Химера (_chimera_) wrote,
Химера
_chimera_

"Рёма" Хиллсборо в пересказе Samui Kaze - 10

После несколько затянувшегося перерыва новый выпуск нашего Бакумацу-радио. И сегодня речь пойдет о том, как Рёма опять с Ханпейтой ругался, как вербовал учеников для Кайсю, и о том как два чиновника за Рёму заступались. Специальный гость программы - дайме Тоса, Ёдо Яманоти *))


После убийства регента Тойо и воспоследовавших перемен, Такети Ханпейта, хоть и был самураем низшего ранга, фактически стал правителем хана Тоса. Последователи его были многочисленны а влияние, которое он приобрел было большим чем у самого князя, который мог только исходить бессильной злобой в своей резиденции в Эдо. Себя же Ханпейта именовал Щитом императора (ЧСВ такое ЧСВ).
Одним из наиболее преданных Ханпейте людей был Окада Изо, который хоть и не входил в партию Тоса, но подчинялся Такети беспрекословно. В один из дней Ханпейта приказал Изо убить Иноэ Саитиро, представителя полиции Тоса, который – как опасался Ханпейта – мог разведать, кто стоял за убийством Тойо и донести князю, который вот-вот должен был отправиться в Киото через несколько дней.
Тем же вечером (2 августа) Изо и еще трое его сообщников подстерегли Иноэ – кстати, своего знакомого – убили и столкнули тело в реку. Это было первое убийство, совершенное Изо, который с того дня убивал направо и налево по приказу Ханпейты – и получил прозвище “Мясник”. К концу “правления” Хайнпейты число его жертв достигло 20 и Окада Изо снискал репутацию одного из наиболее опасных людей.
Спустя несколько недель после того как Рёма поступил на службу к Кацу Кайсю у дома чиновника остановился паланкин с двумя сопровождающими – Ханпейта теперь путешествовал с помпой, одет был в шелка имел при себе изукрашенный меч как у придворного аристократа.
Рёма уже прослышал об убийствах и не сомневался кто за ними стоял. Деяния Ханпейты его не восхищали, но все же он был рад видеть своего приятеля. Ханпейта же испытывал нечто вроде отвращения: по его мнению Рёма не просто отрекся от их идей, но и продался противникам.
- Мне не верилось, что ты так поступил, однако вижу, что это правда, - с негодованием произнес Щит императора.
- Ничего ты не понимаешь, - ответил Рёма, - я работаю на величайшего человека в Японии. И предупреждая твой вопрос, я охраняю его от таких маньяков как ты. Кем ты стал? Для чего все эти убийства? И я не отказался от своих убеждений, я по-прежнему хочу изгнать чужеземцев из Японии, но действовать предпочитаю по-другому.

Благодаря общению с Кайсю Рёма лучше многих представлял сложившуюся ситуацию. К сожалению, и двор, и император пребывали в опасном заблуждении, что Японию подчинить невозможно; вдобавок к этому, бунтовщики Тоса и Тёсю под началом Ханпейты и Кусаки убедили двор потребовать от Эдо отказаться от заключения договоров. Правительство Эдо оказалось в крайне невеселой ситуации: оно боялось отклонить договора в страхе спровоцировать войну, и не могло не выполнить требование императора, поддерживаемое княжествами Сацума, Тоса и Тёсю. В конечном итоге, сегунат дал расплывчатое обещание “со временем закрыть страну от варваров”. Воодушевленный двор потребовал назначить конечный срок – и если до указанного времени варвары не будут изгнаны, императорские войска должны были начать наступление на Эдо.
Ханпейта мрачно посмотрел на Рёму:
- Скажи-ка, - спросил он, - ты все еще сторонник императора?
- Я японец, - отрезал Рёма.
Подобное заявление тоже не вполне укладывалось в голове у Ханпейты, да и наверное у большинства народу в то время: в стране, разбитой на княжества, родиной самурая был хан. Родившийся в Тёсю был Тёсю. Такети Ханпейта и его последователи из Тоса были Тоса и мыслили в рамках одного хана, придворные были на стороне императора, родившиеся в землях Токугава были сторонниками бакуфу. В отличие от подобного взгляда на вещи Кацу и Рёма мыслили шире. Рёма понимал, что даже если Тёсю, Сацума и Тоса преуспеют в своих замыслах и свергнут бакуфу, на том их объединению и конец – снова начнется борьба за влияние. По мнению Рёмы, чтобы избежать иностранного ига страну необходимо объединить полностью, отказавшись от феодальной системы, т.е., уничтожить понятие хана, поскольку каждый из них радеет только о своих интересах. Однако он также понимал, что открыто озвучивать такие предложения время еще не пришло, а потому он терпеливо выжидал. Ханпейта же его убеждений не разделял.
- Никогда ты не изменишься, - с досадой сказал Рёма, - такой же твердолобый как и всегда. Сам же говорил – все в нужное время. Ну свергнете вы бакуфу, кто придет к власти? Двор? Хорошо, а кто остановит варваров от нападения? Вот для чего нужен этот человек, - он кивнул на дом Кайсю, - сейчас он важнее всех в Японии, возможно он наша последняя надежда. Ты же сам говорил, что для того чтобы наверняка одолеть врага, нужно сперва полностью узнать и понять его. Кацу Кайсю этим как раз и занимается, он изучает Запад, но уж явно не по тем причинам, которые ты себе вообразил – никак не для личной славы или своего хана. Для всей Японии. И вот что я тебе скажу – если с ним что-нибудь случится, то я лично сделаю все, чтобы никто из причастных не выжил.

Так и не достигнув понимания они расстались. Ханпейта предложил встретиться чуть погодя, но Рёма сказал что не может прийти в казармы Тоса, ведь его тут же арестуют. Ханпейта пояснил, что он остановился в квартале Рюнокути, в квартирах для придворных и Рёма может найти его там.

Некоторое время спустя, одним декабрьским вечером у храма Тифуку на Рёму напал никто иной как Изо. Рёма атаку отбил и был весьма изумлен, обнаружив кто именно покушался на его жизнь. Окада объяснил, что принял его за другого:
- Мне сказали о предателе, который тут пытается вербовать сторонников императора сражаться за бакуфу.
- Это кто тебе такое рассказывал? - хмыкнул Рёма
- Ну, один человек из Мито. Спросил не я ли Мясник и сказал, что есть такой ронин, живет при храме Тифуку...ну и работает на Кайсю, - ответил Изо.
- Идиот, это я и есть!
- Ты? Но Рёма, Такети-сенсей сказал нам, что Кайсю продался варварам.
- Мозги вам пудрит ваш Ханпейта, а вы верите, - сказал Рёма в сердцах, - кто-нибудь знает, что ты здесь?
- Нет, - ответил Изо, - я сам решил убить тебя - в смысле предателя...
- Завязывал бы ты с этим. Завтра я встречаюсь еще с тремя из Тоса, приходи и ты тоже – поговорим. Заезжий двор “Сакура”.

Но в “Сакуру” Изо не пришел. Рёма встретился с тремя приятелями из Тоса – один из них был его собственным племянником, сыном старшей сестры – и попытался убедить их пойти к Кайсю в ученики – изучать морское и военное дело. Разговор был достаточно долгий, однако в конечном счете Рёме удалось завербовать их и еще троих человек, также из своего Хана. Двое из них были учениками Кавады, так что их убеждать особо и не пришлось. Рёма привел их в порт Хёго, к западу от Осаки, откуда они вместе с Кайсю должны были отплыть в Эдо на борту военного судна “Дзюндо Мару”. Корабль вышел из порта 13 января 1863, однако под конец путешествия погода вынудила их сделать остановку в Симода, где они застали никого другого, как дайме Тоса, Яманоти Ёдо.

Яманоти отплыл из Эдо днем ранее, покинув столицу впервые за четыре с половиной года с момента своего ареста. Он планировал остановиться в Киото на пути в Коти, где не был уже шесть лет, но из-за непогоды корабль был вынужден зайти в Симода. Главной причиной возвращения князя в Коти было желание приструнить партию роялистов Тоса, заставить их пожалеть об убийстве регента Тойо – и уж конечно Ёдо совершенно не устраивало, что какой-то низкородный самурай фактически прибрал к рукам его владения. Не исключено, что дайме так стремился подавить партию Тоса и потому, что сам не мог выступить против бакуфу, поскольку его предок был обязан своим положением дому Токугава.
Ёдо и Кайсю были старыми знакомыми и Кацу был одним из немногих людей в правительстве, к кому князь Тоса питал глубокое уважение. В значительной степени они оба разделяли сходные взгляды, правда в отличие от Кайсю князь Ёдо не горел желанием заполнять важные посты низкородными самураями и уж тем более простолюдинами.
Кайсю застал дайме Тоса за традиционной послеобеденной выпивкой и получил предложение присоединиться. Князь протянул ему алую стеклянную чарку с изображением оленя в заснеженном лесу.
- Это моя любимая чарка для саке, - пояснил он, - я предлагаю ее только своим наиболее уважаемым друзьям и только по особым случаям.
- А что за особый случай сегодня? - спросил Кайсю
- Ну как же, если память меня не подводит, то сегодня первый случай, когда мы с вами вместе пьем, – ответствовал князь.
Беседа перешла на политические темы, но через некоторое время Кайсю заметил, что он пришел не просто беседы ради, а с небольшой просьбой к князю.
- Видите ли, я набираю себе людей, и пожалуй наилучший из них родом из вашего великого хана, - осторожно сказал Кайсю, полагая что не стоит пока сообщать Ёдо, что все его новые последователи вышли из Тоса.
- Правда? И кто таков?
- Сакамото Рёма.
- Сакамото Рёма, - повторил Ёдо, - первый раз слышу.
- Неудивительно, он всего лишь низкородный самурай, - натянуто улыбнулся Кайсю
- А, ну так забирайте его себе, - усмехнулся Ёдо
- Ценю ваше великодушие, - Кайсю прокашлялся, - только вот Рёма покинул хан без разрешения и, понимаете, нашей работе несколько мешает тот факт, что его могут в любую минуту арестовать.
- Ну и что вы предлагаете? - кисло осведомился дайме.
- Вот если бы вы могли простить его – и Савамуру Сонодзе тоже. Они оба достойные люди, очень помогут мне в создании флота.
- Ну, - сказал Ёдо, - если вы полагаете, что они больше ничего не набедокурят и будете приглядывать за ними, то полагаю можно оказать вам такую любезность. Считайте, что оба прощены.
- Благодарю, - поклонился Кайсю, - но при всем уважении, поскольку мы только что пили, вы не позволите мне попросить у вас что-нибудь на память о вашем обещании?
Ёдо хлопнул в ладоши и приказал принести принадлежности для письма. Он вынул из-за пояса белый бумажный веер, обмакнул кисть в тушь и, написав на веере несколько знаков, положил его на пол перед Кайсю.
- Как насчет такого?
Надпись на веере гласила: “Пьян триста шестьдесят дней в году” после чего шла подпись “Пьяный князь китового моря”.
- Замечательно, - с усмешкой ответил Кайсю, осторожно складывая высохший веер.

Помимо Кацу Кайсю Рёме симпатизировал еще один чиновник режима Токугава – дайме Фукуи, занимавший пост начальника политического отдела – по сути, наиболее влиятельный в правительстве Эдо. Мацудайра Сюнгаку также пострадал от репрессий Ии Наоскэ, однако после смерти регента восстановил свое положение. Сюнгаку был близким другом Ёдо, но в отличие от него полагал, что происхождение не суть важно, если человек умен и талантлив. Это он написал то самое рекомендательное письмо к Кацу Кайсю, с коротым к тому явились, замышляя покушение, Рёма с Дзютаро Тибой.
Князь Фукуи, по описаниям был светлокож, с широким лбом, небольшими глазами, и столь тонкими чертами лица, что его можно было спутать с женщиной *гм, помню я как автор Кацуру описывал, ну допустим*. В то время когда он и Ёдо пытались сделать Ёсинобу наследником сегуна, Сюнгаку частенько приходилось тайком видеться с Ёдо, переодевшись в женское платье. Ёдо однажды в шутку с непрошибаемым видом изрек, что Сюнгаку просто красотка, руки так и чешутся раздеть – но князь Фукуи шутку не оценил.
Князь Сюнгаку вызвал к себе Рёму на разговор.
- Я слышал, - сказал дайме, после некоторых расспросов, - Кацу говорил о вас с князем Ёдо. Мы с ним старые друзья, и думаю я смог бы убедить его простить вам побег из хана. Хотите чтобы я с ним поговорил?
- Почему бы нет, - беспечно ответил Рёма.
Дайме расхохотался:
- Почему бы нет! - повторил он, сраженный реминым отношением, - ну что ж, тогда пожалуй поговорю.

Вскоре Сюнгаку встретился с Ёдо и тот в скором времени издал соответствующее указание. Сакамото Рёме было объявлено прощение через 11 месяцев и 1 день со дня его побега из Тоса.

From _chimera_:
Поправка к предыдущему выпуску: меч Кайсю привязан к ножнам, потому и не вынимается. Samui Kaze изменила соответствующее место. Кстати, если кто помнит, в каких случаях еще так делали - пусть он расскажет, ок? Мне смутно помнится, что при обращении со знатными пленными, но я же и совру - возьму недорого. В сёгунском замке?..

Продолжение следует.
Tags: Рёма, бакумацу
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments