больше нет сердца.
Ну давай, Купидон, порази меня в самую печень!
Пятки

(no subject)

Тропка в высокой траве ведет к вершине холма.
Чаша высокого неба ветром полна. Пряма
Линия горизонта. Время - петля.
Мир, пронизанный ветром, начат с утра - с нуля.
К точке нуля дорога привязана словно нить.
Время идет отсюда назад - с вершины холма и вниз.

Плечи щекочут легкие гибкие стебли трав.
Время - петля вдоль границы этих безлюдных пространств,
Тропка уходит в солнечное нигде.
Мир заливает солнцем. Солнце дрожит в воде
Острыми бликами. И на влажном речном песке
Свет растекается пятнами. Мы еще никогда ни с кем.

Здесь ничего не бывает, значит все может быть.
Нас еще можно выдумать, нарисовать, сочинить.
Я считаю до ста и иду искать.
Вечер как дверь раскрывает в золотых облаках закат.
Мир с вершины холма единым взглядом объят
Россыпи звезд. Я еще не знаю - какая из них твоя?

Теплая ночь на излете лета. Реальность, которой нет.
Где-то в песке времен найдется зарытый в детстве секрет -
Синий осколок стекла, мишура, фольга...
Сказочный блеск слепящих, льющих счастье богатств.
Я закрываю глаза, я твержу "досчитай до ста".
Весь этот мир как будто играет тебя и меня с листа.

Божья коровка живая в спичечном коробке,
Синий осколок стеклянный стиснут в руке. К реке
Тянутся по небу белые облака.
Мир отражается в небе. Небо несет река.
Небо несет река на зыбкой своей спине.
Вечность на вдохе, любовь на выдохе - смерти здесь просто нет.
Tags: ,
Пятки

Август

114.57 КБ

Привет, мой Август, встрепанный безумец,
Ты вовремя, но как всегда, нежданно.
Твоя печать лежит на лицах улиц,
Бесспорна, бессловесна, бездыханна.
Твой взгляд уже скользит прохладным ядом
по острой кромке вечера и ночи.
Мы, как всегда, не вместе, просто рядом,
в пчелиных сотах летних одиночеств
Янтарным медом.

Жаркое дыханье
Неровное - доводит до озноба,
до дрожи. Но в масштабах мирозданья
Все это блажь, мой друг. Мы знаем оба,
как время эту пьесу отыграет.
Всегда одну, в бессчетных сотнях версий.

И это лето тоже умирает.
Ты здесь не просто так, мой ангел смерти –
Ты медленно идешь его следами,
Сжимая нож в руке, твердя – "absurdum"...
Ты знаешь - невозможно эту данность
Принять как есть и сохранить рассудок.
Ты пьян, золотоглазый мой мучитель,
Тебя качает ветром как прибоем.
И мимо нас как ветер - время мчится.
Немного остается нам с тобою:
Десяток дней - бессмысленная небыль.
Коснуться влажных губ, обнять за плечи,
Закрыть глаза - и падать в это небо.

Бездонно.

Безнадежно.

Бесконечно.
Tags: , ,