?

Log in

No account? Create an account
Широко закрытые глаза

> recent entries
> calendar
> friends
> profile
> previous 20 entries

Thursday, August 17th, 2017
8:18 am - "Рождение нации. Часть 2" реж. Дэвид Уорк Гриффит, 1915
Сетка телевещания, тем более в конце лета, верстается сильно заранее, поэтому показ "Рождения нации", причем именно 2-й его части, наиболее одиозной, вряд ли привязан к новостям из Вирджинии. Но совпадение, ей-богу, очень кстати. Эпопея Гриффита считается первым блокбастером мирового, ну или по крайней мере американского кино, признанным шедевром, произведением, определившим эстетику и технологию кинематографа на десятилетия вперед - но уже и по выходе вызывавшим скандалы (в частности, французы демонстрацию картины запретили!); сегодня оно едва ли покажется увлекательным как зрелище, слишком уж архаично; но вызывает необычайный интерес именно в исторической ретроспективе - и перспективе, причем не только в сугубо кинематографическом аспекте.

Мировую славу, успех и деньги Гриффиту, как я понимаю, больше принесла все-таки первая часть "Рождения нации", с мощными батальными сценами. Часть вторая - будто бы "мирная", посвящена жизни на юге сразу после поражения в гражданской войне. Сюжетные линии двух равно уважаемых семейств, северного и южного, продолжаются, развиваются, чтобы к финальному апофеозу увенчаться символичным браком их представителей, но не за романтическими перипетиями приходится теперь следить в первую очередь.

Концепция "Рождения нации" такова: после окончания войны на благопристойный и высокоразвитый юг устремляются авантюристы с севера, чтобы воспользоваться неполноценностью негров и с помощью получивших права вчерашних рабов нагреть руки, добиться к власти, прибрать собственность бывших рабовладельцев. "Саквояжники", как здесь именуют пришлых мерзавцев, и местные коллаборанты-юнионисты рассчитывают взять власть посредством "демократических" выборов, в которых теперь участвуют освобожденные рабы, составляющие большинство населения - "высокомерные негры", как называют их создатели картины. "Эти свободные ниггеры с севера впрямь чокнутые" - характеристика, вложенная в уста чернокожей служанки-южанки, остающейся преданной своим прежним хозяевам совсем как чеховский Фирс после "несчастья", то бишь "воли".

Застрельщиком геноцида белых жителей Юга по сюжету служит, впрочем, даже не негр, но мулат Сайлас - главный отрицательный персонаж, неукротимый радикал. Усилиями его сообщников в конгрессе штата черных оказывается в четыре раза больше, чем белых; белокожее угнетаемое меньшинство вытесняют из зала на стоячие галереи; спикер принимает распоряжение, что белые обязаны приветствовать черных представителей администрации на улице, снимая шляпу; заодно всех членов конгресса обязывают... носить обувь - некоторым и то в новинку.

Короче говоря, белые на послевоенном юге оказываются в положении евреев нацистской Германии, если не хуже, потому что негры, помимо всего прочего, открыто преследуют и безнаказанно насилуют белых девушек; самые достойные из благородных южанок - такой эпизод есть в фильме - предпочитают прыгнуть с обрыва и смертью избежать позора, подавая остальным белым "урок чести". По сравнению с картинами, живописуемыми Гриффитом, не то что "Унесенные ветром" (к тому времени еще даже не написан роман Митчелл, не говоря уже о фильме Флемминга), но и "Еврей Зюсс" (поразительно перекликающийся с "Рождением нации" многими сюжетными мотивами, в том числе что касается покушений на девушек; только у Харлана вместо негров, понятно, евреи) покажутся образчиками "толерантности".

Что вдвойне забавно, если учесть: всех видных персонажей-негров, от политиков до насильников, в фильме играют загримированные белые - настоящим неграм в 1910-е годы дозволялось сниматься лишь в эпизодах. Это, конечно, с вековой дистанции не добавляет "Рождению нации", каким бы шедевром его не признавали, исторической достоверности, хотя что на самом деле творилось в южных штатах сразу вслед за поражением конфедератов - можно только догадываться: в этом смысле поборники расовой толерантности не уступят по части мифологизации истории русскому военно-историческому обществу. И даже если спустя полвека после описанных событий произошел откат в расовых вопросах - то можно допустить такое, наблюдая, как на нашей собственной памяти и в гораздо более сжатые сроки страна еще крупнее территорией перешла от государственного воинствующего атеизма к государственной воинствующей религиозности, причем не меняя практически демагогической пропагандистской риторики.

Самое удивительное и прелестное в "Рождении нации" - даже не зверства негров, которым слишком поспешно и бездумно даровали свободу (хотя я грешным делом подумал: а вот гениальный провокатор Ларс фон Триер в своем "Мандерлее" не сознательно ли обыгрывает, если не вовсе пародирует эти столетней давности мифы, как минимум заостряя вопрос, насколько они соответствуют действительности - вдруг окажется, что в мифах немало истины?!), но история возникновения ку-клукс-клана, показанная мало того героически, но и на высочайшем градусе патетики, опять-таки, превосходящем по замаху монументальные кинополотна раннего СССР, гитлеровского Рейха и сегодняшние православные мистерии. Подсмотрев, как дети пугают негров, завернувшись в одеяла, один из создателей клана-"ордена" придумывает для его будущих членов поистине "рыцарские" одежды. Тысячи женщин юга втайне шьют их - "и ни одна не стала предательницей", подчеркивается в титрах.

Собственно, в оригинале фильм и называется "Член клана", но это уж совсем неприлично звучит по сегодняшним западным меркам, там уже и "Унесенных ветров" с их куда более умеренной про-конфедератской идеологией подвергают ревизии, а картина Гриффита, как ни крути - оголтелая расистская пропаганда, доводящая идею превосходства белых над черными до такого абсурда, что в конечном счете работает против расовой дискриминации намного эффективнее любых "просветительских" усилий обратного толка (вот последние как раз скорее побуждают записаться в ку-клукс-клан, пока не поздно).

Ку-клукс-клановцы - буквально - это рыцари в белом, нарядные, бесстрашные, спасающие от черных орд представителей "арийской" расы (термин "арийцы" употребляется авторами!), созидающие разорванную было войной единую американскую нацию, с обязательным "триумфом воли", победным маршем в финале (кстати, одно из достижений "Рождения нации" - первый в истории кино оригинальный, специально для картины написанный саундтрек) - это, конечно, сегодня выглядит, с одной стороны, дико. С другой, трудно уложить в голове, что авторы не выворачивают исторические реалии наизнанку, прибегая к сатирической аллегории (типа "Планеты обезьян"), но абсолютно серьезны и настаивают на достоверности событий, апеллируя ни много ни мало к авторитету Вудро Вильсона. И плюс к тому, хочешь не хочешь, а с оглядкой на новости (и опять-таки на "Планету обезьян") "Рождение нации" воспринимается еще и как антиутопия, которая если и не осуществилась полтора века назад, но может осуществиться в обозримом будущем, и все тенденции к тому налицо.

(comment on this)

Wednesday, August 16th, 2017
9:22 am - что говорить, когда нечего говорить
Из-за давно копившейся, но навалившейся внезапно приступом усталости решил не выискивать надуманных развлечений, а по приезде из Выборга залечь дома перед телевизором - вот уж где всегда есть что посмотреть! И посмотрел - кой-какие фильмы, старые и очень старые, но для себя новые; и пару серий про Эркюля Пуаро, виденные двадцать лет назад, но подзабытые; открытием же стали для меня проекты Первого канала, на которые я обычно, проводя вечера вне дома, не попадаю.

Сперва юбилейный вечер шоу-балета "Тодес" позволил "насладиться" концертом, формат которого, казалось мне, устарел еще в бытность мою подростком - тогда "Тодес" был на подъеме, да еще и лет пятнадцать назад давал большие концерты без участия эстрадных певцов, чисто танцевальные программы, причем с разными составами танцовщиков. Времена поменялись, и "Тодес" по большей части вернулся на подтанцовки - но к кому... Все те же поистаскавшиеся "звезды", да еще не при каждом потанцуешь: ну ладно Максим Галкин, плясать под разговорный жанр было б совсем уж странно, но и Лариса Долина в концерте, посвященном юбилею "Тодеса", предпочла обойтись без балета. Хорошо что для таких случаев пока еще есть Буйнов и Жасмин, которые, наоборот, без танцев считай что и не пели.

Далее - "Три аккорда", вообще сенсация, никогда прежде не видел этой расчудесной программы. Звездные участники поют песни, так или иначе, прямо или косвенно отнесенные к жанру "шансона", а звездное жюри из представителей соответствующего жанра их как бы "оценивает". Ну песенные номера даже ничего себе, веселые. С конферансом Максима Аверина лучше смириться заранее, иначе до песни не дотерпишь. Но "а судьи кто" - вот где песня! Александр Новиков по поводу каждого номера вспоминает, что он "сидел", а вот что руководил культуркой в Свердловске, артист-уголовник предпочитает не вспоминать. Зато с каким апломбом выдает по поводу "Как упоительны в России вечера", цепляясь за строчку "и вальсы Шуберта, и хруст Французской булки" - "Шуберт никогда вальсов не писал!", и Вика Цыганова, чей голос коллегами по жюри охарактеризован как "бельканто", добавляет лыко в строку - "Шуберт только польки писал" - таковы "плоды просвещения! Ну по крайней мере поклонники "русского шансона" теперь знают, что Шуберт "вальсов не писал, только польки" (хотя у Шуберта вальсов - десятки; впрочем, тогда уж и к "голубым глазам поэта" надо цепляться).

Ну да Новиков и Цыганова - люди при всем своем звездном статусе простые, незамысловатые. То ли дело сок русской интеллигенции, их коллеги Михаил Захарович Шуфутинский и Александр Яковлевич Розенбаум! С какой тонкостью и чуткостью они отнеслись к каждому слову - на вес золота - не только "Упоительных в России вечеров", но и "А поезд чух-чух-чух, огни мерцали", Александр Яковлевич, что значит настоящий большой поэт, тут же вспомнил и предложил аутентичный одесский вариант с окончанием на "мама ух". И к участникам, особенно к Елене Воробей, исполнявшей "Жигана-лимона" из репертуара Михаила Круга, отнеслись с исключительным пиететом, редко кто давал "короля", а все больше - "туза", на шоу "Три аккорда" именно "туз" идет за высший бал! Кто бы мог подумать, ведь тот же Михаил Круг покойный пел: "Но не очко обычно губит, а к одиннадцати туз".

Однако ни с чем не сравнимая сенсация - спец-выпуск "Пусть говорят", посвященный Андрею Малахову: то ли уходит, то ли не уходит, не то вышла замуж, не то переломила ногу - а какой накал страстей, и ведь интрига ни одного дня, а сопоставимая по масштабу как минимум с дважды изнасилованной Дианой Шурыгиной или "стеклянным мальчиком". Кстати, и "стеклянный мальчик" в студии был, и коллеги Малахова, вспомнили и про Зыкину, и про Гурченко - Малахова представили напоследок "самым человечным человеком", что, готов подтвердить на личном опыте, некогда вполне соответствовало действительности, сейчас, боюсь, в значительно меньшей степени. И повода вроде нет фактического, ничего не случилось - а какой сюжет из пальца высосали. И ведь все смотрели. И я смотрел.

Да и пусть говорят, поют, пляшут - жалко, что ли? Правда, тем временем весь актив прогрессивного человечества, оказывается, следил за рэп-баттлом Oxxxymiron и Гнойного. Как же я этого Гнойного-то пропустил?

(3 comments | comment on this)

Tuesday, August 15th, 2017
12:00 am - Выборг по чесноку
За пару дней до нашего приезда в Выборг теплоход-хостел, что годами маячил возле гостиницы "Дружба" (я ни разу не ступал на борт, а Князенька живал и "хулиганил" там с местными) сгорел и затонул - из него разлилась солярка, так что фонтана, раньше всегда бившего из центра "ковша", мы не увидели. По счастью это было единственное, что отличало нынешнее "Окно в Европу" от предыдущих в худшую сторону - если вообще стоит обращать внимание на подобную мелочь. Во всех прочих отношениях 25-й фестиваль удался на редкость. Даже с погодой против всех прогнозов повезло - только шквальный ветер в первый день и гроза после закрытия, когда мы уже садились поезд; а так за всю неделю - ни дождинки, удивительное дело по стандартам местного климата. Князенька в какой-то момент заметил: "Завтра наконец-то пойдут дожди".-"Тебе нужен дождь?"-удивился я.-"Мне нет, но пусть хоть прогноз погоды сбывается." А вот не сбылся!

Да, опять меня поселили в "Дружбе" с Князенькой - это мой крест, но с другой стороны, кого бы еще я мог с чистой совестью угнетать? К тому же Князенька старался не нарушать санитарных норм, насколько это ему по силам и по натуре. А я со своей стороны сдерживал свою нетерпимость - благо по случаю фестиваля каждый день проходили вечеринки с коктейлями, а я, и Князенька, заметив это, воспользовался случаем, добрею, если выпью. При этом порой я предпочитал вечеринку кинопоказу - а они, как на грех, совпадали.

Вообще помимо прочих особенностей Выборг я люблю за не имеющую аналогов "интенсивку" - не так много езжу по фестивалям, но кое-где бывал и сравнивать могу: ни один кинофестиваль не предлагает программы до такой степени насыщенной. Не будет преувеличением сказать - перенасыщенной. И чрезвычайно эклектичной - как по набору работ, так и по раскладу призов. Шутка ли - на церемонии закрытия чествовали одновременно и Александра Сокурова, и "Бабушку легкого поведения"! Но в этом есть своя прелесть - и своя правда. А с тех пор, как добавился конкурс "Копродукция" и программы анимационные, документальные и детские развели с игровыми фильмами по площадкам посмотреть все стало просто физически невозможно, не говоря уже про фестивальные мероприятия, сопутствующие кино - приходится выбирать, и во многих случаях это непросто. Вот я решил посмотреть, не затягивая, "Аритмию" - пожертвовал коктейлями. Пошел на органный концерт в кирху - пропустил "Софичку". Всюду не поспеешь, всего не увидишь - это понятно, но раньше я стремился, старался; сейчас решил малость подуспокоиться, и тем не менее два десятка фильмов увидел, практически все - целиком, от начала до конца.

И самое главное - очень много фильмов не просто сколько-нибудь занятных (любое говно может оказаться по-своему занятным), но действительно хороших, заслуживающих серьезного внимания, если уж не выдающихся. Зато образчиков откровенной мерзости мне попалось всего два - "Три дня до весны" Александра Касаткина и "Сын" Славы Росса. Распределение призов не только в Выборге, но и где угодно вплоть до "Оскара", волнует меня в минимальной степени. Что касается основного конкурса "Осенние премьеры" - разве что несколько обидно за картину Алексея Камынина "Ложь или действия": парень талантливый, пусть может и с перебором амбициозный, но видно было, что отсутствием внимания со стороны жюри он остался обескуражен. Остальные что-то да получили по заслугам - кто-то с перебором, как "Витька Чеснок" (хороший фильм, не спорю - но перехваливать незачем), "Хармс" (для меня категорически малоинтересный, но вероятно, на свой лад важный) или "Девушка с косой" (эту ладно б за что наградили, но за актерский ансамбль - уму непостижимо...), кто-то с недобором, как "Лавстори" (но эти доберут в прокате) или "Лес" (вот кому стоит посочувствовать от души - не все получилось, но работа честная).

Вечеринки сопровождались спец-мероприятиями, с одной из них совместили уже тоже традиционные итоги конкурса "Окно в интернет", победил в нем "Светлячок" Назаровой, который я видел больше года назад в Плесе и на мой вкус это сладкая гадость, зато в призовой программе рад был обнаружить короткометражку "Работа мечты", в первом и лучшем, "ударном" эпизоде которой разглядел Наташу Павленкову - жаль, что сама она не приезжала. Последнюю из вечеринок украсил большим, в двух отделениях, концертом своей группы Артур Ваха, на ресторанной эстраде показавший себя куда эффектнее и убедительнее, чем в уродливом душеспасительном фэнтези престарелого мэтра Константина Худякова по залежавшемуся сценарию Иоанна Охлобыстина "Мотылек".

С большинством представителей фестивальной тусовки, наезжающей Выборг из Москвы, я не общаюсь и даже не здороваюсь, предпочитая уж в крайнем случае иметь дело с такими же, как я, фриками вроде Князеньки или с Заозерской, чем с психически будто бы здоровыми, но увядшими мозгом и растратившими остатки стыда старыми мудаками, мудозвонами моих лет и помоложе, самодовольными истеричными дурами неопределенного возраста. Впрочем, народу едет много - сотни гостей - и среди них на мою социопатскую мизантропскую долю приятного общения хватает, немало времени в беседах, в спорах мы провели с В.А. и К.А.Арбузовыми, Олей Галицкой, Александрой Валерьевной Ивановой, Иришкой Шипиловой, Оксаной Гаврюшенко, Светой Еланской, Юлей Мишкинене, а также Анастасией Разлоговой и Анджеем Петрасом, с которыми познакомились на прошлогоднем фестивале, где они представляли в конкурсе "Прикосновение ветра", а теперь узнали друг друга получше, надеюсь, к взаимному удовольствию. Ну и с большой радостью снова встретился я со своими выборгскими знакомыми, приветствующими меня из года в год, очень разными, но в равной степени достойными людьми - от Людмилы до Кирилла.

Увы, ни в один музей сходить за неделю не успел, даже на сменную выставку в филиал Эрмитажа, хотя он располагается совсем рядом с кинотеатром "Выборг-палас". Забежал только на фотовыставку "Выборг в кино", и то между делом. Прежнего "библиотечного дня", когда после закрытия мы еще сутки проводили в Выборге, в режиме "свободного плавания", ох как не хватает! Мне особенно, ведь во время фестиваля я нередко за целый день вовсе не выхожу из кинотеатра с утра до ночи буквально, а теперь поставил новый рекорд, однажды просидев безвыходно в зале (не отлучаясь даже, пардон, в туалет) восемь с половиной часов, более чем полноценную рабочую смену, без обеденного - в буквальном и переносном смысле - перерыва!

Но провести закрытие в крепости не помешал даже ремонт музейного комплекса и затянутую строительными лесами башню святого Олафа - только церемонию устроили не в верхнем внутреннем дворе, как обычно, а в нижнем, более просторном и укрытом от ветров, как и в первый мой год пребывания на фестивале: нынешний, ни много ни мало, для меня уже седьмой! Не очень удачно, наверное, вышло с посадочными местами, которых хватило примерно на четверть гостей - мне по немощи моей стульчик забронировали, но, к примеру, Сокуров остался стоять, и отказался садиться, даже когда ему персонально предложили - продемонстрировал смирение. Прошла церемония тем не менее весело, и против моих опасений на банкете всем хватило закуски, а выпивка так еще и оставалась, когда мы с Людмилой и Светланой уходили.

В прошлом году с фестивалем мое путешествие лишь началось - из Выборга я отправился в Хельсинки, далее в Будапешт и оттуда поездом во Львов, вернулся лишь через три недели после отъезда на "Окно в Европу". Теперь все вышло проще - под раскаты грозы и "наконец-то" пролившегося мощного дождя (Князенька должен быть доволен, но он-то как раз с нами и не поехал, а остался ночевать в Выборге; а утром не успел на обещанный ему "Сапсан" и был отправлен бизнес-классом) практически вся фестивальная общественность дружно загрузилась в поезд "Лев Толстой" и покатила прямиком до Москвы.

(1 comment | comment on this)

Saturday, August 12th, 2017
11:21 am - "Мотылек" реж. Константин Худяков ("Окно в Европу")
Алена Бабенко, не только сыгравшая главную роль, но и выступившая продюсером проекта, говорила, что долго "болела" рассказом Ивана Охлобыстина. На взгляд мало-мальски здравомыслящего человека трудно понять, что в этом наркоманско-мессианском полубреду-полустебе может всерьез зацепить, "заразить" - но у воцерковленных свои резоны, видимо. Расстрига Иоанн тоже в "Мотыльке" снимался, только роль у него эпизодическая - владелец (ну или шоумен, ведущий, кто он там) закрытого клуба экстремальных игр, где пропадает и проигрывает герой Анатолия Белого. Ему приходится связанным в наполненной колбе водой выживать, искать и подбирать ключи от замка своих пут, при том что он типа где-то консул и богатый человек, а все проиграл, теперь его должны убить, правда, киллеров ему поначалу удается обмануть.

Героиню же Бабенко зовут Лера, она бывшая жена игромана-экстремала-консула, для поправки бюджета организовавшая придорожный и одновременно приморский бордель. Однажды на загородной дороге Лера чуть было не наехала на ангелоподобную девочку лет девяти, которая одна ночью спасала у обочины бабочек из-под колес. Девочка уверяет, что родители ее улетели в Италию, а она идет к бабушке, бабушка живет дома, в квартире, на улице с трамваями - более точных сведений у девочки Кати, Катерины Андреевны, нет, но Лера подбирает ее и, выслушав дорогой в исполнении Кати стихотворение Гумилева "Жираф", прослезившись и расчувствовавшись, планирует девочку доставить бабушке, которая раньше была ученым-физиком, а теперь поет в церковном хоре.

Но этим планам не суждено сбыться - доехав до своего заведения Лера с возмущением узнает, что отдыхавшие чиновники скопом покалечили одну из работниц, ее надо везти в больницу. Попутно героиня Бабенко и сама лишний раз проверяется у лечащего врача (Эммануил Виторган) - она же умирает от неизлечимой болезни, и смерть может наступить в любой момент. Поэтому терять маме Лере нечего. И когда по возвращении она узнает, что девочку похитил дальнобойщик на фуре, она с товаркой по борделю, вооружившись винтовкой и запасом разрывных патронов, отправляется в погоню.

Третий главный персонаж истории - этот самый дальнобойщик, которого играет Артур Ваха. Огрев по голове огнетушителем напарника и присвоив груз кокаина (а без кокаина евангелие от Охлобыстина не воспринимается, я так понимаю) он едет с запасом порошка на Москву, и заворачивая к борделю, чтоб "отдохнуть", и среди всех насельниц заведения-дебаркадера выбирает... девятилетнюю девочку. То он ведет себя как нормальный педофил, трогая ребенка за щечки, то принимается исповедаться о своем трудном детстве, как он остался сиротой - впрочем, одно другому не мешает и не это важно.

Понятно, что охлобыстинская история, эта и остальные, разворачивается в параллельном мире, говорить что таких клубов нет, таких борделей нет, таких игр нет, таких проституток нет - бессмысленно. (Проститутка, сопровождающая Леру в погоне, говорит, что за год у нее было... всего двое мужчин! Ну если это проститутка - то кто же я тогда...). Но думается, что Иоанн со всеми своими закидонами все-таки больше стебется, нежели проповедует. В фильме Константина Худякова, режиссера почти 80-летнего, строгого реалиста старой советской закалки, открытый комизм и абсурд сохранился разве что в клубном эпизоде, где, пока Анатолий Белый трепыхается в колбе с водой, за девочкой Катей присматривает служащий-негр, рассказывает ей, что он африканский принц, но королем станет, если закончит институт с красным дипломом, короля без красного диплома африканский народ не примет - это, допустим, забавно. Все остальное, да еще приправленное православной духовностью, как ее понимает Охлобыстин и воспринимает через него Бабенко, стилистически выстроено в достаточно реалистическом ключе и выглядит абсолютно идиотично, но вместе с тем совершенно не смешно.

Окончательно с катушек история слетает вместе с подстреленной фурой - Бабенко бьет без промаха, грузовик падает с моста в реку, дальнобойщик и девочка тонут, глядь - а девочка-ангелочек опять под деревом сидит, встречает Леру. Но Леру потом все равно настигнет болезнь, ее мужа киллеры, а дальнобойщик так и утонул. Поэтому когда в финале все трое погибших двигают на свет через туманный лес и их ожидает на горизонте все та же Катерина Андреевна в сиянии неземном, а за кадром (Бабенко?) читает "Уж сколько их упало в эту бездну", и тут уж без всякого Охлобыстина хоть святых выноси.

P.S. Князенька на всех пресс-конференциях просит рассказать смешной случай со съемок, а у меня был смешной случай на просмотре. Артур Ваха от лица своего персонажа говорит ангелочку-Катерине Андреевне во время погони: сыграем в "у кого выше клиренс" - и позже объясняет, что такое клиренс, но я мало понимаю в технике, подавно в автомобильной, и слова такого не знаю. Поэтому мне, еще и при соответствующем настрое, послышалось "у кого выше клирос", а Людмиле - и вовсе "клитор".

(2 comments | comment on this)

3:06 am - "Хармс" реж. Иван Болотников ("Окно в Европу")
До обидного поверхностная вещь на тему судьбы Хармса - смесь традиционной, дежурной, "датской" кинобиографии поэта с малобюджетной скудоумной фантасмагорией, вдохновленный хармсовским творчеством. Хармс с друзьями-обэриутами (кстати, ни разу - ! - не возникает в фильме слово "обэриуты") выпивает и читает вслух стихи, встречается с девушками и им тоже читает стихи, ходит к редакторам и читает стихи им, пробует наладить отношения с отцом, живет словно внутри перманентного карнавального перформанса вместе со своим окружением и персонажей собственных произведений, гражданином Кузнецовым, Бобыревым и Пузыревым и т.д. За Хармсом следит племянник Сно, которого играет Никита Кукушкин, он же является его арестовывать.

В целом же картина не "звездная", в ней "медийных лиц" не переизбыток, за главную роль играет Войцех Урбаньски, а кроме Никиты Кукушкина без подсказок можно опознать разве что Юрия Ицкова (Сно) да Александра Баширова, для роли дурковатого соседа которому не пришлось выходить из привычного имиджа (он и на представлении фильма выступал в подпитии). Трудно, даже более-менее зная контекст, разобраться и в персонажах - Введенского, Заболоцкого, Олейникова вычислить можно, с некоторыми другими сложнее. Зато на проходящую через Дворцовую площадь даму в шляпке Хармс с Введенским заботливо указывает зрителю: "Анна Андреевна!" Тюремные сцены сделаны в ЧБ, но переключение с цвета, номинально оправданное, в таком случае кажется чересчур банальным. Музыка Сони Петровски - контрафактный Гласс с соло для саксофона (рискну предположить, его записывал Андрей Сигле, коль скоро он выступает продюсером проекта).

Вероятно, как минимум отчасти создатели "Хармса" преследовали цели "просветительские", но по этому поводу могу сказать ответственно: мимо кассы - туземные тетушки восприняли болотниковского Хармса как городского сумасшедшего, неотличимого от его героев, а что с ним случилось, попросту не поняли. Валить на теток немудрено, но и в самом деле - информативно и лапидарно на титрах под конец сообщают, кого когда арестовали, а непосредственно в фильме даже не упоминается про "дело детского сектора Госиздата", неизвестно, куда и в какой момент пропадает Николай Олейников, при каких обстоятельствах на самом деле забрали самого Хармса. Зато есть кадры, где Яков Друскин разбирает рукописи Хармса - что это Друскин и я, признаюсь, сообразил только благодаря финальным титрам. Ну и стихи, конечно - если кому лень было почитать, можно тут послушать и Хармса, и Введенского заодно (Введенский на набережной Невы читает Хармсу "Элегию"...), по счастью я отличаю одно от другого, а кто не разберет - видимо, с тем и останется.

Однозначно "Хармс" по степени безвкусицы, примитива, идиотиотичности и антиисторизма далеко не догоняет ни Безрукова-Пушкина, ни "Зеркала" Мигуновой, но тем грустнее, что над этим убожеством и поржать нельзя как следует. Хармс любил стоять у окна нагишом - и в фильме есть соответствующий эпизод: актер Урбаньски торчит в оконном проеме, на него смотрят соседи и реагируют, но камера берет Хармса... выше пояса. Что очень символично - вроде бы показали Хармса, но отрезали то самое важное, ради чего стоило подступать к теме. А тогда разумнее надеть трусы и обратиться к социалистическому реализму.

(comment on this)

3:05 am - "Добрый вечер" реж. Федор Константинович ("Окно в Европу")
И еще один фильм с участием Вилмы Кутавичюте, причем здесь она примеряет на себя сразу несколько образов - только радует куда меньше, чем в "Лавстори", и упреки в том, что она якобы "косит под Ренату", труднее отбивать, поскольку в "Лавстори" эта аналогия обыгрывается и даже прямым текстом обговаривается, а здесь эксплуатируется по умолчанию.

Англоязычные субтитры сверху вниз, смена цветной картинки на черно-белую, цитаты из советского кино-ретро, разбавляющие игру с западными литературно-киношными штампами, построение композиции по принципу темы с вариациями и разделение на главки, каждая из которых представляет собой фантазию на повторяющийся мотив со сменой ролей и смещением акцентов, а между ними обрывки кинопроб и студийных репетиций - весь этот доморощенный сюрреализм вторичен, и хотя непротивен (в русскоязычном кино так много настоящей мерзости, что просто безобидная хрень отвращения уже не вызывает), но что обиднее всего, неостроумен, до неприличия бестолков и лишен всякой свежести. Актерские этюды на четверых - Вилма Кутавичюте, Артем Цуканов, Кристина Казинская, Филипп Савинков - до какой-то степени удались, но и тема, и материал, и форма настолько никчемные, что фильм в целом совершенно не "смотрится".

В первой новелле, озаглавленной "Миссис Дженнингс", задается сюжетная ситуация, которая далее будет варьироваться: молодой мужчина подбирает на автобусной остановке манерную блондинку, договариваются на три тысячи за час, едут в загадочный мотель, где их встречает портье Николай с хипстерской бородой (имя написано на вентиляторе), в номере пара занимается сексом, а выжидающий поблизости подельник блондинки с пистолетом тем временем приглашает к себе монашку из соседнего номера, как бы на чай, по факту на виски, потом он приставляет к монашке пистолет, и когда уже успевшая обчистить клиента блондинка идет проведать сообщника, тот, стоя в дверях, получает от монашки по голове бутылкой. Во второй части, "Безумный монах", вместо монашки, соответственно, монах, с бородой и в капюшоне, за рулем машины - девушка, "снимает" она на остановке парня, а сообщница парня - тоже девчонка-пацанка. В "Метаморфозах", третьей и самой куцей части, девушка цепляет девушку, в четвертой, которая называется "Николай", парень "снимает" парня, соответственно меняется снова пол сообщника и монаха, конкуренцию виски может составить кокаин, неизменным остается только тот самый бородатый хипстер-портье Николай, который не смывает за собой какашки, о чем предупреждает постояльцев, и фотографирует тараканов на стене.

От автобусной остановке возле безлюдного проселка посреди чистого поля до провинциального мотеля под англоязычной вывеской Welcome с гигантскими тараканами на стенах - все в обстановке картины условно, фантасмагорично, и предъявлять претензии к "недостоверности" обстоятельств было бы нелепо. Другое дело, что в форме вариаций и кинопроб можно сделать шедевр на уровне "Вечного возвращения" Киры Муратовой, а можно какую-то никчемную фигню с кучей пустых претензий и с никуда не годными приколами, хотя меня отчасти и подкупает бесстыдная свобода, с которой авторы "Доброго вечера" весь мусор из собственных голов выгружают на головы зрителей - зрители лучшего не заслужили. Молодые киношники понимают, что делают - в фильме даже есть эпизод, когда один из вариантов "подельника" смотрит по телевизору бесконечную "Волгу-Волгу", пьет и сам с собой разговаривает: мол, какое раньше кино снимали, а сейчас ересь одна. Но и раньше не сплошь шедевры выходили, и сейчас что-то можно увидеть помимо ереси, а если создатели "Доброго вечера" сами себя видят "еретиками" - это уже отдельный разговор. Жаль в таком случае, что их потуги настолько беспомощны и беззлобны, не хватает на большее чем ироничное изображение монахов (звуки траха за стеной: "В монастыре такого не услышите.-Почему же, там тоже люди. Шутка!-А в монастыре можно шутить?-Нельзя, грех это") или отдельных каламбуров в том же духе (типа "славно-православно") - тут намедни диакон Кураев выступал по случаю показа посвященного ему документального фильма, так и то смешнее.

(comment on this)

3:02 am - "Апостасия" реж. Алексей Мурадов ("Окно в Европу")
Поскольку с творчеством Мурадова я столкнулся не впервые, то иллюзий у меня не было - думал, что пойду в крайнем случае посплю на сеансе после обеда, ничего, несмертельно. Режиссер и сам перед показом предупреждал - мол, фильм его не развлекает, на нем придется "выживать", так и сказал, именно это слово употребил, "выживать". Как я выжил - будем знать только мы с тобой.

Фильм - само собой, черно-белый, чтоб выживать еще труднее было - разбит на главы, разнесенные во времени и пространстве, сюжетно не связанные, но недвусмысленно объединенные общими мотивами. "Брат": в 1920 году на юге России в родной дом возвращается после долгого отсутствия солдат продотряда, "проведать своих", а "свои", любимая и брат, инвалид войны, одноногий-однорукий, милуются в бане, и младенец при них; все достают револьверы, брат стреляет в брата, другой продразверсточник убивает женщину, уже нацелившуюся в прежнего возлюбленного: "Иначе бы она тебя". Но эта новелла пролетает быстро, зато вторая, "Сын", тянется бесконечно. Восточная Белоруссия, 1942 год. Командир партизанского отряда пытается пристроить своего младенца старику, живущему с внучкой - здесь, правда, небезынтересно было взглянуть на Виктора Проскурина, он нечасто сейчас снимается, но на протяжении всего куска орущий не переставая ребенок просто невыносим. Часть третья - "Невеста", самая навороченная по стилистике, с рваным монтажом, резкими звуками за кадром: 1995, Северный Кавказ, то бишь первая чеченская война и "потерянная" девушка, обезумевшая после того, как убили ее родителей, саму ее изнасиловали на глазах жениха, а потом и жениха убили, а теперь неподалеку от нее живет солдат, бежавший от боевых действий. По умолчанию - убивали русские, но так прямо этот момент не проговаривается, как не уточняется и суть конфликта в следующей истории: "Мать" - 1015 год, восток Украины, женщина приезжает в родные места, где продолжается военный конфликт, но между кем и кем, ради чего и с какими перспективами, остается вычислять из новостного контекста. У женщины погибли дети, но на руках ребенок, снова младенец. Случайно проходя мимо солдат, разминирующих трупы убитых, женщина остановлена саперами - те нашли фотоаппарат-полароид и решили с чего-то вдруг сфотографироваться с незнакомой матерью и ее сосунком. Фотоаппарат тоже оказался заминированным и взорвался.

Последний сюжет, конечно, поражает своей идиотичностью - ну чем объяснить, что опытные боевики не замечают бомбы в фотоаппарате, да еще пытаются сфоткаться со случайно проходящей теткой?! Но меньше всего режиссера волнует логика развития событий. У него из новеллы в новеллу неслучайно переходит образ ребенка, новорожденного - безвинной жертвы войн, ссор, человеческой жестокости, не спасающей от смерти, даже если противостоящими сторонами оказываются кровные родственники, близкие, родные люди. Тем не менее Мурадов считает необходимым показать и "светлую сторону", предъявить "возможность выхода", "дать надежду". И еще раз повторяет первый сюжет - с иным финалом: "Твой ребенок, твой!" - вопит баба на юге России в 1920 году, и прислушавшись к ней, брат не спешит стрелять брата "А я думал перестреляете друг друга... Братья все-таки!" - умильно замечает наступивший на территории отдельно взятого двора мир во всем мире и на все времена другой продотрядовец. Так, глядишь, и на сто лет вперед все переменится.

На самом деле Алексей Мурадов несколько преувеличивает несмотрибельность своего творения - мне вспомнилась показанная несколько лет назад в Выборге картина "Инакомыслие" режиссера-дилетанта Игоря Парфенова из Украины, который сдает в аренду нежилые помещения, а на вырученные деньги снимает кино, тот фильм был также, естественно, черно-белым, по мотивам Толстого и других классиках, на тему вегетарианства, поскольку делом жизни человек считал пропаганду невозможности убийства животных ради еды:

http://users.livejournal.com/-arlekin-/2639367.html

Мурадов тоже проповедует - миру мир, нет войне, не убий. Идея не новая, вечно актуальная, но все же в своей важности весьма несложная, чтоб ее воплощать в такой претенциозной форме, которую мало кто может воспринять, да просто физически вытерпеть. С другой стороны и сама эта форма не настолько оригинальна и значительна, чтоб терпеливо сносить упакованные в нее банальности. Убивать нехорошо, кто ж спорит, но если на фильме приходится "выживать" - то режиссеру прежде всего следовало бы сперва проявить гуманность на личном примере, а затем уж призывать к добру и миру остальных.

Между тем под конец изображение "Апостасии" из черно-белого становится цветным, и по синим прибрежным волнам моря идет фигура в черном - вот "хождения по водам", этого апофеоза кинематографической пошлости, мне и не хватало, для того чтоб окончательно определиться в своем отношении к Мурадову и его опусу. Однако и это, как оказалось, еще не все! Фильм никак не мог закончиться - последняя строка титров с логотипом производящей компании и последней фразой саундтрека, словно заезженная пластинка, повторялась бесконечно, пока не оборвалась на полуслове. Тот случай, когда художественный прием равнозначен техническому сбою.

Посмотрел, уж раз такой случай, в вики-словаре, что такое "Апостасия": "отступничество от христианства, вероотступничество. Вероотступничество представляет собой полный отказ человека от прежней своей христианской веры, отрицание её догматов"... Почему в такой случае Мурадов начал с 1920 года, а не с Каина и Авеля (если уж не с Адама и Евы) - остается догадываться. Зато, как говорится, благодаря фильму узнал много нового.

(comment on this)

Friday, August 11th, 2017
1:10 pm - "Лавстори" реж. Петр Тодоровский-младший ("Окно в Европу")
С большим удивлением выяснил на выходе из кинотеатра, что кроме меня этот безусловно обаятельный, как мне казалось, фильм практически никому не понравился - "химии" им, видите ли, между героями не хватило! Я не понимаю, что такое "химия" в подобном смысле - субстанция слишком трудноуловимая и субъективно воспринимаемая. А вот умение прописать драматургию, выстроить композицию эпизода, объяснить актерам задачу - куда более конкретные вещи, хотя и вызывают тоже дискуссии на каждом шагу.

Если все же говорить о пресловутой "химии" - по-моему, в картине ее ровно столько, сколько должно быть и сколько задумано, заложено автором (Тодоровский, кстати, по первому образованию журналист, а не режиссер; впрочем, его отец начинал как сценарист; а великий дед и вовсе оператором). И название "лавстори", и тот факт, что герой Александра Петрова - актер, и перемежающие "роуд-муви" интервью с главными персонажами (его - в гримерке, ее - на кухне), все работает на заведомую условность, игровую искусственность ситуации. Безработный после окончания учебы артист Сева подхалтуривает водителем вип-такси. В эксцентричной бабенке, нанявшей лимузин, чтоб ехать в нем до Сочи и спать по дороге, он узнает свою первую любовь, подругу детства - оба как раз уроженцы Сочи. Маша, как вскоре обнаруживается благодаря вывалившемуся из чемодана подвенечному платью, едет выходить замуж. И доедет, и выйдет, что характерно - но попутные перипетии (включая и секс, конечно, но также и выпивка, и танцы, и встреча с друзьями-ровесниками из прошлой жизни) все-таки что-то поменяет в их отношениях друг к другу, а более того - к себе самим. Спустя время Сева, успешно делающий актерскую карьеру, встречает в перерывах между съемками Машу, которая после развода трудится секретаршей, и предлагает ей попить кофе, а она соглашается.

Почти каждый уважающий себя кинорежиссер (ну то есть думающий, что о себя уважает), предпочитает "открытые финалы" концовкам ясным и однозначным - но чаще всего это видимость, псевдо-открытый финал, когда вроде бы можно понимать и так, и эдак, но на деле все абсолютно ясно, да во многих случаях все ясно еще и задолго до конца. В "Лавстори" финал открытый в полном смысле слова - что там будет у героев, сойдутся ли они наконец или попьют кофе и вернутся к своему уже как-то наладившемуся существованию - предугадать невозможно, и честно говоря, неинтересно - я, во всяком случае, не задавался для себя таким вопросом, что называется, не полюбил этих людей, не воспринял их как "живых" и "близких". Но думается - могу ошибаться - и режиссер не стремился к этому, тут, конечно, Тодоровский-внук мыслит в совершенно иной плоскости, нежели Тодоровский-дед (с отцом сложнее). С одной стороны, уровень мастерства режиссера-дебютанта таков, а актеры хороши настолько, что искусственности, игровой условности заданных им ситуаций на протяжении фильма почти до самой развязки не ощущается. С другой, эта искусственность - тоже, на мой взгляд, часть правил, по которым режиссер "играет" со своими персонажами в любовную историю.

Постмодернистский, выражаясь затасканным сленгом, подход проявляется наглядно в эпизоде, когда Сева, доставивший Машу к жениху, принимается в отчаянии декламировать монолог Войницкого: я талантлив, умен, смел... - что в устах тридцатилетнего актера-неудачника само по себе звучит смешно и грустно сразу, но в начале фильма Сева ходил на кастинг к некоему маститому режиссеру (крохотная, но необычайно выразительная, "жирно" сыгранная роль Андрея Смирнова), и пробовался с тем же самым монологом, уверял, что "может лучше", просил дать возможность продолжить, а маститый кривился и лениво, косясь на тарелку с бутербродами, повторял "да не можете вы лучше", "ничего нет у вас внутри". Поездка с Машей для Севы, и не только встреча с Машей, но и общение с друзьями, у которых тоже в своем роде "пропала жизнь", только они, в отличие от перебравшегося в Москву героя, об этом не думают, так не чувствуют и более-менее собой довольны (тоже небольшие и тоже яркие роли Михаила Тройника и Максима Стоянова) несомненно позволила ему найти то "наполнение" внутреннее, благодаря чему и актерская его карьера резко поперла вверх.

Кроме того, что уже в большей степени мое личное вИдение, Александр Петров в театре - принц Гамлет, а Вильма Кутавичюте - Татьяна Ларина (Римас Туминас ставил с ней "Евгения Онегина" и я видел прогон, но потом она в спектакле не играла), что для меня тоже многое дополняет и проясняет как в характерах героев, так и в эстетике, в стилистике фильма, его условно-игровом подтексте при внешней искренности эмоций. Кутавичюте, которая и сама уже пробует себя в режиссуре, поставила "Безымянную звезду" в театре им. Ермоловой (где, кстати, Петров и играет Гамлета) - здесь однозначно главная звезда. За счет, конечно, и типажа, и акцента (в этом плане можно сравнить ее с Северией Янашаускайте - акценты схожие, типажи, наоборот, очень разные), но прежде всего той легкости, с которой она существует параллельно и в изощренно выстроенной драматургии "Лавстори", и в достаточно нехитрых "этюдах", из которых она на первый взгляд складывается. Для актрисы "Лавстори" - важный прорыв, а она для молодежного русскоязычного кино - заметное открытие. Как и очередной представитель династии Тодоровских. Подумать только - уже Тодоровский-внук... Третье поколение талантов, причем не повторяющихся друг в друге, а пробивающих свои, новые пути.

(comment on this)

2:03 am - органный концерт в кирхе Петра и Павла, Лада Лабзина: Бах, Барбер, Шнитке и др.
Кроме кинопоказов основных программ и пресс-конференций в этом году не успеваю вообще никуда, но решил пожертвовать "Софичкой" (проект мастерской Сокурова, соавтор сценария Балагов) ради концерта в кирхе, мимо которой каждый год хожу, но даже никогда не был внутри. Хороший мог бы получиться концерт - достойная исполнительница (я слышал Ладу Лабзину еще подростком, когда она приезжала в Ульяновск), интересная разнообразная программа. Но обстановка не располагала совершенно: орган кирхи в плохом состоянии, своего мастера нет - исполнительнице приходилось время от времени бить по клавиатуре кулаком, чтоб привести инструмент "в чувство"; а среди набившегося люда, приезжего и местного, нашлись "антиресующиеся культурой" с орущими младенцами на руках, как раз для Баха, он проходил через весь концерт, им и завершали - произведения хрестоматийные (прелюдия и фуга ре минор, Пассакалия...), но как и все остальное, привязанные к теме "музыка в кино", использованные в известных фильмах. Помимо Баха - Рихард Штраус с вступлением к "Заратустре", Сэмюэл Барбер с "Адажио для струнных", все конечно, в транскрипции. Кроме того, звучала и собственно киномузыка в переложении для органа - Нино Рота, Гленн Миллер, Мишель Легран, Анжело Бадаламенти. Цирковая тема в органном варианте - Чаплин и Дунаевский. Небольшая сюита из саундтрека к "Пиратам Карибского моря". Два эпизода Шнитке - из музыки к "Сказке странствий" Митты и (вальс) к "Неизвестному актеру" Зархи. Что-то несмотря на детский писк, старческую болтовню, мобильники и топот, особенно неуместные в строго-классическом интерьере кирхи (ионические колонны между нефами, коринфские капители на хорах) местами расслышать удалось, "Пассакалии" на удивление повезло. Но теперь все хвалят "Софичку" и я расстроен, что не посмотрел ее.

(comment on this)

1:38 am - "Девушка с косой" реж. Ольга Попова ("Окно в Европу")
Дочь Веры Сторожевой при продюсерской поддержке мамы дебютирует нестандартной "новогодней комедией" - вариациями на тему "Елок", "Тарифа новогоднего" и т.п., но для остроты приперченной "черным юмором". Действие этой "маленькой комедии большого дома" сосредоточено в подъезде дома по Заморенова, 48, и в окрестностях между Смоленкой и Красной Пресней, под Новый непронумерованный год. Парень идет к девушке со смутным намерением, то ли делать предложение, то ли нет, и застревает в лифте, но пока он там общается с невидимой и необычайно разговорчивой диспетчершей, девушка разными способами, но одинаково безрезультатно, пытается покончить с собой (увы, ресурсы с полезными советами по такому случаю заблокированы распоряжением госорганов). Молодая пара готовится к вечеринке, но пока жена в салоне красоты, приходит некий Гена и говорит, что он любовник, хочет сделать предложение, муж колотит его, потом ее, допрос жены перерастает в сексуальную игру, которая обрывается падением соседки, той самой девушки-суицидницы, с крыши дома прямиком через крышу машины заводного ревнивца. Семейная пара ссорится из-за того, что никто не купил подарок ребенку, потом по множеству других поводов, а пока они собачатся, живущие в том же подъезде родители мужа скандалят из-за отсутствия зеленого горошка, заодно свекровь заедает невестку, и пока суть да дело, ребенок убегает в ночь. И все это время по городу в поисках улицы Заморенова бродит девушка с косой.

Я думал, может это все-таки не смерть - ну слишком уж как-то банально. Оказалась все-таки смерть, просто адрес перепутала - шла к бабке, которая неделю назад переехала. Куда могла переехать бабка - не уточняется, но никто не умер ни накануне Нового года, ни как заботливо сообщает голос Сергея Пускепалиса за кадром, в течение следующего. По такому случаю вспоминается анекдот - "какая нелепая смерть!" Вообще задействованы в проекте мощные актерские силы, звезды, медийные лица - от Александры Урсуляк и Олега Гааса до отца и сына Добронравовых, а также Нина Дворжецкая в роли диспетчерши, которая долго-долго ведет беседу с застрявшим в лифте персонажем Гааса, а потом вдруг является вызволять его из заточения сама. Но работают актеры до неприличия грубо. Впрочем, в том, что им предлагает драматургия и режиссер, иначе работать, наверное - себя не уважать: примитивные драчки, убогие трюки, свалки и приколы с чужого плеча - лишний повод похвалить Марюса Вайсберга и его "Бабушку легкого поведения", которая, по крайней мере, адекватна своей задаче, и на которой ржет весь зал, а не только члены съемочной группы с присными. Помимо девушки с косой на протяжении фильма по городу бродит еще и мужик со связкой ключей, и он, в отличие от нелепой смерти, действует весьма эффективно: помогает отомкнуть суициднице ключик замка на "мосту влюбленных", деду ларек с вожделенным зеленым горошком, а под конец сбежавший из дома мальчик отвлекает от него от ментовского патруля, и когда "медвежатник" говорит ребенку "спасибо, ты меня спас" - вот это был единственный за весь фильм момент, когда я засмеялся... от безысходности.

(comment on this)

1:31 am - "Красный русский" реж. Чарли Браун ("Окно в Европу")
Юля, продюсер фильма, объяснила мне перед началом, что "Красный русский" - это мокьюментари, в нем есть несколько документальных эпизодов, но по большей части актрисы работали по сценарию. Актрисы, они же героини - Марта и Мария Маноэла - приехали в Москву из Бразилии заниматься в театральной студии. Занятия у них проходят в Гоголь-центре (материал трехлетней давности), разбирают они с режиссером-педагогом Поглазовым в основном Чехова, сцену Елены Андреевны и Сони из "Дяди Вани". Живут в доме престарелых для ветеранов кино, где сдаются комнаты и для приезжей творческой молодежи - причем даже на этом уровне я бы мало что мог понять без продюсерских подсказок. Еще некий приезжий кинооператор общается не только с бразильянками-ровесницами, но и с трогательной немолодой вахтершей, бывшей актрисой - для нее он просто новый Дзига Вертов.

Одна из девушек должна была проходить пробы к Эктора Бабенко в Бразилии, если б не уехала в Москву. К другой в Гоголь-центре пытается знакомиться актер Саша - за Сашу выступает Михаил Тройник, и первый раз я вижу его до такой степени фальшивым, безбожно наигрывающим. Бразильские героини даже в постановочных сценах куда более органичны - девушки, обучаясь, гуляя, выпивая - постепенно начинают утомлять друг друга, доходит до ссор и скандалов, которые смотрятся вполне естественными (хотя понятно, что тоже "поставлены"), к финалу, к моменту предстоящего отъезда они примиряются у "Бурана" на Пушкинской набережной.

Можно было ожидать, что приключения бразильянок в России окажутся более необычайными или хотя бы забавными - но героини быстро научились гладить нос собаки "на счастье", пробегая через платформу "Площади революции", торговаться на рынке и в такси, языковой барьер им не помеха в быту и в личной жизни, а что касается занятий драматическим мастерством - трудно судить по фильму о конечно результате, но у меня не возникло ощущения, что они сильно продвинулись... Изучаемый ими принцип Станиславского - становиться другим, оставаясь собой - здесь, насколько я понимаю, применяется к смене места жительства, культурно-языковой среды, типа взаимоотношений с окружающим миром. Но коль скоро в Москве девушки находят прежде всего себя и друг друга, то среда и ее специфика важны в меньшей степени, и это очень жаль.

(comment on this)

Thursday, August 10th, 2017
2:13 pm - "Три дня до весны" реж. Александр Касаткин ("Окно в Европу")
В лубочных агитках "военно-исторической" тематики, которые артельно клепают бездарные халтурщики на бюджетные деньги, попутно их разворовывая, тоже мало хорошего, но над ними можно хотя бы поржать, а потом сразу отмахнуться. "Три дня до весны" - куда более тяжелый случай, чем какие-нибудь "72 часа" Киры Ангелиной или "Единичка" Кирилла Белевича, это уже следующая степень бесстыдства умелых и небесталанных профессионалов (вплоть до Светланы Кармалиты, которая значится главным редактором в титрах). Как жанровая, приключенческая картина продукт весьма неплох: динамичный (до некоторой поспешности), красиво снятый, надо признать, увлекающий сюжетом и привлекающий персонажами фильм с неизменными для жанра условностями и нелепостями, не превышающими санитарных норм - ну чисто "голливуд"!

Нацисты, связанные международными обязательствами по использованию химического и бактериологического оружия, планируют уничтожить население блокадного Ленинграда, распространив вирус чумы, выпущенный из лаборатории городского института микробиологии посредством местных уголовников и спекулянтов, использованных диверсантами "втемную": Ленинград вымрет, а немцы ни при чем - хитро придумано, но слава Богу, на тот случай есть НКВД. Делом занимаются младший лейтенант госбезопасности Горелик (надо же кого-то из "хороших" убить по ходу, чтоб зрителю не сильно жалко было - еврей как раз сгодится) и прибывший из "центра" старший лейтенант Андреев (его играет привычный к шинелям с всевозможными нашивками Кирилл Плетнев) под руководством шефа гестапо НКВД майора Зимина (тоже привычный к подобным ролям Евгений Сидихин). Сперва доблестные сотрудники нападают на ложный след - принимают за инфекцию последствия переедания конфискованными продуктами у пары милиционеров. За консультацией Андреев обращается к одному из немногих оставшихся в Ленинграде инфекционистов - доктору Ольге Сергеевне Марицкой (Елена Лотова). Та сперва дает адекватное заключение, но пытаясь спасти милиционеров от трибунала, заявляет, что те действительно инфицированы. НКВДшный контрразведчик Холин, имея в виду, что до войны Марицкая работала в институте микробиологии, где его усилиями была выявлена и разгромлена прогерманская шпионская группа, арестовывает и Марицкую, пользуясь ее ложными показаниями против Андреева. Но Марицкая нужна для операции против чумной диверсии, и лейтенант Андреев, у которого очень кстати при бомбардировке Бадаевских складов погибла вся семья, берет симпатичную докторшу, дочку царского офицера, под свою опеку.

Самым сложным в деле оказывается проследить связь уголовников с диверсантами - понятно ведь, что про возможность пыток в НКВД слыхом не слыхали, а добровольно подонки признательных показаний давать не желают. Но не может быть сомнений - Андрееву и Марицкой, офицеру НКВД и потомственной дворянке, при содействии классово близких спекулянтов с черного рынка, вместе легко и быстро (у них три дня, с наступлением весны и потеплением чума начнет распространяться - снова в распоряжении гэбистов сакраментальные 72 часа!) удастся распутать дело, поймают диверсантов и предателей, определив их по наличию на плече следов от введения противочумной вакцины - резидентом Рейха окажется, чего следовало ожидать, директор института, назначенный после разгрома шпионской группировки и уже успевший дать на Марицкую показания. Однако сценаристы Аркадий Высоцкий и Александр Бородянский постарались под вывеской авантюрно-патриотической мелодрамы ненавязчиво напомнить про репрессии против интеллигенции, про ложные обвинения в измене, про "десять лет без права переписки" и т.п. Одновременно показывая, как вопреки "плохим" НКВД-шникам "хорошие" НКВД-шники спасают от нацистской чумы Святую Русь-матушку, а русские интеллигенты, дворяне и ученые, которые сами ходят под расстрелом, с ними сотрудничают, и помощью уголовников не брезгуют, тоже ведь русские люди - все для родины, все для народа!

Под конец задача соединить жанровые штампы с идеологической начинкой приобретает совершенные формы, когда Зимин дает Андрееву возможность вывезти Марицкую с собой из Ленинграда, вписав ее фамилию в спецпропуск, а заглянув к Марицкой домой за вещами, герои обнаруживают там поджидающего их Холина. Тот дает им пять минут, запуская метроном, но падает бомба, и часть дома, где находился в ожидании "плохой" НКВД-шник, сносит напрочь - через разрушенную стену открывается прекрасный вид на купол Исаакия с крестом, и слава Богу за то, что НКВД спасает мир. Вопросы, как стало возможным беспрепятственное уничтожение Бадаевских складов с запасами продовольствия, почему удалось замкнуть кольцо блокады вокруг Ленинграда, с чего и по чьей вине вообще началась война - остаются, как водятся, в стороне. А вопрос, зачем надо было с таким упорством защищать (фашистский, называя вещи своими именами) порядок, чума его возьми, при котором кого угодно в любом момент могут ни за что обвинить и уничтожить, подавно не встает.

(comment on this)

11:21 am - "Цензор" реж. Константин Шелепов ("Окно в Европу")
В условном киберпанковском будущем особую популярность и широкое распространение среди платежеспособных мужчин получают виртуальные игры "с полным погружением", где можно делать все, что угодно, с абсолютно подлинными ощущениями, но без юридических последствий, поскольку "это не люди, это всего лишь пиксели". Тем не менее уровень допустимого насилия и в виртуальной реальности строго контролируется специальными госорганами, особым подразделением, во главе которого стоит полковник Мордов, сам потерявший из-за этих игр дочь: "обыгравшиеся" подростки, уже не различая реальность и виртуальность, ее убили, а потом кто-то убил и подростков, концы в воду. Под Мордовым служат два супер-"цензора", напарника, сами виртуозные игроки, тестирующие готовый виртуальный продукт на уровень насилия: более спокойный Стас и совсем отмороженный Алекс. Начинается с того, что Стас с Алексом штурмом берут по подозрению в "превышении уровня допустимой жестокости" элитный" вира-клуб, и их самих обвиняют в "превышении полномочий". Чтоб сохранить отдел, Мордов должен "сдать" одного из "цензоров", а выбрать, кого именно, он предлагает посредством соревнования теперь уже бывших напарников: кто из них превзойдет другого по мастерству игрока, тот и сохранит место в отделе, а заодно и сам отдел.

Ну люди посмотрели Нолана, посмотрели Скотта, до этого, в детстве (продюсерский коллектив довольно молод по составу) еще и Верховена, собрали через интернет 60 000 евро и решили на них сделать "похоже". Картинка, не позволяющая отличить реальность, в которой живут персонажи, от пространства игр, откуда они почти и не вылезают, "кричит" о том, кто "Цензор" - большое, зрелищное, массовое кино. С расчетом, вероятно, все же в первую очередь на аудиторию, которая увлечена компьютерными играми. Я никогда, ни разу в жизни не играл ни в какую компьютерную игру - но даже я догадываюсь, что менять правила игры по ходу - нельзя, это грубейшее нарушение всяких правил. А именно так поступают авторы "Цензора": к середине вдруг оказывается, что на Мордова "сверху" надавили опять и требуют не одну, а две жертвы, поэтому вторым уйдет он сам, благо все равно кашляет кровью (в виртуальном будущем не побеждена чахотка?!), оставшийся из двух цензоров займет место Мордова. Ставки повышаются, но меняется и вектор развития сюжета. Вообще сложилось ощущение, что создатели "Цензора" сперва отсняли весь материал, затем частично смонтировали, и уже под черновую склейку сели сочинять сценарий... При этом без сценария, без сюжета вовсе "Цензор" много бы выиграл - понятно же, что в нем главное - "игровые" сцены, помещенные в различные условия, от условного средневековья до воображаемого будущего, с участием ряженых разного сорта - опять же от петлюровцев и зомби до нацистов и полицаев, от которых игрокам предлагается отбивать пленных евреев.

Может быть целевая аудитория, увлеченная компьютерными играми, оценит, с какой бесстыдной лихостью операторской и монтажной подан весь этот виртуально-игровой маскарад - но как кино "Цензора" смотреть мне было мучительно, кровоточивый Мордов и К измордовали меня вконец. Дело даже не в огрехах драматургии (хотя все эти перипетии с тем, что Алена, девушка Стаса, обращается за советом к Алексу, не зная о переменившихся его отношениях со Стасом, а Алекс из своих подлых соображений советует Насте "оцифроваться" и войти в игру, чтоб стать ближе к жениху... ну это и банально, и нелепо), но герои-то все-таки не на компьютере нарисованы, они не мультяшки, а на актеров, когда они выходят из виртуальных образов, страшно смотреть: Степан Бекетов (Стас) и Галина Сумина (Алена) просто безликие, Павел Михайлов (Алекс) в финале, когда его персонаж слетает с катушек окончательно и превращается в террориста, корчит такие рожи, что волей-неволей возникает желание - скорее б его "замочили" (оба актера, между прочим - питерской театральной школы, ученики Корогодского). Вместе с тем хронометраж картины - 132 минуты, и это самое непостижимое в ней, поскольку на исходе двух с лишних часов, после финального "я тебя люблю" на фоне пламенеющего заката прямо сразу может начинаться "Цензор-2", "Цензор возвращается", "Цензор и Робин", "Цензор против Джейсона".

(comment on this)

11:13 am - "Лес" реж. Роман Жигалов ("Окно в Европу")
У Павла хотят "отжать" пилораму, ради которой он продал материнский дом. Руководитель местной администрации ничего не может сделать - районные начальники в сговоре с рейдерами. Сам Павел готов променять жену Галину на ее товарку по ферме доярку Катьку, но Катька предпочитает женатому взрослому Павлу, не говоря уже про своего собственного мужа-пропойцу, 16-летнего Даньку, школьника-сына Павла и Галины. А Данька нравится однокласснице Светке, к которой подкатывает районная гопота.

Лес рубят - щепки летят: саундтрек в начале таков, что кажется, будто вот сейчас выскочит маньяк с бензопилой и начнет всех крошить - но обитателям русского леса бензопила ни к чему. Над Данькой издеваются сверстники, требуя от него участия в "махачках" с районными, обзывая "пидором", и не зная про его сожительство с Катькой, настаивая, чтоб он "кого-нибудь трахнул". Галина, проследив за сыном и узнав про его связь с Катькой, требует от мужа вмешаться, не зная, что Павел Даньке конкурент. Павел и по настоянию жены, и из личной ревности отправляется к Катьке и делает ей внушение доступным ему и ей способом - идет домой к Катьке и насилует ее. Сын на отца бросается с ножом, матери едва удается их разнять. Тем временем рейдеры всячески гадят на пилораме, то электропровода украдут, то искалечат сторожа.

Чем дальше в лес - тем больше дров: Данька, чуть было не утопивший Катькиного мужа, на свою беду спасает его и тащит домой, а тот, проспавшись и застав Катьку с Данькой, принимается жену душить - и Данька, спасая любимую, всаживает со всего размаху в спину деревенскому алкашу-отелло, уже успевшему за бутылку укокошить местную бабку-самогонщицу, ножницы для стрижки овец. Катька же, спасая в свою очередь Даньку, отправляет его восвояси, стирает с ножниц отпечатки и оставляет свои, будучи жертвой, собираясь взять вину за убийство на себя. Данька же планирует отправиться в район и сдаться полиции - но следователь гонит его вон. Там же в райцентре Данька навещает с ананасом Светку, которая с досады на Даньку поехала было "кататься" с районными мажорами и вернулась изнасилованная. Светка его видеть не хочет, но Данька все равно отправляется мстить мажорам-насильникам, разбивает доской от забора сначала машину, на которой "катали" Светку, а затем и ее хозяина.

В традициях русской литературы, глубокой и гуманной, все это называется "любовь людей", хотя я бы сказал - "в мире животных". Но это, допустим, вопрос мировоззренческий, и ответ на него субъективен, а есть еще такие объективные вещи, как жанр и стиль, с этим у Романа Жигалова явные проблемы. Что касается событийного ряда фабулы - я легко верю в каждую ее деталь, несмотря на нагромождение бытовых ужасов вплоть до того, что оказывается, так и так обреченную лесопилку сожгли даже не рейдеры, но Данька в отместку отцу за Катьку! Однако при этом отчего-то речь персонажей регулярно и без видимого повода сбивается на псевдонародный лубочный говор: "Эвона как вкусно... Мамкиной стряпни ужо..." - это что вообще?! Режиссер, он же сценарист, не сумел для себя определить, хочет ли он представить лесные разборки как высокую трагедию, пусть и на низком материале, либо как жесткую социальную драму (к чему есть все предпосылки, но не хватает подробностей экономического характера - что там с лесопилкой, откуда рейдеры... в этом плане "Лесу" далеко даже до "Левиафана" со всеми его сознательными лакунами, не то что до настоящей классической социалки типа "Оклахомы, как она есть"), криминальную мелодраму или "народное кино", грубо говоря, лубок.

Повальное пьянство и блядство - это, безусловно, правда жизни, но исполнители в кадре на каждом шагу грешат "театральщиной", наигрышем, что было бы уместно в сатирическо-моралистическом гротеске а ля кончаловской "Курочки Рябы", но тут очевидно иного рода замысел. Галину, самую безвинную и несчастную, но слабо прописанную в сценарии героиню-доярку сыграла Мария Аврамкова, актриса и с некоторых пор режиссер театра "Сфера", которую я запомнил по "Аркадии" Стоппарда, когда она шла еще в театре "С.А.Д.", в обстановке тропической оранжереи Аптекарского огорода, и насколько там в условной декорации удавалось воссоздать мир "эдемского сада", настолько здесь, на "натуре", вроде бы, фальшиво смотрится пресловутый "русский лес".

"Зарастет сосняком, будет лес-кормилец" - беседуют напоследок начальник пилорамы с местным руководителем, пока Павел с Галиной спешат на "газике" в район, догонять Даньку, отправившегося "с повинной". И это, пожалуй, самый здравый вывод, к которому ведет рассказанная история. Но рассказана она так, словно (подозреваю - неслучайно) режиссер старался уйти от "безнадеги", рвался к "свету", вот только не успел, как не успели родители Даньки, и не нашел, где он, этот свет, вот и вышел у него темный лес. А если просвета не видно - так нечего и сыпать соль на пилораму.

(comment on this)

11:09 am - "Чужой дом" реж. Русудан Глурджидзе ("Окно в Европу")
Только что закончилась война. В пустующий дом, принадлежавший прежде не то "врагам", не то, еще хуже, "предателям", вселяется семья беженцев: муж с русской женой (которую играет Ольга Дыховичная), сыном и дочерью - на новом месте они находят все, что нужно, брошенное прежними, истинными хозяевами, от мебели и посуды до одежды и постельного белья. Неподалеку живет женщина с дочерью-подростком и моложавой, мужиковатой, превосходно владеющей огнестрельным оружием теткой. Девушка Ната и мальчик Лео по-соседски дружат, общаются - взрослым понять друг друга труднее, тем более что несмотря на завершение боевых действий настоящий покой не наступил, то и дело мелькают вооруженные люди, что-то взрывается - может, это просто "эхо войны" и чья-то шутка, например, тетка любит пострелять из пистолета, из винтовки, или взорвать какое-нибудь опустевшее здание, благо есть что.

Семья, приехавшая из города, бежала от боевых действий, по их дому стреляли танки. Местные женщины потеряли главу семьи - впрочем, может быть его и не убили, а он, оторвавшись от дома, превратился в бомжа и побирается на свалках, тетке будто бы показывали в городе кого-то похожего, но она в точности не опознала, ее ли это родственник, посторонний ли человек, а может и придумала все, так или иначе, а жить им дальше как-то после случившегося надо. Соседи-приезжие покидают чужой дом, его окна снова заколачивают.

Построенный на недоговорках и умолчаниях, медлительный и внешне бессобытийный, "Чужой дом" ничуть не зануден, он затягивает в свое пространство, очень точно передает эмоции персонажей. Снята картина превосходно, а финальные кадры - фигура женщины в белом, удаляющаяся в лес, над которым кружит воронье - и звучащий за кадром повторяющийся счет, завершающийся числом "один" буквально вгоняют в транс. И это все прекрасно, но едва ли "Чужой дом" задуман как опус эстетский, формалистский. Или хотя бы просто пацифистский, антимилитаристский, с универсальным посылом типа "любая война ужасна, ее последствия травматичны для людей, особенно для детей" - к тому же Джордж Лукас способен высказаться в аналогичном духе куда доходчивее и в глобальном масштабе. А в "Чужом доме" речь идет о конкретной войне, о которой могут не знать, допустим, двадцатилетние, но мои ровесники и старше, даже не причастные ни напрямую, ни по крови, по рождению к событиям т.н. "грузино-абхазского конфликта" начала 90-х, что-нибудь да помнят.

Между тем кроме начальных титров - русскоязычных, и я не совсем понял, означает ли формулировка "Абхазия, Грузия", что авторы продолжают считать Абхазию частью Грузии или же тут всего лишь перечисление через запятую - никакой привязки к реальным событиям недавнего прошлого, никакой конкретики в фильме не обнаруживается. А посвящен "Чужой дом" драме войны не англо-бурской, не франко-прусский и не второй пунической, легко предположить, что тема задевает личные чувства создателей, не просто гуманистическую озабоченность страданиями людей вообще, но в частности, грузин, а может и абхазцев, в совершенно определенной и обусловленной неслучайными факторами ситуации.

Только раз, и аккурат в Выборге, два года назад мне довелось услышать от Бакура Бакурадзе, привозившего на конкурс "копродукции" своего "Брата Деяна", прямое и честное высказывание: грузины воевали в Абхазии не с абхазами, но с русской армией и чеченскими боевиками, нанятыми Россией. "Чужой дом" тоже участвует в конкурсе "копродукции" - совместное производство Россия-Грузия-Испания-Хорватия, сопродюсером значится Катерина фон Гечмен-Вальдек, а "сокомпозитором" - ее давний протеже Алексей Воробьев (признаться, я думал что у баронессочки с Лешей все кончено давно, а поди ж ты...). Сегодня, когда Абхазия де факто отторгнута от Грузии и оккупирована русскими, да еще в свете последующих аналогичных событий, связанных уже с Украиной, рассматривать под лупой, скрупулезно анализируя детали, поверхность этой раковой опухоли, даже не пытаясь вникнуть в суть, в первопричину проблемы - ну не знаю, уместно ли, какого бы художественного результата (а он налицо) не удавалось достигнуть.

"Чужой дом", по-моему, эстетически на порядок выше номинально эстонских, но сделанных на том же материале грузино-абхазской войны "Мандаринов" Урушадзе (кстати, Заза Урушадзе обнаруживается в финальном списке адресатов благодарности наряду с Ларисой Садиловой, Вячеславом Тельновым, Русланом Ибрагимбековым и много кем еще) и намного, при всей изощренности стилистической, "демократичнее", шире по потенциальному охвату аудитории, чем сугубо "фестивальный" опус "Кукурузный остров" Овашвили аналогичной тематики.

Оттого непросто примириться с тем, что столь замечательное, значительное кино обобщениями делает из незажившей кровавой раны предмет эстетического любования в первую очередь, затем, попутно, ставит универсальные - и достаточно банальные - вопросы нравственного толка, в еще меньшей степени - социально-политического, и совсем не напоминает о, должно быть, близкой и животрепещущей для авторов больной теме, не называет вещи своими именами, не указывает на виновников этой (и множества других прежних и будущих!) войны, которых искать далеко не надо, они у всех на виду и ближе, чем хотелось бы.

(2 comments | comment on this)

11:07 am - "Турецкое седло" реж. Юсуп Разыков ("Окно в Европу")
Еще один из фильмов, про которые я слышал и которые хотел увидеть - не разочарован, кино любопытное, а все-таки безусловного восторга у меня не вызвало, поскольку форма, с которой пытается работать Разыков, чем она для него необычнее, тем больше мешает внятности его, кажется, все-таки несложного в своей основе высказывания.

Как нетрудно догадаться из контекста, главный герой - ветеран КГБ или какой-то другой аналогичной советской спецслужбы. На пенсии он подрабатывает охранником, а в свободное время следит за случайными людьми, додумывая, что происходит, когда перед ним закрываются двери: то ли парень с девушкой собрались сниматься в садистском порно, то ли следующий посетитель врача, тоже из "бывших", которые бывшими не бывают, застрелил доктора. Реальность представлена режиссером в цветном изображении, а фантазии персонажа - в ЧБ с вкраплениями отдельных цветов.

Герой подчеркнуто "обезличен", у него, как положено сотрудникам "конторы", заурядная внешность, неопределенный возраст (не молод, не слишком стар), нет даже имени - старший по званию отставник Кузнецов обращается к нему "Ильич". Советует бросить игры в преследования - тем более, что один из "подопечных" заметил за собой "хвост" и вычислил Ильича; а кое-кто из товарищей, некий Тихонов, тоже увлекавшийся подобными играми, загадочно погиб. Врач (тот, что в черно-белом воображении Ильича был застрелен следующим пациентом) толкует про синдром "турецкого седла", хотя и оговаривается, что мужчины ему подвержены редко, если только им не делали операции по перемене пола - на такое предположение Ильич откликается угрозой сломать доктору нос.

Так жизнь Ильича и протекала бы - работа в охране, развлечение слежкой, сваренные вкрутую яйца на завтрак (причем пустую скорлупу персонаж методично складывает в трехлитровую банку), домработница по воскресеньям, безуспешно предлагающая себя клиенту как женщина. Но однажды по соседству поселяется молодая пара: оперная певица с мужем. Через стену до Ильича начинают доноситься звуки барочных арий, и он, конечно, принимается следить за девушкой по привычной технологии. Ключевым моментом картины, видимо, можно считать эпизод, когда Ильича его преследования заводят на занятия музыкой для детей, и он наблюдает, как два маленьких мальчика поют "кошачий" дуэт Россини. Здесь режиссура Разыкова проявляется во всей тонкости, блеске, филигранности мастерства - вроде бы внешне ничего не происходит, но именно тогда внутри героя что-то переворачивается. Поэтому после того как преследуемая девушка отказывает Ильичу в общении, а затем он видит на лестнице ее мужа с парнем из их же молодой компании, ласкающих друг друга, то так же механично, как до сих пор делал все остальное, очень похожий на робота и совсем мало на человека, он нападает на парней, избивает, а мужа певицы сбрасывает в лестничный пролет.

Наутро не вышедшего на работу Ильича навещает Кузнецов, чтоб сообщить: сосед покончил с собой, прыгнув в лестничный пролет против ссоры с женой, о чем ставший свидетелем самоубийства его друг уже дал показания в полиции. Кстати, добавляет Кузнецов, и погибший коллега Тихонов - "тоже сам". К этому времени короткий, неспешный по темпу, но насыщенный событиями фильм уже вызывает вопрос, к чему ведет режиссер. Синдром "турецкое седло" - это диагноз, который он ставит, так сказать, "обществу" с его тотальной параноидальной шизофренией, обусловленной не в последнюю очередь засильем на всех уровнях "кровавой гэбни"? Или его интересует феномен психологии конкретного "ветерана" и он исследует его персональный "синдром"? А в случае второго варианта, испытывает ли автор к персонажу исключительно омерзение или отчасти сочувствие, а может, паче чаяния, и симпатию, ну или по меньшей мере допускает ироническое отношение к его, если угодно, "причудам", в духе "агенты КГБ тоже влюбляются?"

Развязка, которая, надо признать, действительно неожиданна, если ты не посвящен в подробности сюжета заранее: отправившись в филармонию на прощание с погибшим, Ильич видит на экране возле гроба с телом убитого им молодого мужчины видеозапись, где именно он, покойный, а не его жена, исполняет арию Перселла (использована фонограмма с голосом Филиппа Жарусски). То есть "влюбился" (коль скоро "агенты КГБ тоже влюбляются") Ильич не в нее, а в него, и его же убил. Я далек от мысли, что надо это понимать в духе "все эти кагэбешники тайные пидоры, чем и обусловлена их официальная, показная ненависть к геям" - во-первых, мелковато, а во-вторых, при подобном взгляде проблему начинать надо с других контор, ну с РПЦ хотя бы сперва; и вообще лично мне абсолютно пох, что там в башке у этого гоблина ушастого. Правда, и для социального диагноза упор на повсеместное присутствие гэбни - тоже не тянет ни на откровение, ни на подвиг, коль скоро выражен он столь витиевато. Так изощренная художественная форма не помогает раскрыть, но в значительной степени убивает то здравое содержание, которое, вероятно, Юсуп Разыков планировал вложить в свою работу.

(comment on this)

Wednesday, August 9th, 2017
2:46 am - "Аритмия" реж. Борис Хлебников ("Окно в Европу")
Катя и Олег - супружеская пара врачей: он работает на "скорой помощи", она в приемном покое. За городом на дне рождения у ее отца - тоже, конечно, врача - Катя отправляет Олегу смс: "Нам надо развестись". Драматургия фильма (сценарий - Наталья Мещанинова и Борис Хлебников) строится на двух параллельных, не пересекающихся событийно, но значимо дополняющих друг друга линиях: профессиональной и семейной. Причем о трудностях службы Кати можно судить максимум по одному-двум эпизодах, здесь все внимание сосредоточено на Олеге. Тогда как в их личной жизни, в ситуации "отложенного расставания", соблюдается некий "паритет" - разъехаться супруги не могут и Олег ночует на кухне, когда не забывается пьяным, а человек он вне работы сильно, регулярно пьющий.

Хлебников достигает такого уровня мастерства в режиссуре, а Ирина Горбачева и Александр Яценко до того органичны в предложенных им образах, что от фильма не остается ощущения искусственности, надуманности драматургии, хотя сценарий выстроен рационально, просчитан до (без осуждения говорю) цинизма. Касается ли это линии профессиональной деятельности Олега - серия эпизодов из жизни уже не очень молодого врача - от пролога с комичной бабкой-симулянткой, которой доктор секретно "прописывает" волшебную пилюлю, шарик от детского пистолета, чтоб сосала и успокоилась, до случая с летальным исходом, смертью еще не совсем старой женщины, к которой не доехала "скорая", и попыткой очень спорным, практически нелегальным способом, через надрез, то есть операцию в полевых условиях, спасти жизнь девочки, получившей удар тока и ожоги от упавшего электропровода; плюс придирки бессовестного нового начальника подстанции "скорой", подонка-бюрократа, для которого важна не жизнь пациентов, а отчетность и соблюдение регламента. В той же степени это касается и взаимоотношений супругов - от обоюдного психического уничтожение, через смирение и примирение, к окончательному, казалось бы, разрыву - почти уже воссоединение, страстный секс после дружеской посиделки прямо на кухонном столе, но выясняется, что полгода назад без ведома мужа Катя поставила спираль, не собираясь иметь от него детей, и Олег снова берет матрас, чтоб удалиться на кухню.

Линии профессиональная и личная смыкаются, когда после очередной выходки Олега - с обожженной девочкой и надрезом на груди, который сиюминутно спасает пациентку, позволяет ей задышать, но вызывает кровотечение, угрожающее смертью после операции в любой момент - новый начальник не просто готов уволить непослушного врача, но и собственноручно избивает его на лестнице - Олег приходит домой, видит собранные сумки Кати, готовой уйти и оставить съемную квартиру в распоряжение мужа, срывается и убегает в ночь, а Катя бежит за ним. И снова размыкаются - в условный хеппи-энд: к финальным титрам Олег и Катя снова вместе, Олег снова при деле и с прежним колоритным напарником-санитаром продолжает спасать чужие, в том числе никчемные, жизни. Жанр побеждает здравый смысл, что плюс для жанра, но для здравого смысла минус. "Хорошее кино" - говорят на выходе бывалые киноведы, а "простой народ" аплодирует с тем же усердием, что на "Бабушке легкого поведения" вечером раньше, прямо в такт песне "Яхта, парус", которую Стрыкало написал, вообще-то, как пародию на раннего Шатунова. Но "народ" заодно с киноведами не воспринимает как пародию - ни песню, ни все остальное.

И кино, допустим действительно всерьез хорошее - очень хорошее кино сделал Борис Хлебников, всем, ну почти всем нравится. Для режиссера, по-моему, это тревожный должен быть сигнал - если не на пульт "скорой помощи", то на перспективу. То, что кино про "скорую помощь" понравилось всем или хотя бы многим - говорит не столько в пользу картины и ее создателей, сколько характеризует целевую аудиторию опуса, и мне не хочется думать, что добрая трогательная трагикомедия про "скорую помощь" - та вершина, по которой надо судить о создателе "Сумасшедшей помощи".

(comment on this)

2:37 am - "Анатомия измены" реж. Николай Дрейден ("Окно в Европу")
Режиссер вышел представлять фильм в платье, по ходу переодеваясь в костюм - креативно, перформативно, вызывающе бессмысленно: подстать фильму, состоящему из трех сюжетно не связанных, но как бы объединенных общей темой новелл, обозначенных как "вскрытия".

Первое "вскрытие" происходит в Финляндии, где супружеская пара средних лет (подзаголовок "Мы никогда не ссоримся") выясняет отношения на пустом месте: муж припозднился домой, придумывает отговорки для жены, попутно замечая в квартире запонки и окурки - в ход идет нож и пистолет, а умирая, мужчина убеждается, что жена сама купила предметы-"улики", чтоб спровоцировать его неравнодушие, при том что в параллельной реальности они могли бы спокойно дожить вместе до старости. Второе "вскрытие" привязано к Вене, где выходит замуж та самая русская супермодель родом из Саратова Клара Снельман (Полина Толстун), с которой якобы изменял жене финн, никогда не ссорившийся с женой. Зато Клара прямо накануне свадьбы умудряется поссориться со своим женихом Йеном, который, едва ушел, тут же возвращается под видом рассыльного из кофейни - "обе" роли, естественно, играет один артист, и это Евгений Ткачук, пластичный и сексапильный, что все равно не спасает картину.

Наконец, в третьей новелле, "Смерть и дева" - имеется в виду старая дева, которая в каждом госте видела Смерть - очень пожилая танцовщица Ракель Хидсен, отказавшись было от приглашения поучаствовать в некоем перформансе, неожиданно для себя и для приглашавшей стороны приезжает из Дании в Израиль. Сама она когда-то танцевала в классическом стиле, а в Израиле процветает контемпорари данс, старушке предлагаются неожиданные для нее задачи, но и она не лыком шита. Отбивающиеся видео с изображением анатомируемого трупа истории (что-то основано на пьесе питерского литератора и одно время мэра Хайфы Валентина Красногорова "Прелести измены") перемежаются интермедиями с участием рекламного клипмейкера в исполнении "самого" Ника Дрейдена - по заказу корейской фирмы он должен снять ролик о мясорубке "Счастье", а рекламирует мясорубку "Счастье" все та же несчастная счастливица Клара.

Третья новелла, про танцующую в песках Израильской пустыни бабку, дико затянутая, при всей визуальной вычурности и нарративной бессвязности все же похожа на кино, ну или по крайней мере на что-то похожа, в отличие от первых двух жалких этюдов, но в случае с Ракель, девой и смертью еще меньше понятно, какое отношение она имеет к заявленной теме, как непонятно вообще, если судить по переполненной режиссерским самолюбованием картине, чем Николая Дрейдена могла взволновать тема измены: человеку, который не любит никого, кроме себя, измены можно не опасаться.

(comment on this)

2:33 am - "Ничей" реж. Евгений Татаров ("Окно в Европу")
Александр Тютрюмов в прошлом году представлял на "Окне в Европу" собственную режиссерскую работу "Искушение", с которой не слишком преуспел ни в рамках фестиваля, ни далее:

http://users.livejournal.com/-arlekin-/3407729.html

Здесь Тютрюмов выступает как продюсер, а режиссер Татаров - ученик Константина Лопушанского и протеже Владимира Меньшова, что во сочетании одного с другим заранее наводит на подозрение и вызывает некоторый скепсис. Но против ожиданий "Ничей" - довольно приличная в своем роде драма про мальчика-сироту: мать-алкоголичка умерла, брат в тюрьме, Колю отправляют в детдом, где ему, надо отметить, не так уж плохо, во всяком случае там он находит добрых друзей-ровесников, с какими не жалко последней конфетой поделиться. Но тут про Колю вспоминает тетка Валя, которая до этого восемь лет не общалась с покойной сестрой. Валентина тоже не прочь выпить, и работа у нее низкоквалифицированная, зарплаты на себя не хватает, но все-таки она решается забрать Колю к себе в северный барачный городок неподалеку от моря. А Коля верит, что будет жить с братом, когда то выйдет из заключения.

В сиротских историях полностью спекуляции избежать, наверное, невозможно, но в "Ничьем" градус сентиментальности за санитарные нормы не зашкаливает, хотя юный герой Олега Чугунова при всех обстоятельствах выглядит чересчур ангелоподобным. Он носит нож, подаренный братом, и в случае чего грозит пустить его в ход, то защищая кота, которого мальчишки пытаются поджечь, то отбиваясь от старшеклассников, подосланных мстительными сверстниками - но несмотря ни на что остается "хорошим мальчиком". Тетку он несправедливо подозревает в корысти, что она взяла его ради опекунских выплат, и вопреки ее запрету общается с местным немым стариком, любителем вырезать из дерева - не зная, правда, что дед когда-то был мужем Валентины, и бросил ее с грудным ребенком-инвалидом, которого она сдала в приют, где ее родной ребенок и умер.

Образ Валентины в фильме, на самом деле, куда интереснее, сложнее, мощнее главного героя. Ей непросто дается решение взять племянника, отчасти, несомненно, оно продиктовано муками совести за потерянного родного сына. Но ради Коли она готова "завязать" с выпивкой, и не идет в отказ даже после того, как вскоре после оформления опекунства ее увольняют с и без того малодоходной работы по сокращению штата. В карьере Надежды Маркиной роль тети Вали - работа, на мой взгляд, сопоставимая по масштабу с "Еленой" Звягинцева, при том что совсем иного рода. Актеры второго плана тоже достойные. В эпизодах снимались и продюсер Александр Тютрюмов (сыграл капитана местного катера), и числящийся художественным руководителем проекта Владимир Меньшов (начальник на бывшей работе Валентины), и подзабытый после успехов юмористических телешоу Сергей Рост (непосредственный шеф героини).

Все же слишком многое не позволяет картине преодолеть рамки обычного, приемлемо-ординарного "зрительского" кино. С одной стороны, режиссер и не старается угодить условным "эстетам", он с продюсерами наверняка хотел растрогать публику нравом попроще и числом побольше. С другой, не пожелал скатываться в откровенный популизм а ля "телефильм выходного дня", судя по подчеркнуто "открытому", неочевидному финалу - Коля, обнаружив у Валентины письменный отказ брата от опекунства, убегает от тетки, приезжает к "откинувшемуся" брату в город, застает в квартире матери настоящую "малину", брат пьянствует с дружками и шалавами, собираясь и Колю вовлечь в свои дела. В общем, Коля надолго не задерживается у брата, хотя откуда он, после детдома и тетки, такой "чистоплюй" получился, не совсем понятно и не вполне убедительно. Пристроившись к товарняку, мальчик едет в неизвестном никому, в том числе ему самому направлении. Среди его убогих пожитков выделяется вырезанный под руководством немого деда кораблик с парусом. "Помоги ему" - обращается "развязавшая" Валентина у себя на кухне к статуэтке Божьей Матери. Беснуется за кадром слащавый симфонический саундтрек. И полагая, что закрепляет успех, режиссер разрушает с трудом достигнутый результат. Впрочем, вычурные интеллигентские параболы в духе "а был ли мальчик?" до того заебали, что легче согласиться с Татаровым, Тютрюмовым и Меньшовым: пускай мальчик будет.

(comment on this)

2:24 am - "То, что никто не видит" реж. Станиславс Токаловс ("Окно в Европу")
Собирался посмотреть фильм Токаловса еще на ММКФ, специально ради него приходил в "Октябрь", но показ сорвался из-за технических накладок с норвежской документальной хренью -

http://users.livejournal.com/-arlekin-/3617585.html

- а следующая возможность представилась только теперь. Хотя меня и предупреждали, что шедевра лучше не ждать, но я рассчитывал, что кино с участием Евгения Ткачука совсем позорным быть не может, однако опус не спасает и Ткачук. Любой настоящий актер сегодня должен сыграть три роли - инвалида, гея и женщину, Ткачук пока начал ("Зимний путь" не в счет, его персонаж там не гей, а объект интереса гея и привычный для ткачуковского амплуа гопник) с инвалида. Николя - гениальный изобретатель, разрабатывающий технологии искусственного интеллекта. Правда, он пребывает в коме, и для ухода за ним наблюдающий пациента доктор Кауфман в помощь еще одной сиделке присылает свою любовницу-медсестру Эльзу (Катерина Шпица). Лежит под трубками Николя в роскошном особняке, медсестра-сменщица порой оставляет его без присмотра, отлучаясь потрахаться, зато Эльза своей заботой и нежностью (в том числе физическими, телесными ласками) позволяет подопечному поправляться ни по дням а по часам, общаясь с ним с помощью его изобретения, искусственного интеллекта, который носит имя Анна.

Вот уже Николя начинает постепенно двигаться, сидеть, тыкать пальцами в планшет, а там и до обретения дара речи недалеко. Эльза привязывается к пациенту до такой степени, что готова бросить Кауфмана ради него, во всем ему доверяя. Посредством Анны она узнает от Николя, что его отец умер, упав с лошади, а мать сошла с ума. Его разработками воспользовался инвестор Янсонс, который желает изобретателю зла, поскольку Николя был влюблен в его жену Анну, чье имя и носит созданная им компьютерная программа. Но Янсонс (в этой роли снялся Арнис Лицитис) сам выходит на контакт с Эльзой и объясняет, что Николя взял историю о гибели отца и сумасшествии матери из биографии своего кумира Николя Теслы, на самом деле Янсонс и есть его отец, а мать Анна умирает, хочет проститься с сыном.

Какова подоплека семейной драмы Николя я, признаться, не уяснил. Со слов Янсонса можно понять, что Николя, подобно Эльзе, некогда потерявшей ребенка, бесплоден - хотя для коматозника, по-моему, это не так уж важно - впрочем, я также не уловил, из-за чего на самом деле герой утратил дееспособность. В результате Анна, искусственное альтер эго Николя, запрещает допускать Эльзу до "тела", тем временем настоящая Анна, мать Николя, умирает, и для самого молодого гения это заканчивается почти фатально - к счастью, Эльза вовремя успевает исправить ситуацию и спасти Николя, если, конечно, эпилог - не последний всплеск его угасающего сознания.

Не знаю, как надо "правильно" играть коматозников, но во всяком случае Евгений Ткачук со всеми своими способностями в этой роли на меня должного впечатления не произвел. Катерина Шпица, порой живенькая в комедиях, здесь, будучи еще и сопродюсером проекта, надо полагать, делает то, что считает нужным - результат, признаться, не впечатляет, для этой роли она, по-моему, совсем не годится, полноценного дуэта с Ткачуком и Шпицы не складывается, да по совести сказать, и для куда более талантливой исполнительницы здесь не нашлось бы достойного материала. Претенциозная, манерная киностилистика живущего в Латвии режиссера Токалова, "вполне себе русского", как представила его сопродюсер Шпица, не добавляет без того путаной истории ни внятности, ни обаяния - романтическая линия инвалида и медсестры не трогает, а научно-фантастическая, связанная с искусственным интеллектом, попросту несуразна, и одно плохо соотносится с другим. Пассажи вроде "женщина, которую нужно любить сзади, потому что она не хочет лицом к лицу сталкиваться с проблемами" (так Кауфман характеризует Эльзу) наводят на мысли, что автор не определился, на каком языке ему удобнее сочинять. Ну и еще тот уже не имеющий к картине прямого отношения факт, что последнее время Тесла наряду со Сведенборгом овладел мыслями Анжелики Заозерской, а следовательно, ссылки на Теслу приходится слышать с утра до ночи, упоминание его в фильме не слишком радует.

(comment on this)

> previous 20 entries
> top of page
LiveJournal.com